Чтение онлайн

– А он с нами пойдёт?

– Зачем? Он, видимо, лесной житель, вот пусть здесь и живёт, – произнесла, чуть завышая голос к концу фразы, внушая коту эти слова, – а нам надо спешить, ты не устал?

– Нет.

– Отлично, тогда вперёд навстречу приключениям, – взмахнула рукой в сторону виднеющемуся вдали просвету.

Тропинка, по которой мы шли, была вполне удобной, утреннее солнышко ласково припекало, а птицы перескакивая с ветки на ветку, сверху обругивали идущего следом за нами рыжего кота…

Лес закончился неожиданно. Его сменили небольшие огороды, лачуги из старого тёса и обломки кирпичных стен, усыпанные лишаями плесени. Дорога, заросшая травой, вела вдоль заброшенных некогда добротных домов, петляя по узким улочкам. От порыва ветра, покосившиеся двери и ставенки жутко скрипели, нагоняя тоску и страх.

– Не отставай от меня ни на шаг, – пробормотала, настороженно осматриваясь, я шёпотом добавила, – в таких местах часто живут опасные личности.

– Абис нас защитит, ты видела, как он напугал огромную птицу, – уверенно проговорил Джереми, с гордостью поглядывая на привязавшегося к нам кота.

– Угу, защитит он, просто есть хотел, но у кого-то слишком толстая попа и птицу поймать не сумел, – ворчливо проговорила, косо взглянув на наглого котяру, тот, в свою очередь, бросил снисходительный взгляд на меня и медленно прошествовал мимо, вырываясь вперёд, – и почему Абис?

– Он сказал, – недоумённо произнёс сын, – вот смотри, идёт впереди нас и зорко за всем наблюдает.

– То есть сказал? – удивлённо переспросила, внимательно вглядываясь в личико сына ища признаки жара, но сын был здоров и очень бодр, в отличие от меня.

– Ну я спросил, как его зовут, а он лапой показал на цветок, – равнодушно пожал плечами Джереми, – бабушка Мари, называла его Абис, он горький и колючий, но очень полезен, так говорила.

– Ну да, имя подходящее, но вот полезен ли кот, так же, как и цветок, что-то сомневаюсь, – пробормотала, уже ничему не удивляясь, я шёпотом добавила, – иди сюда, – подхватила сына за ручку, заметив первых людей в этой стране.

Заросшая дорога вдоль лачуг давно закончилась, выведя нас к начинающему населённому пункту. Серые в пятнах плесени дома, с заклеенными бумагой или заткнутые тряпками окна. Некоторые здания ещё держались, их стены хоть и были местами облуплены, но крыша цела и даже почти на всех окнах стояли стёкла. На таких домах чаще всего висели наклейки о сдаче жилья, но мы прошли мимо них…

Жить с ребёнком среди разрушенных зданий, обвалившихся стен, проходя рядом с которыми, непроизвольно втягиваешь голову в ожидание, что всё это обрушится на тебя. Или где среди наваленной кучи мусора копошатся полуголодные оборванцы. Здесь было небезопасно и невероятно страшно. Люди, спешащие куда-то были ужасно хмурыми, но чаще всего злыми. Сердитые мамаши с громкой бранью тащили детей к некогда ярко-красочному зданию, теперь серое нечто с полуразрушенной стеной мрачно возвышалась над развалинами.

– Мама? – испуганно прошептал сын, глядя, как два невменяемых мужика мутузят друг друга, катая в пыли. У обоих окровавленные лица, одежда или то, что от неё осталось, клочками свисала с худых грязных тел.

– Не бойся, сейчас мы пройдём эту часть города, – так же тихо сказала, прижав ребёнка к себе поближе, даря успокоение, – вот видишь и Абис на них поглядывает и в случае чего мигом утихомирит.

– Я же говорил, – чуть приободрился сын, – вот он какой сильный.

– Очень, – согласилась, но тут же нахмурила брови, в ответ на высокомерный взгляд наглого котяры. Ну никак я не могла простить ему своего испуга и заполошного бега по лесу.

Спустя час спешной ходьбы мы прошли и эту мрачную и страшную часть города. На улицах всё чаще стали встречаться прилично одетые женщины и мужчины, спешащие на работу. Дома небогатые, но целые, а улицы чистые, у некоторых даже были клумбы на коих, приветствовали проходящих путников, едва заметным покачиванием ярких мохнатых головок, цветы. Небольшие лавочки постепенно открывали свои двери и окна, а вывески приглашали приобрести самый лучший товар, который имелся, конечно же, только здесь.

Всё это мы проходили мимо… Я не знала, что ищу. Может более благополучный район, где будет не страшно оставлять ребёнка одного, если потребуется ненадолго выйти. Или я просто следовала за впередиидущим котом, он даже и не думал сворачивать к домикам, вполне красивым и милым, на которых висели объявлении о сдаче комнат.

«Глупо» – мысленно выругалась, сердито взглянув на кота, я стала внимательней всматриваться в домики, на которых висели объявления.

– Мам, есть хочется, – произнёс сынишка, не прекращая крутить головой, разглядывал домики, лавочки, маленькие магазинчики и проходящих мимо нас людей. Иногда он восхищённо восклицал, делясь впечатлением от увиденного, а я искренне радовалась, тому, как Джереми оживает.

– Сейчас найдём тихое местечко и перекусим, – ответила, вновь осмотрелась, но ничего подходящего не нашла. Сомневаюсь, что вот тот мужчина с огромным животом и залысиной дозволит присесть за столик у его пекарни и перекусить тем, что у нас есть, а купить у него даже крохотную булочку, я не в состоянии, монет у меня совсем не было.

Ища подходящий домик для меня и Джереми, я надеялась, что плату за первый месяц отработаю. Буду мыть дом, стирать, готовить, убирать и ухаживать за животными, могу выдрать все сорняки в огороде и саду, также сумею составить письма, лишь бы нас приютили…

Из воспоминаний, доставшихся мне в наследство многие жители обеих стран были безграмотны и, если требовалось составить документ, шли в контору, платили монету и получали готовую бумагу, не ведая в итоге, что там написано.

Мне же повезло, вернее Кэтрин, она обучалась, отец правда был недоволен решением матери, девушка, кстати тоже, но грамматику, искусство письма, географию, арифметику, танцы, музыку и вышивание она знала. Особенно ей полюбились последние предметы, которым она посвящала большее время, практически игнорируя остальные, но всё же основные навыки она заучила и худо-бедно могла вывести буквы красивыми ровными строчками.

На этот заработок я и рассчитывала, но нужно время, а ещё приличное жильё, пусть пока в аренду, надеюсь, что позже смогу приобрести для Джереми и меня свой маленький домик с небольшим садиком и беседкой под яблоней.

– Вот смотри, отличная лавочка в тени падуба и домик скрыт, – обрадованно воскликнула, потянув сына в сторону двухэтажного небольшого здания, стены которого когда-то были окрашены в яркий солнечный цвет.

Юркнув в узкий проулок, не переставая поглядывать наверх, дабы избежать опрокинутого горшка на голову, мы уже через пару минут были у того самого домика. Устроив сына на покосившуюся от времени лавочку, я, вытянув шею, попыталась рассмотреть, через высокий, но местами дырявый забор, есть ли кто живой. Но во дворе, заросшем травой и разросшимися кустами никого не было, как и не было на крыльце и сломанной беседке под падубом. В открытых настежь окнах, в которых ветерок трепал серые от пыли занавески, тоже никого не оказалась…