Чтение онлайн

– «Феникс», сэр? Правда?

– Именно он, – Таггарт передал окуляр Фернандесу, который направил его в сторону кораблей. Те, впрочем, можно было теперь разглядеть и невооруженным глазом.

– Второй парусник – тоже англичанин, – сказал капитан. – Это «Аргонавт», где капитаном Тимоти Эванс. Джон, вы знакомы с Эвансом?

– Шапочно, сэр. Он корсар, как и мы, однако, если верить слухам, невезучий.

– Что правда, то правда, – Таггарт посмотрел в сторону кораблей, которых все больше обволакивал дым. – Наверное, поэтому он и сцепился с этим жирным купцом-испанцем. У дона три батарейные палубы, не меньше, и пушки у него самого крупного калибра, я вам доложу. «Да, мощный корабль! Либо Эванс смельчак, каких мало, либо от нищеты совсем спятил, раз схватился с таким противником. „Аргонавт“ выглядит довольно потрепанным. Его пушки по дальнобойности уступают нашим, вот он и вынужден вступить в ближний бой. Ага, а бизань-мачта уже отправилась к рыбам на дно... Эвансу еще здорово повезло, что ему на помощь подошел Болдуин на „Фениксе“, хотя что он может сделать дону?

– Булавочные уколы, не больше!

– А испанца этого вы знаете?

– Нет. Мне редко когда доводилось видеть на плаву такое чудовище. Тем не менее отпор оно даст кому угодно! Если дальше так пойдет и мы не вмешаемся, от «Аргонавта» одни щепки останутся, не говоря уже о «Фениксе».

– Если позволите, сэр, – вступил в разговор Фернандес, – по-моему, это «Нуэстра Сеньора де ла Консепсьон», которые испанские матросы называют «Какафуего» – «изрыгающая огонь».

– Благодарю, штурман, – Таггарт взял у него окуляр и заглянул в него.

– Да, здорово этот испанец плюется огнем, – сухо констатировал он, когда на «Аргонавте» сломалась грот-мачта. Корпус судна, названного в честь древнегреческих героев, отправившихся в Колхиду за золотым руном, сильно накренился вправо.

– Эвансу нужно бы сейчас отойти как можно дальше! Если испанец пойдет на абордаж, пиши пропало... На нем никак не меньше сотни солдат.

Джон Фокс проворчал:

– Испанец показывает нам корму, как будто нас вовсе нет. В то время как его батареи правого борта палят по «Аргонавту». Причем люди Эванса отвечают только одиночными выстрелами: для залпа всем бортом у них уже сил нет, борт-то выглядит как дырявый котел. Я предлагаю, сэр, взять на один румб правее. Правда, мы слегка подставим им нос, но едва ли доны сумеют этим воспользоваться. Об этом как-нибудь позаботятся наши носовые пушечки.

– Батареи правого борта к бою готовы, сэр! – послышался в этот момент голос Риффля.

Почти одновременно с левого борта о том же доложил Магон. Таггарт воспринял это с удовлетворением, хотя внешне не показал. Подготовка к боевым действиям заняла меньше десяти минут.

– В общем неплохо, хотя и недостаточно хорошо. Перезарядку орудий надо бы производить быстрее... Мы будем атаковать именно так, как предложили вы, Джон. Сделайте для этого все необходимое. При такой дистанции «Сеньора» должна крепко получить, а мы остаться для нее недосягаемы. Было бы смешно начать обстрел донов без подготовки.

– Да, сэр!

– Тогда выполняйте, – глаза Таггарта блеснули, он поправил шпагу. – Танец начинается.

Впечатление было такое, будто гроза разразилась прямо над их головами. Каждый удар грома заставлял содрогаться их тела, гулом отдавался в ушах и давал им понять, насколько сами они крошечны и хрупки. По расчетам Витуса, с момента их вступления в бой прошло полчаса. Что там на верхней палубе? Как идет сражение? Ему не терпелось заняться делом, и в то же время он беспокоился о здоровье сражающихся «соколов».

Бу-у-у-у-ммм!

Снова мощный удар всех пушек правого борта. Пушки откатились, и «Фалькон» накренился влево. Витус прикрыл ладонями уши, которые у него, как и у пробегавших мимо бомбардиров, были завязаны косынкой. Только против грохота это не помогало.

– Как лиса в западне! – крикнул Магистр.

– Что ты сказал?

– Попали, как лиса в западню! – еще раз прокричал маленький ученый. – Если они попадут нам ниже ватерлинии, мы через считаные секунды пойдем ко дну!

– Пока до этого не дошло. Если я не ошибаюсь, испанцы всего два или три раза пальнули из дальнобойных. И все закончилось недолетами.

Витус в который раз проверил, все ли в порядке на операционном столе, аккуратно разложил зажимы и пилы для костей. Все было под рукой: и перевязочный материал, и разного размера иглы для наложения швов. Скальпели, шины, щипцы, зажимы, крюки и пинцеты любого размера. Был также инструмент для извлечения пуль, на длинную тонкую ручку которого была насажена полая полусфера с острой кромкой. Инструмент вводили в пулевой канал и продвигали вращательными движениями, пытаясь захватить пулю. Если это удавалось – тем же манером его извлекали обратно. В качестве обезболивающего Витусу дали несколько бутылок бренди. Алкоголь был единственным анальгетиком, потому что опиума для Spongia somnifera совсем не осталось.

Буммм! – послышался отдаленный грохот. Наверное, очередной привет с дородной «Сеньоры». И снова загрохотало. Тут их судно содрогнулось всем корпусом. Попадание в «Фалькон»! Но куда именно попали? Все трое огляделись. В любой момент в трюмы могла хлынуть вода, и тогда они пойдут ко дну. Секунды тянулись мучительно долго, но самого страшного не произошло. Вместо этого с верхней палубы послышались возбужденные крики. Команды снять те или иные паруса звучали одна за другой, и вскоре корабль закружил на месте вокруг своей оси. Потом снова рявкнули пушки по правому борту «Фалькона».

– По крайней мере в долгу мы не остаемся, – усмехнулся Магистр. Он подслеповато моргал, потому что два из пяти фонарей, принесенных Витусом, упали на пол и разлетелись в куски.

– Уи, уи, – Коротышка принялся подбирать осколки.

В самом конце помещения, там, где трап вел наверх, на батарейную палубу, неожиданно появилась целая группа матросов. Они осторожно спускали по ступенькам двух раненых. Свет в перевязочной был довольно тусклым, однако Витус сразу заметил, что у одного из раненых совершенно безжизненный взгляд. Его голова свесилась на грудь и моталась туда-сюда. Витус решил, что моряк в состоянии шока.

– Положите его на стол.

– Да, сэр.

С другим дело обстояло куда хуже. У него оторвало руку по локоть. По обрубку руки обильно текла кровь.

– Магистр, зажимы! Быстрее!

– Я уже, – маленький ученый устраивал раненого на стуле.

Витус заставил себя говорить как можно спокойнее:

– Ну, как там наверху?.. И как вас зовут?

– Фулхен, Ганнер Фулхен! – вытянулся перед ним матрос. – Я с приятелями от третьей носовой пушки, – он улыбнулся. – Дела вроде идут неплохо, сэр. С самого начала первый офицер дал команду сосредоточить огонь на главной мачте «Сеньоры», нуда, а с третьего залпа мы ее срезали.

– Очень хорошо. Но, кажется, и мы кое-что схлопотали.

– Не о чем говорить, сэр! Одно вражеское попадание. Щепок много. Оба раненых – стрелки с левого борта, поэтому их и задело. Так вот, капитан сразу приказал развернуть корабль так, чтобы стрелкам по правому борту не было слишком жарко и могли вступить пушки с левого. Донам, как говорится, здорово досталось.

– Это успокаивает. А раненые есть?

– Насколько я знаю, нет, – Фулхен чуть ли не с сожалением пожал плечами.

– И слава Богу, – Витус перевел взгляд на Магистра, который на пару с Коротышкой почти профессионально обрабатывал обрубок руки матроса. Другой раненый, с остекленевшим взглядом, еще не пришел в себя.