Чтение онлайн

Элиза выглядит потрясенной.

А вот Мэддок смеется. Он закрывает ручку колпачком и откидывается на спинку белого дивана:

– Ну конечно, я пытаюсь выдоить из миссис Лекавалье денежки! Старая корова набита ими так, что ей и за всю жизнь их не потратить. Если я когда-нибудь узнаю, кто угрожает этой летучей мыши, я этих людей расцелую! Она никогда не нуждалась в моих услугах так, как сейчас, и я беру с нее бешеные деньги за свои юридические консультации!

От Мэддока у меня мурашки бегут по коже. Он поправляет галстук, проводит рукой по прилизанным волосам и снова принимается за бумаги:

– И на этой ноте позвольте мне вернуться к своей работе.

Но… мы ведь еще не получили от него никакой информации! Я едва начал задавать ему вопросы.

– Да бросьте! Вам должно быть известно хоть что-нибудь!

– Нет.

– Значит, вы врете! – восклицает Элиза.

– ВРУШКА-ВРУШКА! РОЗОВАЯ ХРЮШКА! – распевает Фрэнк.

– Мы докажем, что это были вы, – говорит Элиза Мэддоку.

Я стараюсь подавить стон. Разве можно так говорить подозреваемому!

Теперь Мэддок будет предельно осторожен, потому что знает, что мы за ним наблюдаем.

Мэддок фыркает:

– Разве вы не должны собрать доказательства, прежде чем обвинять кого-то? Похоже, вы торопитесь обвинить меня, а потом планируете подгонять доказательства под свою гипотезу.

– ГИППОПОТАМ! – выкрикивает Фрэнк, и я шикаю на него.

Элиза сердито смотрит на Мэддока. И он, конечно, действительно подозрителен, с этой грубой ухмылкой и наглостью.

Но не стоит слишком торопиться с обвинениями. Мама всегда говорит, что хороший детектив должен быть терпелив.

– У нас есть достаточно данных, чтобы прижать его, – шепчет мне Элиза. – Нужно просто рассказать об этом кому-нибудь из взрослых.

– Что? Нет!

Она прикрывает рот руками, а я стараюсь не обращать внимания на жуткую улыбку Мэддока.

– Если мы расскажем Гвиневре о подозрительном поведении Мэддока, ему придется признаться, что он вытягивает из нее деньги. И представь себе, что еще мы можем о нем узнать!

– Нет! Мы не должны этого делать!

– Доверься мне, Карлос.

– Нет, это ты доверься мне, Элиза!

ЗАГАДКА СО СЛОВАМИ – проще некуда.

Я ввожу «грызть дать лыс сыт шпал» на панели перед дверью, и пол начинает дрожать. А затем исчезает у нас из-под ног – это ловушка!

– АААААААААААААААААААААА!!! – вопим мы, пока летим вниз.

БУХ!

Мы приземляемся на батут в темной-претемной комнате. Я ощупью пробираюсь к краю батута и стараюсь не паниковать.

– Где мы? – спрашивает Элиза.

– Наверное, в пещере с сокровищами! – восклицает Фрэнк. – Или в логове злодея! Или в пасти дракона! Или в туалете!

– Похоже, что мы внутри какого-то шкафа… или комнаты, – предполагаю я.

Внезапно на стенах вспыхивают огни – они такие яркие, что ослепляют. Тут начинает звучать запись, и эхо разносит этот скрипучий, гортанный голос по всей комнате. Интересно, мы слышим мистера Лекавалье?

– Два дня! – возмущаюсь я. – Но мы не можем себе позволить ждать так долго! К тому времени преступник уже уйдет!

– Не думаю, что у нас есть выбор, – замечает Элиза.

И она права. Мы в ловушке.

ДЕЛО ЗАКРЫТО

– ОН СДЕЛАН из спагетти! – вопит Фрэнк. – Нет, из сыра! Нет, из кошачьей шерсти! Нет, из пластилина!

Элиза улыбается:

– Нет, Фрэнк. Зеленый дом сделан из стекла. Загадка нарочно составлена так, чтобы мы подумали, будто зеленый дом сделан из зеленых кирпичей. Но на самом деле зеленый дом – это теплица, стеклянное здание, в котором находятся растения. Понял?

– А почему он не может быть сделан из ушной серы? – возражает Фрэнк. – Это было бы намного лучше.

– Нет, он не может быть сделан из ушной серы. В этом нет никакого смысла!

– Нууууууу… А если из прямоугольников? Или печенек?

– Ты просто выкрикиваешь первые попавшиеся слова, – говорю я ему.

– Нет, Фрэнк, ты не понял смысла загадки! Ответ – стекло! Я в этом уверена!

Фрэнк скрещивает руки на груди. Он не привык, чтобы с ним не соглашались. Даже когда он неправ.

– Если ответ – стекло, – говорю я, – что нам это дает?

– Вы проверили все стеклянные скульптуры в доме? – спрашивает Элиза.

Гвиневра вздыхает:

– Конечно. Вы можете осмотреть все вокруг, но клянусь, нам ничего не удалось найти, несмотря на многолетние поиски. Моя дочь Айви и я изучили весь дом, исследовали каждый кусочек стекла, но ничего не обнаружили.

Это было давным-давно… Когда она еще любила меня, – Гвиневра хмурится. И отхлебывает свой чай. – Знаете, я не видела ее пять лет… с момента похорон моего мужа.

Мы с Элизой храним молчание, стараясь уловить каждое слово Гвиневры. А Фрэнк ковыряет в носу и достает оттуда козявку.

Гвиневра Лекавалье, похоже, этого не замечает. Она откидывается на спинку стула, словно надетые драгоценности давят на нее. Наверное, тяжело носить на плечах драгоценные камни стоимостью в миллионы долларов.

– Неужели я так давно не видела Айви? Время – страшная вещь, ребята. Чем старше вы становитесь, тем быстрее и быстрее оно движется.

Не имею ни малейшего понятия, о чем она говорит.