Тайна реки Семужьей
Шрифт:
На нее-то и обратили свое внимание самозваные тимуровцы.
Как-то запыхавшаяся, красная Наташка бережно несла свое ведерко к дому. И вдруг к ней подошли двое мальчишек. Один из них, показавшийся Наташке очень большим и сильным, глядя куда-то в сторону, небрежно бросил:
— Дай-ка я понесу.
Наташка, со свойственным девочкам недоверием к мальчишкам, не ждала от этой встречи ничего хорошего. Испуганно загородила она собой ведерко и тоненько пискнула:
— Уйди-и! Тебя не трогают!
Но толстый мальчишка даже не удостоил ее ответом. Оттолкнул он Наташку сильным плечом, поднял ее ведерко и понес.
— Отда-ай! — заплакала девочка. — Отдай ведерко-о!
Мальчишка и не обернулся к ней. Он нес ведерко легко и быстро. Бедная Наташка еле поспевала за ним. Потом второй мальчуган — худенький, очкастый — забежал вперед и сказал товарищу:
— Моя очередь нести.
Толстый мальчишка безропотно отдал ему ведерко и обернулся к плачущей Наташке.
— Чего ревешь? — грубо спросил он. — Не видишь, что ли? Мы помогаем.
Но Наташка не верила в добрые намерения мальчишек. Стоило Феде заговорить с ней, как она заплакала еще громче; заплакала так, что мальчуган еле удержался от соблазна стукнуть реву.
Так и дошли они до знакомого крыльца. Впереди, с ведерком — осторожно шагающий Володя. За ним — насупившийся, почти торжественный Федя. Последней, шаркая растоптанными валенками, бежала плачущая Наташка.
У крыльца Володя поставил ведерко на ступеньку и неприязненно покосился на зареванную девочку.
— Ну что? — презрительно бросил он. — Съели мы твое ведро? Разревелась!
Наташка схватила одной рукой ведерко, другой размазала по щеке слезы и испуганно юркнула за дверь. Глупая Наташка не понимала, какую жертву принесли ради нее мальчишки. Для них легче было пойти в партизаны, улететь на самолете в тыл врага, поймать шпиона, чем помочь девчонке. Но они знали, что тимуровцы помогают слабым.
И мальчишки делали почти невозможное — помогали девочке с тонкими белыми косичками, которую почти ненавидели за то, что она девчонка и ей приходится помогать.
Федя и Володя терпеливо возились с Наташкой: занимали ее, учили всему, что знали сами, даже воспитывали. Старательно сооружали они снежную бабу, катали девочку на салазках так усердно, что порой на поворотах она вылетала в снег. А когда возвращалась с работы сердитая Наташкина мать, мальчишки подхватывали ведерко и взапуски мчались к колонке. А за ними, широко размахивая руками, семенила закутанная в мамкин платок, завязанный на груди крест-накрест с торчащими за спиной острыми концами, маленькая неуклюжая Наташка.
С играми и помощью Наташке дело наладилось быстро, но вот воспитывать девчушку оказалось намного труднее. Федя с Володей общими усилиями приучили ее вытирать нос платком и мыть руки после игры. (Тимуровцы, ходившие к Феде, всегда после работы мыли руки). Зато дальше воспитание Наташки пошло своеобразным путем, не предусмотренным никакими педагогическими правилами и авторитетами. К весне Наташка умела лихо лазить через заборы, свистеть в два пальца, удить окуней, плевать с крыльца до середины мостовой, а если понадобится — так и дать обидчику «под дыхало».
Бывало, что и самой Наташке попадало от ее покровителей. Впрочем, случайный тычок от своих мальчишек она переносила легко. Разве чуть взревнет для приличия — и тут же забудет о нем. Зато девочка знала: у нее есть защитники. Никогда не позволят они, чтобы чужой мальчишка обидел «их» Наташку.
Летом времени у Володи и Феди стало больше, и они усилили свою воспитательскую деятельность. Научили они Наташку плавать, нырять с мостков, с которых полоскали белье, играть в футбол. Брали они ее с собой за Оку, собирать ягоды…
И поныне еще рассказывают серпуховские старожилы, как однажды старичок — бывший школьный учитель — выглянул в окно и услышал в саду подозрительную возню под яблоней. Укрываясь за кустами смородины, хозяин подкрался к яблоне и увидел двух малышей. Один из них, сидя на толстом суку, деловито обрывал с ветвей зеленые яблоки. Другой тянулся за ними снизу.
Мальчишки увлеклись и не заметили опасности.
Остановил их грозный оклик хозяина:
— Вы что делаете?
Ребята растерянно переглянулись и засопели.
— Кто вы такие? — спросил хозяин еще строже и положил руки на пряжку ремня. — Отвечайте.
Тогда стоявший под яблоней толстый мальчуган одернул оттянутую яблоками линялую сатиновую рубашку и с достоинством произнес:
— Мы — тимуровцы.
— Тимуровцы? — опешил хозяин. — Вы?
— Мы.
— Разве тимуровцы крадут яблоки из чужих садов?
Второй мальчишка, сидя верхом на суку, поправил очки и обиженно, с непоколебимым сознанием своей правоты ответил:
— Крадут — для себя. А мы — таскаем яблоки. Для Наташки.
— Она хочет яблок, — поддержал его снизу толстый мальчуган. — А где нам их взять, яблок-то?
— Кто она? — не понял хозяин.
— Да Наташка!
Хозяин настолько опешил от такой своеобразной деятельности «тимуровцев», что, выслушав мальчишек, выпроводил их за ворота и даже яблоки не отобрал.
Осенью в жизни маленькой компании произошло два больших события. Вернулся из армии отец Наташки. Вскоре она получила видавшую виды отцовскую полевую сумку и пошла в школу. Но и это ничего не изменило в отношениях между друзьями. Что бы ни затеяли предприимчивые мальчишки, Наташка была постоянной участницей их игр и проделок. Девчушка переняла вкусы и наклонности своих друзей.
Лучшими игрушками Наташки были не подаренные родителями куклы, а самодельный автомат с трещоткой, самокат, воздушный змей, удочки. Не отставала она даже в футболе. Девчушка, на удивление прохожим, лихо тузила босыми ногами тряпичный мяч.
Наташка скоро выровнялась, стала быстрой, даже резковатой в движениях и острой на язык. Немало огорчений доставляла по-мальчишески непоседливая Наташка учителям, в особенности преподавателю физкультуры. Три года уже писал он научную работу, в которой весьма обстоятельно доказывал, что лучшие спортивные данные имеют рослые, длинноногие девочки. А маленькая Наташка легко била своих рослых и длинноногих сверстниц по бегу, прыжкам, не говоря уже об играх. А заодно, сама того не зная, разбивала и научно обоснованные взгляды преподавателя о спортивных преимуществах большого роста над маленьким и длинных ног над короткими…