Чтение онлайн

Это точно не Влад, поскольку она сразу же отъезжает, отбрасывая на кровать и стену свет от фар.

На улице поднимается сильный ветер, сквозняк и запах грозы пробирается в комнату. Резко начинается дождь. Он поливает как из брандспойта, барабаня каплями по стеклу, словно дробью.

На цыпочках я подбираюсь к балконной двери, чтобы прикрыть ее. В лужах замечаю отбрасывающийся луч света, похожего на свет от телефонного фонарика. А потом стены дома сотрясает трескучий грохот, прокатывающийся по небу. Ступнями ощущаю вибрацию, проходящую по полу.

Я аж взвизгиваю, но визг мой теряется среди отзвуков грома.

Душа в пятки уходит. Никогда не боялась грозы, а сейчас страшно так, что хочется переждать непогоду, свернувшись калачиком под одеялом.

Когда дверь в спальню приоткрывается, я забываю о непогоде и о своих страхах. Тюлевая занавеска колышется от сквозняка, задевая мой затылок и обнаженные плечи, ведь я так и не прикрыла балконную дверь.

Я столбом замираю при виде высокой фигуры, освещенной новой вспышкой молнии. Слышатся звуки стекающей на пол воды.

— Влад? Ты чего не проходишь? — выходит сипло и испуганно.

Он не откликается. Молча прикрывает дверь, устало откидывается на нее спиной и затылком бьется о полотно.

Почему он молчит? Почему не двигается и не снимет с себя насквозь вымокшую одежду? Да где он был, в конце концов? И почему приехал не на своей машине?

Столько вопросов одновременно возникает в голове, тем не менее я не решаюсь подойти к нему и поинтересоваться все ли с ним в порядке.

В свете полумрака мы смотрим друг на друга, казалось бы, целую вечность.

Спальню озаряет новая вспышка молнии. Я вижу его так хорошо, будто он стоит прямо передо мной и нас не разделяют метры.

Что с ним?

Он унылый и пасмурный, под стать погоде. Крупные капли дождя скатываются с его волос, омывая лицо. Глаза сливаются с темнотой, грудь и плечи подпрыгивают от беззвучного смеха, а затем следует то, чего я никак не могла ожидать.

Влад отталкивается от дверного полотна и несется на меня, что я не успеваю одуматься. Он молниеносно сокращает эти метры, разделяющие нас.

Одновременно с ударом грома он падает предо мной на колени и лбом утыкается в мой живот. Руками стискивает, выбивая из легких весь запас воздуха.

И ему все мало, он намерен меня раздавить.

Так пускай раздавит, если ему станет от этого легче. Что-то ведь терзает его.

Я ошиблась, когда думала, что от смеха его грудь и плечи ходят ходуном. Нет. Влад сотрясается от бесшумных рыданий. И это, я скажу, жуткое зрелище.

Никогда еще не видела, чтобы Влада могло так размазать.

— Прости, прости... прости, прости меня, Юль, — затягивает он как мантру, на что я могу лишь недоуменно моргать.

Находиться в его тугих объятиях одновременно и приятно, и странно. К тому же это далеко не объятия. Это что-то большее. Так он выражает сочувствие.

Пульс пускается вскачь и нещадно долбит в ушах. Язык немеет, как и все тело. Влад вывел меня из равновесия своим поведением.

Рука становится настолько тяжелой, что я с трудом могу поднять ее над ним.

Ночная сорочка стала влажной от его волос, ткань неприятно прилипает к коже, но это все пустяки в сравнении с тем, что я услышала. 

Я перебираю сотни вариантов, по какой причине он может просить у меня прощение. Пальцами зарываюсь в его мокрых волосах, смотрю сверху вниз на разбитого человека и теряюсь в догадках, что могло произойти с ним за этот день.

— Н-ничего страшного. Все наладится, все скоро будет хорошо, — отвечаю я прерывистым шепотом, надеясь, что выбрала правильный ответ. — Просто в следующий раз ставь меня в известность о том, что задержишься.

Глянув на меня из-под опущенных ресниц, он поджимает губы и мотает головой. Я хочу расспросить его о случившемся, но он шикает на меня. Он не желает меня слушать или хочет побыть в тишине.

Что ж. Ладно.

Он несмело дотрагивается до моей руки. Сплетает наши пальцы, воскрешая в памяти его образ шестилетней давности. В данный момент он очень похож на моего Влада. С этим мнением соглашается мое глупое тело, тая от его прикосновений, разница лишь в том, что этот Влад сломлен. Его что-то угнетает.

Знать бы только что.

— Иди ко мне, — просит он хрипло, потянув меня на себя. — Пожалуйста, не отталкивай меня, ты нужна мне сейчас.

И сердце бьется в груди пойманной птицей. Испуганно и нервно, пулеметной очередью дробя мои ребра. Оно с грохотом валится к ногам моим прежде, чем я сама опускаюсь дрожащими коленями на влажный пол.

Влад привлекает меня к себе. Полузакрытые черные глаза вдруг оказываются так близко от моего лица. Черные агаты блестят и кажутся совсем незнакомыми. Влад осыпает мое лицо и высохшие губы быстрыми поцелуями. Он молит о прощении, а я стою как вкопанная.

Он гладит щеки шершавыми ладонями, губами вжимается в висок и вновь нашептывает мне слова раскаяния. Щекочет своим дыханием со смесью лайма, алкоголя и сигаретного дыма, но запах перегара впервые не вызывает у меня отвращение.

— Почему ты ничего не сказала мне? Ни разу даже не осудила меня... Почему, Юль? Столько лет ведь.., — Влад заглядывает в мои глаза, отчего к горлу подкатывает гигантский слезный ком. Он проникновенно смотрит не на меня, а в самую душу, и горько усмехается сам себе. — Или все? Это все, Юль? Пути назад нет? А хотя, что я несу? Ты же вышла замуж...

Я столько лет ждала момента раскаяния, а сейчас его слова стали для меня полнейшей неожиданностью. Мощнейшей встряской.

Сначала поцелуй, а теперь он упрекает меня за то, что я вышла замуж, не спросив его позволения.

Я пальцами впиваюсь в плечи Влада, не в силах вымолвить ничего более связного. Я обескуражена его неоднозначным поведением.

— Влад, ты пьян, — легонько отталкиваю его от себя, отсаживаюсь от него. — Если хочешь поговорить, то для начала тебе нужно проспаться. Обещаю, утром мы поговорим, если ты будешь об этом помнить.

— Помнить? С этим, мягко говоря, вышла неувязочка, — хмыкает он, бросив на меня холодный взгляд. — Но теперь я все надежно запечатываю вот здесь, — пошатнувшись, он указательным пальцем стучит по своему виску. — Ничто не отнимет тебя у меня, ясно? Хватит с нас, я устал, ты разве нет? Я все просрал, все... все вообще...

Все это уже больше смахивает на пьяный бред.

— Ты ведешь личный дневник? — внезапно спрашивает, заваливаясь на пол.

— Нет, — ошарашено отвечаю, притягивая колени к груди.