Чтение онлайн

Внезапно мне стало очень-очень холодно, а руки вспотели, не то от страха, не то…

— Тииин, — я не могла говорить, я шептала, едва слыша саму себя.

— Замрите, — также едва шевеля губами проговорил хранитель.

Мне стало очень, просто непередаваемо страшно, не за себя, а за две парочки дэйвов, которые пять секунд назад щебетали и держались за руки, за маму полукровку с ее дочкой, за мальчика официанта с яркими голубыми глазами, за Тина, которого я притащила сюда, вместо того, чтобы вернуться во дворец. Мне было очень страшно, потому что я узнала вещь, лежащую на столе рядом с чашкой чая. Маленький, едва заметный шарик, содержащий в себе саму смерть. Когда он сработает, когда раскроется, все в радиусе нескольких лиг превратится в лед.

— Мама, почему этот дядя меня держит? — захныкала маленькая девочка-полукровка, а один дэйв из пары удерживал ее руки на столе. Потому что одно неосознанное движение, и шарик раскроется. Никто этого не хотел.

— Потерпи, солнышко. Этот дядя наш друг, — еле двигала губами до смерти перепуганная мать. — Это такая игра.

— А почему ты так смешно говоришь? — не унимался ребенок.

— Это тоже игра, милая. Давай с тобой немного помолчим, хорошо?

— Девочка попыталась кивнуть, но дэйв очень вовремя ее отключил. Ребенок обмяк в его руках, и мы все тихо выдохнули.

Через несколько секунд появились специалисты Тайной Канцелярии во главе с лучшими магами Дарраната. Они быстро оценили обстановку, близко не подходили, но приказали эвакуировать всех посторонних с площади. А я вдруг подумала об Инаре. Если он узнает, что я была здесь, то не видать мне не только практики в Арвитане, но и вообще какой-либо практики до конца жизни. А значит, если мы отсюда выберемся, мне придется убеждать Тина не говорить повелителю о сегодняшнем происшествии. Вот только, как это сделать?

— Идиот, и почему я не понял, — прошептал один из дэйвов, тот, что сидел с девушкой у стены. И я вдруг поняла, как смогу убедить Тина или хотя бы попытаться.

— Тише, еще немного и нас вызволят, — проговорил второй своей девушке, которая едва сдерживалась, чтобы не заплакать. У всех нас были нервы на пределе, одну девушку трясло, мать девочки вообще находилась в пограничном состоянии между обмороком и истерикой, но хуже всего приходилось бедному мальчику официанту. Он застыл посредине между мной и стойкой, с чашкой чая и пирожным в руках… для меня.

Когда площадь освободили, все взоры спецов обратились к нам, как и их разговоры.

— Что будем делать? — спрашивал один.

— Вытащить по одному не получится, — говорил второй.

— Всех разом? — спрашивал третий.

— Успеем до заморозки? — интересовался четвертый.

— Шансов пятьдесят на пятьдесят, — констатировал пятый.

— Среди них дэйвы. Их надо подключать.

— Мы не знаем их уровня.

— Это единственный шанс вытащить всех.

— Свяжитесь со всеми, пусть готовятся.

— Кто нас предупредил?

— Один из дэйвов служит в Особом отделе.

— Твою ж не мать! — выругался дэйв с грубым низким голосом. — Надеюсь, он не принцессу там охраняет?

— Таких данных у нас нет, сэр, — ответил его собеседник.

— Ладно, — продолжил дэйв с низким голосом, судя по разговору — их главный. — Свяжитесь с ним. Пусть сам решает.

Дальше все затихли ненадолго. Кажется, пытались задействовать Тина. Поскольку я смотрела прямо, а Тин сидел рядом, то ничего толком ни увидеть, ни услышать не могла. Просто в какое-то мгновение командир снаружи скомандовал: «готовьтесь!», а присутствующие в кондитерской дэйвы слаженно посмотрели на Тина. И не успела я вдохнуть, как мой хранитель резко вытащил меня из-за стола, прихватив с собой сидящую за соседним столиком дэйву, и бросился к перилам, я услышала только треск раскрывающегося шарика, и огненный удар стражей.

Выдохнула уже посреди пустой площади у фонтана. Девушку дэйву вывернуло наизнанку, я сдержалась. Ноги только не держали, а так ничего, вроде как. Тин оставался рядом сосредоточенный, серьезный, ожидая нового нападения, а я осознала — либо сейчас, либо никогда и, переведя дух, заявила:

— Когда он узнает об этом, нам обоим не поздоровится. Таких ошибок он никому не прощает, тем более лучшему выпускнику «драконьего когтя».

Тин позади меня перестал дышать, я поняла — намек достиг цели, осталось только мягко подвести его к решению, нужному мне решению.

— Если мы сейчас уйдем, никто ничего не узнает. Вы же понимаете, что это не было покушением на меня, это случайность. Значит, мы можем…

— Вы видели его? — резко выдохнул дэйв.

— Кого? — не поняла я.

— Того, кто оставил «ледяную смерть».

— Да.

— А я нет, и никто не видел. А значит, если мы сейчас уйдем, он так и останется неопознанным.

Я поняла. Дура я, подумала, что смогу переубедить его. Но у воспитанников «драконьего когтя» какой-то свой, особый кодекс чести, которому они следуют неукоснительно. А значит, придется приводить себя в порядок, подниматься и идти к стражам и их басовитому командиру. Тин прав, я свидетель, возможно, даже единственный… стоп. А ведь я не единственный свидетель.

— Официант. Он тоже его видел, — выдохнула я и с надеждой глянула на Тина, а вдруг, ну а вдруг он поддастся? Не поддался.

* * *

Через полчаса мы все сидели в ближайшем отделении драконьей стражи перед тем самым дэйвом с грубым голосом — эрисом Матеуш Элледи из Дома Бушующих гроз. Как оказалось, он не просто командир, а новый руководитель всей Тайной Канцелярии Дарраната, и отчитывается напрямую в министерства внутренней и внешней защиты. А значит, очень скоро об инциденте будет знать дед и повелитель. Интересно, кто появится здесь первым, чтобы обрушить на меня всю силу своего гнева? И плевать, что я ни в чем не виновата, я рисковала жизнью, и этим все сказано.

— Спасибо за ваше терпение, — сказал руководитель Тайной Канцелярии, обращаясь к матери-полукровке, которую успели напоить чаем и применить успокаивающую магию. — Вы можете идти, мадам. Наши люди проводят вас до дома.

— Благодарю, — прошептала женщина и позволила одному из стражей взять свою спящую дочь на руки. Когда они покинули помещение, напоминающее комнату допросов, господин Элледи наконец обратился ко мне.

— Итак, эриса…

— Тина Дакар, — поспешно представилась я именем няни Олены. Если Тин и удивился, то возражений не последовало. — И я не эриса, господин.

— Не принадлежите ни к одному Дому? — с подозрением прищурился дэйв.

— Увы, — пожала плечами я, равнодушно ровно настолько, чтобы это было естественно.

Двадцать лет назад это было почти обыденностью. Дэйвы редко признавали своих детей полукровок. Сейчас за это наказывали, но поскольку закон о принадлежности вступил в силу два года назад, то мое почти равнодушие удивления не вызвало.

— Я не знаю имени своего отца.

Это тоже было не редкостью. Тем более, если мать — полукровка, не имеющая зашиты рода. Участь таких девушек была незавидна. В большинстве своем они заканчивали жизнь в домах терпимости или в увеселительных заведениях мадам Тюссон. Конечно, меня могли принять за девушку полусвета, но лучше пусть шлюхой считают, чем повелитель узнает, что я здесь была. Он меня убьет или, что еще хуже, запрет в золотой клетке и ключ выбросит.