Чтение онлайн

Я понимаю, что постепенно теряю самообладание, но что ещё я могу сделать? Я двигаюсь вперёд так быстро, как только могу. Но просто… конца ему не видно. Может быть, этот туннель тянется вечно?

Я должна просто вернуться в основную пещеру, чтобы попрощаться с остальными перед смертью.

О-о-о.

Да, я определённо не могу ясно мыслить.

Мика ещё раз тянет меня, последний рывок, и затем внезапно мы скатываемся по скользкому скату, как с водной горки. Крик вырывается у меня, между приступами кашля, пальцы моей левой руки царапают каменную стену. Я пытаюсь дышать, но вода хлещет вокруг меня, забрызгивая моё лицо. Мы переваливаемся через край, едва держась за руки, а затем падаем в глубокий холодный бассейн. Течение подхватывает нас и с силой тянет вниз по другому туннелю.

«Я умру здесь», — говорю я себе, пытаясь подготовиться к этому. Силу воды невозможно остановить, наше стремительное восхождение вверх невозможно контролировать. Я не понимаю, почему мы так быстро поднимаемся вверх, но затем нас с Микой выбрасывает из жерла гигантского фонтана в маленький пруд внизу.

Я встаю, у меня чертовски кружится голова, я задыхаюсь и кашляю на свежем, холодном воздухе. Дождь хлещет на нас как сумасшедший, когда Мика тащит меня к краю маленького пруда.

Близнец МакКарти вытолкнул меня из воды, так что я оказалась лежащей на спине. Чувство, что я тону, снова овладевает мной, когда он наклоняется, чтобы сделать мне искусственное дыхание рот в рот. Горячее прикосновение его губ, кажется, пробуждает меня больше, чем что-либо другое, его руки тянутся к моей груди, чтобы сжать её.

Я начинаю кашлять, и он переворачивает меня, убеждаясь, что я дышу, прежде чем попытаться отстраниться.

— Куда ты направляешься? — я откашливаюсь, и он смотрит на меня в ответ с явным, неподдельным ужасом на лице.

— Вытащить брата, — шепчет он срывающимся голосом, его слова уносит ветер. Несмотря на то, что у меня такое чувство, будто в груди полно огненных муравьёв, я приподнимаюсь и хватаю его за ногу. Спуск туда не поможет Тобиасу.

— Нет никакого реального способа, которым ты мог бы вернуться к нему отсюда, даже если бы захотел; ты не сможешь вернуться.

— Я должен! — кричит он мне, и даже сквозь дождь я вижу, что у него на глазах слёзы. В конце концов, он не такой уж мудак, правда? Он серьёзно переживает, этот парень. — Я должен, — шепчет он, но затем опускается на колени, и я понимаю, что я доказала свою точку зрения.

Итак, мы ждём, наблюдая за фонтаном на противоположной стороне в поисках каких-либо признаков движения. Вода льётся вниз густым нескончаемым потоком, и даже со стоками, расположенными ниже и справа от него, пруд переполняется. Трава вокруг нас затопляется, почти на дюйм в ней стоит вода.

— Там! — Мика вырывается от меня и прыгает обратно в воду, помогая вытаскивать хмурого Черча. В этот момент он выглядит таким человечным, мокрые волосы падают ему на лицо, он кашляет и дрожит. Я встаю, стуча зубами, и жду, затаив дыхание. — Где остальные?

— Я, блядь, не знаю! — Черч кричит ему в ответ. — Они затолкали меня внутрь, эти придурки… — его голос затихает, и двое парней ждут бок о бок, по обе стороны водостока, глядя на большое круглое жерло фонтана. Это просто декоративный круг, примерно такого же размера, как я, извергающий свой собственный нескончаемый водопад.

Кажется, проходит целая вечность, прежде чем появляется Тобиас, и Мика издаёт звук чистой радости, от которого мне хочется заплакать. Позже я это сделаю. Позже. Прямо сейчас слишком многое поставлено на карту.

— Рейнджер? — спрашивает Черч, но Тобиас всё ещё кашляет и пока не может ответить. Когда он это делает, лучше не становится.

— Мы согласились, что, поскольку он крупнее, для него имело больше смысла следовать за мной. Таким образом, если бы я поскользнулся, он поймал бы меня, и… — он делает паузу, и мы все поднимаем глаза на фонтан; если это возможно, сила бьющей из него воды, кажется, увеличивается. Держу пари, там не осталось воздушного кармана.

— Блядь, Рейнджер, твою мать, — шепчет Черч, а затем, прежде чем близнецы успевают остановить его, он взбирается наверх и пытается заглянуть в отверстие. Тобиас пытается пойти за ним, но Мика удерживает его.

— Нет! Я не позволю тебе угробить себя. Этого не произойдёт, братан. — Тобиас вырывается из рук брата, но тот никуда не уходит. Вместо этого они оба просто стоят там, напрягая мышцы.

Когда Черч возвращается вниз, один, я чувствую, как внутри меня что-то разбивается вдребезги.

— Нет. — Сначала это слово произносится шепотом, но, когда Черч ударяет каменную стену рядом с фонтаном, я разваливаюсь на части. Слёзы текут по моему лицу, и я начинаю дрожать, падая на колени в мокрую траву.

Это несправедливо.

Рейнджер просто хотел узнать правду о старшей сестре, которую любил. Он не может умереть вот так, не здесь. Ни за что на свете. Я встаю и соскальзываю в бассейн, переплываю его, чтобы… чтобы… чёрт, я не знаю для чего, но близнецы не дают мне пройти.

— Ты не пойдешь туда, Чак, — говорит Мика, и слёзы текут по его лицу. — Просто нет. Нам нужно пойти за помощью.

— Сходи за директором, — говорит Черч, и его голос такой резкий, что напоминает удавку. — Я останусь здесь на случай, если он… — он замолкает. Мы все знаем, что Рейнджер не вернётся.

Рейнджер утонул в тёмных туннелях под академией Адамсона.

Теперь Рейнджер мёртв.

Рейнджер мёртв.

Я пытаюсь осмыслить это, но слова отказываются проникать в мой изголодавшийся по кислороду мозг.

Сходи за папой. Может быть, ещё не слишком поздно?

Даже при том, что я знаю, что это всего лишь дурацкая сказка, призванная поднять мне настроение, я хватаюсь за неё и бегу с ней.

Близнецы провожают меня к краю, и мы все выбираемся наружу, дрожа, наши зубы стучат как сумасшедшие. Мика оглядывается по сторонам, но я почти уверена, что он в замешательстве относительно того, где именно мы находимся.

— Чёрт, нам нужен Спенсер, — шепчет он, и я чувствую, как меня охватывает тошнотворное чувство вины. Если бы Спенсер был здесь, может быть, он бы знал, что делать в тоннелях, может быть, он бы знал, куда идти? Может быть, он знал бы, куда идти сейчас?

Слёзы текут по моему лицу, пока я пробираюсь между деревьями, отчаянно ища какой-нибудь ориентир. Что-нибудь, что угодно, что скажет мне, где мы находимся.

— Рейнджер мёртв, да? — шепчет Мика, прислонившись спиной к дереву. Он закрывает глаза, его тело сотрясается от холода и выброса адреналина. Я оглядываюсь назад и вижу Черча, ожидающего в воде. Теперь она ему по грудь, но он не двигается. Он стоит там и смотрит на место, как собака, ожидающая своего лучшего друга. Я имею это в виду, наилучшим образом из возможных, как будто его преданность непоколебима.