Чтение онлайн

Во время разговора я пытался уловить на его лице глубокомысленное выражение.

Якоб только качал головой, понемногу преодолевая испуг, а затем минут пять расспрашивал нас, кто мы такие, пытаясь разузнать о своих отсутствующих друзьях.

— Я и сам не знаю, зачем я приехал сюда, на Тибет, — сказал он наконец. — Я ведь всегда считал, что это слишком опасно. Но мои друзья очень хотели, чтобы я отправился вместе с ними. Я и сам не понимаю, как я мог согласиться на это. Боже мой, здесь буквально на каждом шагу китайские солдаты. И откуда они только узнали, что мы отправились сюда?

— А вы не спрашивали дорогу у кого-нибудь из незнакомых? — спросил Инь.

Он встревожился.

— Спрашивал. Вы думаете, что они могли донести об этом солдатам?

Инь кивнул, и это повергло Якоба в панику. Он стал нервно оглядываться по сторонам.

— Якоб, — спросил я, — мне очень важно знать, не встречали ли вы Уилсона Джеймса?

Но Якоб по-прежнему не мог ни на чем сосредоточиться.

— Кто знает, а вдруг китайские солдаты вот-вот схватят нас? — пробормотал он.

Я пытался встретиться с ним взглядом, и вот наконец он поднял глаза на меня.

— Это очень важно, Якоб. Вспомните, может быть, вы где-то видели Уила? Он выглядит как перуанец, но говорит с американским акцентом.

Якоб выглядел заметно смущенным.

— А почему это так важно для вас? Ведь главное для нас — поскорее улизнуть отсюда.

Мы с Инем слушали его, а Якоб тем временем указал несколько мест, где мы могли бы переждать, пока китайцы не уберутся отсюда. Более того, он предложил авантюрный план бегства через Гималаи в Индию.

Я продолжал мысленно представлять себе, как моя энергия перетекает в него, сосредоточив все внимание на его лице и пытаясь уловить на нем выражение спокойствия и мудрости. Наконец он тоже перевел глаза на меня.

— Зачем вам понадобился этот человек? — спросил он.

— Мы надеемся, что он сможет нам помочь. Дело в том, что он — тот самый человек, который пригласил меня на Тибет.

Якоб на мгновение взглянул на меня, явно пытаясь собраться с мыслями.

— Да, правда, — отвечал он наконец. — Я встречал вашего друга. Это было в холле отеля в Лхасе. Мы сидели друг напротив друга, и у нас зашла речь о китайской оккупации Тибета. Я давно испытывал неприязнь к китайцам, и мне казалось, что мой приезд сюда связан с тем, что мне хотелось действовать, бороться против них. Уил же сказал мне, что в тот день он трижды видел меня в разных залах отеля и что это отнюдь не случайно. Я же не совсем понимал, о чем он говорит.

— А не упоминал ли он некое место, именуемое Шамбала? — спросил я.

Якоб с любопытством посмотрел на меня.

— Не совсем так. Он много говорил о свободе и о том, что Тибет не сможет освободиться от оккупации до тех пор, пока люди не постигнут мудрость Шамбалы. Что-то в этом роде.

— А он ничего не говорил о вратах?

— Кажется, нет. Я не слишком запомнил подробности нашего разговора. К тому же он был довольно коротким.

— А как насчет его миссии? — спросил Инь. — Уил не говорил вам о том, куда он направляется?

Якоб отвел глаза, задумался и наконец ответил:

— Мне кажется, он говорил о месте, называемом Дормар — так, кажется, — и о каких-то развалинах старого монастыря, находящихся там.

Я обернулся к Иню.

— Я знаю те места, — проговорил он. — Это в четырех-пяти днях пути отсюда. Туда очень трудно добраться, и... там очень холодно.

Одна только мысль о путешествии куда-то в ледяную тибетскую глушь вызвала у меня спад энергии.

— Не хотите ли отправиться вместе с нами? — спросил Инь, обратившись к Якобу.

— О нет, — отвечал тот. — Я хочу поскорее выбраться из этих краев.

— В самом деле? — настаивал Инь. — А вам известно, что китайцы как раз сейчас проявляют особую активность?

— Я просто не могу, — отвечал Якоб. — Я хотел бы как можно скорее связаться с нашим посольством и повидаться с друзьями. Может быть, они смогут мне помочь.

Инь написал что-то на клочке бумаги и передал эту записку Якобу.

— Постарайтесь разыскать телефон и позвоните по этому номеру, — сказал Инь. — Назовите мое имя, а затем скажите им номер-пароль. После того как они проверят его, они подскажут вам, как быть дальше. — Затем Инь принялся объяснять Якобу, как ему лучше вернуться в Сага, а потом мы проводили голландца к его «лендроверу».

Усевшись за руль, Якоб сказал:

— Удачи вам... Желаю вам поскорее найти вашего друга.

Я кивнул.

— И если вы его отыщете, — продолжал он, — то, может быть, окажется, что я приезжал на Тибет именно для того, чтобы помочь вам найти его, а?

Отвернувшись, он включил двигатель своей машины, еще раз оглянулся на нас и отправился в путь. Мы с Инем поспешили к своему джипу. Когда мы выбрались на шоссе, я заметил, что Инь улыбается.

— Ну что, теперь-то вы усвоили Третью ступень? — спросил он. — Вспомните, о чем в ней говорится.

Я покосился на него, размышляя над этим вопросом. Ключом к этой ступени, казалось мне, была мысль о том, что наши энергетические поля способны воздействовать на окружающих,. помогая им достичь более высокого уровня сознания, на котором они смогут руководствоваться своей собственной интуицией. Помимо всего того, о чем я слышал в Перу, развитию этой мысли во мне способствовала концепция о том, что наше молитвенное поле распространяется вокруг нас и что мы можем воздействовать им на окружающих, даже если не разговариваем с ними и не смотрим им прямо в лицо. Мы можем воздействовать на них, мысленно представляя себе это и активно ожидая, что оно действительно произойдет.

Разумеется, эту энергию необходимо держать под контролем, иначе это даст противоположный результат, в чем я мог убедиться, когда пытался заставить Якоба остановить машину. Я поделился своими мыслями с Инем.

— То, о чем вы подумали, представляет собой «заразительный» аспект человеческого сознания, — пояснил Инь. — В известном смысле мы все обмениваемся мыслями. Поэтому мы должны держать свои помыслы под контролем, должны уметь подавлять и отсекать их и думать независимо от других. Но как я уже сказал, преобладающая картина представлений человека о мироздании — это поистине необъятное поле мнений и ожиданий. Ключевым фактором прогресса человечества является некая критическая масса людей, способных направлять вектор ожидания любви в это общечеловеческое поле. Это позволит нам достичь более высокого уровня энергетики и вдохновить друг друга на раскрытие нашего громадного потенциала.

Сделав небольшую паузу, Инь перевел дух и, улыбнувшись, посмотрел на меня.

— Культура Шамбалы, — произнес он, — как раз и основана на развитии такого поля.

Мне так и не удалось заставить себя улыбнуться ему в ответ. Наше путешествие начинало обретать такой смысл, к которому у меня пока что не было ключей.

Следующие два дня прошли спокойно; китайские солдаты, к счастью, не появлялись. Описав длинную дугу в южном направлении и направляясь на северо-запад, мы пересекли еще одну реку у подножия высокогорного перевала Майун-Ла. Панорама вокруг была удивительно живописной, по обеим сторонам высились заснеженные горные вершины. В первую ночь мы переночевали в Хор-Цю, в маленьком домике без номера возле дороги, где жили знакомые Иня, а на следующее утро отправились к озеру Манасаровар.