Чтение онлайн

Артем проставился и на правах испытанного в бою влился в обычную жизнь спецотряда. Тренировок на выработку боевых рефлексов меньше, зато добавилась самоподготовка по курсу пехотного офицера. Ежедневно пару часов занятий с северным зверьком и Аллой по атакующей, защитной, медицинской и прочей магии. Вырваться в город, встретиться с т’Атьяной или ее подругами стало так же сложно, как и из Псковского погранотряда, несмотря на близость Тайной Москвы. К зиме подоспела командировка.

Артем и в «верхнем» мире за границей особо не бывал. Беларусь, Украина – разве ж то заграницы?

Теперь предстояло жить в Варшаве два месяца, впитывать атмосферу Полонии, учить язык на уровне его носителя с рождения. По крайней мере, чтобы в Америке не догадались.

В первый раз он почти не видел города, так как перед акцией не хотели светиться. Понятно, что грим, исказитель ауры, куча мелких заклятий вроде отвода глаз и другие меры не позволили полиции получить хоть какие-нибудь зацепки, но лейтенант с напряжением ждал, что его окружит группа захвата или кто-то схватит за рукав с криком «Забойца!» [1] .

В Варшаве по-русски говорили очень многие. Право выбраться «наверх» предоставлялось только владеющим языком в совершенстве, так как выход происходил в Московский метрополитен. Человек, оказывающийся среди московской толпы, не должен был привлечь внимание муниципальной полиции. При проверке документов требовалось вести себя адекватно, не вызывать подозрений, уметь мелкой взяткой закрыть вопрос о регистрации в столице. Конечно, в одежде и снаряжении имелись амулеты, но их эффективность в верхнем мире крайне ограничена.

Так или иначе в связи с огромным количеством желающих получить образование в том мире, работать в закупочных представительствах или выполнять какие-то другие задания все учили русский язык, проклиная его сложность. Какое-то количество обитателей нижнего мира, обделенных магическими способностями, предпочитало переселиться туда навсегда, где талантов к волшбе нет и других.

Декабрь в Варшаве выдался сырым. Артема, сравнительно недавно перебравшегося из реальности, где из-за техногенных надругательств над природой она отыгрывалась на климате, дождь на Новый год удивить не мог. Товарищи по команде, привыкшие к теплому лету и холодной зиме, береглись от простуды лишь заклятиями и хмуро созерцали низкое свинцовое небо, поглотившее шпили костелов.

Сотрудник русской разведки, служивший в Варшаве под дипломатическим прикрытием, по очереди водил Артема и других членов группы по местам, которые должны осесть в памяти на случай глубокой проверки.

– Дзень добжы, Янош! – приветствовал он лейтенанта, хотя мглистая сырость за окном никак не соответствовала доброму дню. – Сегодня пройдемся по вашим обычным местам, от квартиры до работы, по магазинам, навестим знакомых. Потом вспомним ваше варшавское детство, откроем фотографии города, каким он запомнился в младших классах двадцать лет назад. Сравним, что изменилось.

Артем натягивал шкуру простоватого Яноша Збыха и до поздней ночи жил его жизнью, впитывая образ, совпадающий с будущей ролью в Америке. Польский язык под воздействием стимулирующих и укрепляющих память чар дался легко. Теперь простоватый Ян посещал польские курсы английского, который был ему труден в обоих мирах. Во всяком случае, в верхней Москве, кроме «Ез ытыз», ничего усвоить не удалось.

В начале февраля группа польских искателей счастья села на поезд, влекомый дымным паровозом, и поехала на запад. В их число затесались Грач, Песец, Артем и два бойца, не участвовавших в сентябрьской варшавской операции – Медведь и новобранец Шмель. Ахметов счел себя и Аллу слишком не вписывающимися в легенду и не рискнул тем самым демаскировать банду. Старшим за океан отправился Грач.

За время пути до франкского порта Брест пассажиры насквозь пропитались запахом угольного дыма. На Руси большинство железных дорог электрические, питаемые от каскадов ГЭС, которыми перекрыты Волга, Днепр и другие крупные реки. В Западной Европе дефицит и электрической, и магической энергии, поэтому железная дорога на угле.

В ожидании посадки на пароход эмигранты полдня слонялись по Бресту. Артем впервые увидел большую стройку нижнего мира, слоняясь до этого преимущественно по воинским частям и Тайной Москве. Больше всего впечатлили здоровенные паротурбинные генераторы, от которых змеились толстенные кабели к экскаваторам, бульдозерам, подъемным кранам. Отсутствие дизель-моторов сильно сказалось на технике.

А возле города русских рассмешила колонна тяжелых франкских танков. Огромные неповоротливые машины были вооружены многочисленными пулеметами, но ни одной пушки. Шмель как самый продвинутый в западной технике рассказал, что в корпусе установлен мощный компрессор, приводимый паровой машиной. Пулеметы – пневматические, зато к ним очень компактные боеприпасы, состоящие из одной только пули.

Невольно пришло на ум сравнение с основным боевым танком Русской княжеской армии, внешне напоминавшим «Т-90». При двадцати пяти тоннах общей массы половина приходится на аккумуляторы. Броня толщиной с палец эквивалентна метровой благодаря чарам. В экипаже боевой маг, поддерживающий заклятия в штатном состоянии.

Грач не разделил веселья молодежи.

– Панове, задумайтесь, франки хоть что-то пытаются делать. Кто-нибудь додумается до трюка с гексогеном, начинит им снаряд и стрельнет в наш танк. Без магии аккумуляторы разорвет. Мы же надеемся только на магию или импорт техники в обмен на энергию. Теряем мозги, потому что талантливых инженеров сманивают производители.

Артем пожал плечами. Не дело для военного обсуждать высокую политику. Его отправили в Америку кого-то убить для блага Руси – он убьет. А вычислением что есть благо, пусть занимаются Всеслав и его правительство. По крайней мере, здесь страна не приносится в жертву инородцам, своим не стреляют в спину и не продают оружие террористам. Единственный в группе выходец из верхнего мира, лейтенант оценивал жизнь в сравнении с покинутой реальностью.

Океанское судно, скопированное с верхних образцов – тот же паротурбинный двигатель, – довезло пассажиров до Нью-Амстердама за пять дней. Город, который в данном мире так и не переименовали в Нью-Йорк, показался здоровенной декорацией к историческому спектаклю. Во-первых, нет небоскребов. При сравнительно низкой плотности населения цена земли на Манхэттене не взлетела настолько, чтобы дома свыше пяти этажей оказались экономически оправданными. Единственный мост через Гарлем-Ривер пропускал через себя редкие паровые грузовики, еще более редкие электромобили и даже гужевые повозки. Зато поражало обилие рельсового электротранспорта и троллейбусов. Лишенный двигателей внутреннего сгорания город развивался в совершенно причудливом направлении, используя пар и электричество. Магии здесь меньше, чем во Франкии.

Чтобы не привлекать внимания, группа Грача после таможни дружно направилась к вербовочному офису. В первые часы после прибытия судна из Европы здесь не протолкнуться.

– С чего такой спрос на рабочую силу? – спросил себе под нос командир группы.

В Америке не открыли магического источника. Залежи золота и серебра прекрасно известны по опыту другой Земли: физическая география планет совпадает полностью. Но драгметаллы имеют ограниченную ценность как основной товар для торговли с «верхним» миром. Поэтому экономический бум вроде бы ни на чем не основывается.