Чтение онлайн

Я притащила сундук в свою свежеотремонтированную комнату и плюхнулась на кровать, устало охнув. Спина ныла, а руки дрожали от напряжения.

– Я все, – раздалось от двери, а я даже подпрыгнула от неожиданности, так тихо девочка вошла в комнату. – Вещи я постирала и повесила на улицу, – отчиталась Лия. Ее глаза сияли чистотой и свежестью, как утреннее небо после дождя.

– Молодец, – похвалила ее. – А сейчас мы разберемся с твоей одеждой.

– Хорошо, – согласилась Лия, прошла и села в кресло-качалку. Она довольно быстро освоилась и не вела себя как запуганная замухрышка. Но я видела, как она настороженно оглядывается, словно боясь, что ее выгонят в любой момент. Я рылась в сундуке и вытаскивала по одному платью. Окидывала его взглядом, замечая, что на девочке оно будет болтаться. Критически посмотрела на нее, пока она с любопытством осматривала мою комнату.

– А это Ядвига специально так придумала? – я прищурилась. – Я про твой внешний вид, – махнула на лицо девочки. Сейчас, вымытая, без разводов грязи на лице, с чистыми волосами, которые оказались у нее светлыми и красивыми, она почти выглядела на свой возраст, несмотря на худобу. В ее глазах появился слабый отблеск уверенности.

– Да, – кивнула Лия. – Чтобы никто не позарился, – признается девочка в небольшом мухлеже. В ее голосе прозвучала легкая горечь. – Ядвига сразу предупредила меня, что меня могут обидеть, когда я подрастать стала. Я сирота. Заступиться некому. Я и с детьми на улицу не ходила, потому что они дразнили меня.

– Ядвига была хитрой старухой, – усмехнулась. – Будешь работать на кухне и поменьше выходить в зал, договорились? – предложила девочке, а та улыбнулась и кивнула. В ее улыбке было столько надежды, что сердце мое дрогнуло. – Я тоже тот еще заступник, – горько усмехнулась, вспомнив сорвавшееся покушение дочки старосты на меня. – За саму бы кто заступился. В горле встал ком, и я отвела взгляд.

– Значит, нам надо держаться вместе, – Лия открыто мне улыбнулась. В ее глазах я увидела отражение своей собственной боли и одиночества.

– Согласна. Держи-ка вот это, – и я протянула ей шерстяной сарафан на шнуровке спереди и сзади. Благодаря шнуркам я смогу подогнать платье по фигуре девочки. – И вот эту рубашку еще надень, – передала девочке верхнюю рубашку с длинными рукавами. Она встала и сняла шаль, что была накинута на плечи, а я обратила внимание на ее плечо. У девочки было родимое пятно на плече, а рядом с ним шрам от ожога, который выглядел как клеймо. Завиток похожий на спираль, но это явно было сделано чем-то раскаленным. Неужели девочку пытали? У меня мороз по коже пробежал от мысли, что ей пришлось испытать в своей жизни. Надеюсь, она этого не помнит. Гнев вскипел внутри меня, и я сжала кулаки.

– Ядвига мне сказала, что когда меня нашла, то этот ожог уже был, – казалось бы, я в большем шоке от увиденного, нежели Лия. В ее голосе не было ни обиды, ни злости, лишь смирение.

– А ты помнишь… – запнулась. – Помнишь, как он появился?

– Нет, ничего не помню, – отрицательно качнула головой Лия. – Я же говорю, помню себя уже у Ядвиги.

– Хорошо, – я, кажется, облегченно выдохнула. – Одевайся.

Девушка натянула на себя рубашку, пряча родимое пятно и шрам, а затем и платье поверх рубахи. Я помогла ей затянуть шнурки, и платье неплохо село на нее. Конечно, она была очень худенькой, но это можно исправить регулярным и хорошим питанием.

– Теперь решим с обувью, – и я вынула новые ботинки из сундука. Видимо, Маргарет приобрела их про запас и ни разу не обувала.

– Они же новые, – опешила Лия от такой щедрости. В ее глазах застыл немой вопрос.

– Ну и хорошо, – я улыбнулась. – Примеряй, – предложила я девочке, и та, натянув чулки, обула боты. – Ну как?

– Чуть-чуть велики, – призналась девочка, покраснев. – Но они такие замечательные, что мне жалко их носить. А может, мне что-то попроще носить?

– Ну, в таверне я ношу вот такие туфли, – показала обычные кожаные туфельки, которые нашла там же, в сундуке. – Если хочешь, здесь есть еще одни, – протянула Лии вторую пару. Это просто повергло ее в шок. Она вспыхнула, покраснела и порывисто меня обняла. Ее маленькое тело дрожало в моих руках.

– Спасибо, – выдохнула куда-то мне под мышку и расплакалась. Слезы катились по ее щекам, оставляя мокрые дорожки. Я обняла ее в ответ, чувствуя, как и мои глаза наполняются слезами. В этот момент мы стали не просто хозяйкой и работницей, а двумя родственными душами, нашедшими друг друга в этом жестоком мире.

Я обняла ее в ответ, чувствуя, как соленые ручейки ее слез пропитывают мою рубашку. Ткань становилась влажной и липкой, но меня это не беспокоило. В каждой слезинке я чувствовала боль, страх и отчаяние, которые она так долго носила в себе.

– Ну что ты, что ты, – шептала я, гладя ее по спине. Мои пальцы осторожно гладили ее по спине и волосам, пытаясь передать ей тепло и поддержку. – Все образуется. Теперь ты не одна в этом мире. Я буду рядом.

Когда рыдания ее стихли, и лишь тихие всхлипы нарушали тишину комнаты, я предложила умыться, смыть печаль с лица и немного передохнуть.

Лия послушно умылась, и свежесть воды, казалось, вернула ей немного сил. В ее глазах появился проблеск надежды, словно сквозь тучи пробился луч солнца. Я предложила перекусить. На этот раз я не стала выставлять все съестные припасы, а скромно нарезала хлеба с салом и достала из бочонка хрустящие соленые огурцы. Лия ела с благодарным аппетитом, но уже без той отчаянной жадности, что терзала ее прежде. Каждый кусочек она жевала медленно и осознанно, словно наслаждаясь самим фактом, что ее кормят.

– Что же, теперь нам нужно решить, где ты будешь спать, – произнесла я, когда мы закончили трапезу. Голос прозвучал немного неуверенно, но я старалась не показывать своего волнения. – У меня есть комната на втором этаже, но скоро там поселятся постояльцы. Не хочу, чтобы кто-то обидел тебя.

Лия на мгновение задумалась, опустив взгляд в пол. В ее глазах мелькнула тень страха, словно она вновь переживала моменты унижения и одиночества. И вдруг в ее глазах мелькнул озорной огонек.

– А можно я буду спать с тобой в этой комнате? – тихо спросила она, поднимая на меня взгляд, полный надежды. – Я не буду мешать… Я буду тихой, как мышка.

Я немного смутилась от такой неожиданной просьбы, но тут же улыбнулась. В моем сердце что-то дрогнуло, словно я услышала зов родственной души.

– Конечно, можно, – ответила я. – Вместе нам будет спокойнее. Давай подумаем, как тебя разместить.

– Я могу спать на полу, – предложила она, но я решительно покачала головой.

– Нет, так не пойдет, – я окинула взглядом скромную комнату. Пространство было небольшим, но в нем чувствовалась какая-то особенная теплота и уют. – Завтра мы что-нибудь придумаем, а сегодня ты ляжешь со мной. Не на полу же тебе спать, в самом деле.

Лия зарделась от радости и захлопала в ладоши. Ее щеки покрылись нежным румянцем, а глаза засияли, как звезды. Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как волна тепла разливается в груди. Кажется, я обрела не просто помощницу, а настоящего друга, родственную душу.

– Тогда давай приготовимся ко сну, – предложила я. – У меня есть еще одна чистая рубашка, в ней и будешь спать.

Пока Лия переодевалась за ширмой, я расстелила нашу нехитрую постель. Комната была небольшой, но исполненной уюта, и теперь, когда в ней поселилась Лия, она казалась еще более обжитой, наполненной жизнью.