Чтение онлайн

Обострение памяти безусловно возможно как в сознательном, так и в бессознательном состоянии. Кое о чём я могу подтвердить и сам на основе личного опыта. Когда в 1943 г. меня арестовало гестапо, я хранил в своей памяти тысячу двадцать четыре приметы агентов осведомительной сети «Марко Поло», охватывающей всю Европу: от Стокгольма до Балеарских островов. Раз пятьдесят меня пытали, но я не раскрыл ни одного имени, а когда спустя два года вернулся из концлагеря, все сведения прекрасно помнил.

Кроме того, с 5 по 19 мая 1945 г. я служил медбратом в американском госпитале, наскоро сооружённом сразу после освобождения Маутхаузена. За эти две недели я услышал около восьмисот исповедей умирающих, каждая из которых содержала точные сведения о предательстве, приведшем к аресту и депортации. Учитывая конфиденциальный характер этих рассказов, я ничего не записывал, однако, вернувшись во Францию, взялся за их воспроизведение, что заняло у меня почти два года. С тех пор, неоднократно общаясь с психоаналитиками, я узнал, что ни один из основателей этой науки, ни Фрейд, ни Юнг, ни Адлер, никогда не общались с людьми, находившимися на пороге смерти. Как же могли они тогда утверждать, что знают человеческую природу и способны лечить людей?

Можно привести также пример с физиками, изучающими свойства света, с которыми мне довелось встречаться. Достаточно было им назвать число от нуля до десяти миллионов, и они незамедлительно отвечали, примерно следующее: «Это спектральная линия гелия, появляющаяся в анормальных условиях у звезд типа R». Таким образом, десять миллионов фактов, точных и сложных одновременно, каждый из которых соответствует сотне единиц информации, то есть почти миллиарду бит, люди отрабатывают за долю секунды. Физики, о которых я говорю, не проходили никаких специальных тренировок, а были просто по-настоящему увлечены своим делом. Быть может, в этом и заключается секрет памяти, фиксирующей лишь то, что интересно, и автоматически отбрасывающей всё остальное. К слову сказать, название серии «Запрещённый свет» мы придумали с Луи Повеном, а ввёл его в оборот во Франции Ловкраф. Своим происхождением оно обязано разговору с одним таким физиком-спектроскопистом. Так физики называют спектральные линии, которые в реальности можно наблюдать, но которые теория полностью отвергает.

Бессознательное обострение памяти отлично подтверждается опытами. Весьма серьёзные работы показывают, что бессознательно всё запоминается с невероятной скоростью. Классическим примером является случай с одной малообразованной англичанкой, которая в начале века была служанкой у профессора. Однажды из чистого любопытства она перелистала книгу на норвежском языке, на котором не знала ни единого слова, она и на английском-то изъяснялась с трудом. Четыре года спустя женщина заболела воспалением мозга и полностью пересказала содержание этой норвежской книги. И тут нет ничего удивительного. Люди запоминают всё, не отдавая себе в этом отчеёа. Сотни исследований компетентных учёных, в частности советского профессора Лурии, подтверждают это явление.

К сожалению, в наше время мы не можем использовать все возможности нашей памяти, которые были свойственны большинству людей в средние века. Хотя это и не предмет данной книги, не могу не отметить любопытной способности человека, находящегося в состоянии гипноза, вспоминать произошедшее не с ним, а с людьми, жившими в его прошлом. Об этом удивительном феномене я рекомендую прочитать книгу «Умереть — не значит умереть», автором которой является Изола Пизани. Если память не связана с материальной структурой, следовательно, нельзя исключать, что она и не ориентирована ни на прошлое, ни на будущее.

Можно считать доказанным факт, что каждый человек имеет хотя бы одну нематериальную систему, позволяющую ему сознательно или бессознательно запоминать большое количество информации. Я сказал «хотя бы», потому что мы можем получить доступ также к памяти, зафиксировавшей прошлое, к той очевидной, — почему бы и нет? — универсальной памяти человечества, структурные элементы которой Юнг именует «архетипами», а на востоке их называют — аказиками.

Но вернёмся всё-таки к секретному агенту и предположим, что перед ним десять страниц машинописного текста и такое же количество рисунков. Он произносит слово-код, которое ему назвали в центре, включая таким образом свою нематериальную память, фиксирует в ней документ, после чего уничтожает его, и беспрепятственно возвращается в свою страну. Если пограничники задержат его на границе, то им ничего от него не добиться, никаких претензий к нему нет и не может быть. Дома его подвергнут тому, что американцы называют «дебрифинг». «Обстоятельный допрос» начинается со второго слова-кода, которого он в сознательном состоянии не знает. И он тут же приступает к докладу. Нет сомнений, что подобная практика сейчас весьма распространена. Можно лишь сожалеть, что она не применялась раньше, тогда такой герой, как, например, Пьер Броссолетт, не покончил бы жизнь самоубийством из-за боязни проговориться!

Мне неизвестно, какая тренировка памяти применяется для такой пересылки информации. Судя по всему, наркотиками не пользуются, — это чисто психический метод, кажется, японского происхождения. Японцы открыли этот метод как будто бы в 1970 г. Можно предположить, что речь идёт об использовании всевозможных инструментов для развития памяти: в мозг вводятся радиоизотопы, делаются электроэнцефалограммы, оказывается воздействие на кожу и так далее. Не проникая в глубины памяти, поскольку существующая методика рассчитана исключительно на материальные структуры, можно так усилить способность человека к запоминанию, что он будет в состоянии воспроизвести полученную информацию в полном объёме.

Этот феномен, вероятно, чем-то напоминает принцип скоростного чтения. Лично я читаю пять миллионов знаков в час. Если в документе в среднем пятнадцать — двадцать тысяч знаков на полдюжине страниц, то этого вполне хватит на полную характеристику водородной бомбы со всеми деталями, так что любой сможет её сделать. Некоторое время назад, к ужасу властей, так развлекался один американский студент. Ясно, что каждый агент способен за несколько минут запомнить целую агентурную сеть: надо лишь дать команду своей памяти запомнить всё, что прочитал. В этом и заключается новизна данной практики. В обыденной жизни мы сознательно избегаем перегружать свою память. Порой мы воспроизводим то, что запоминаем бессознательно, как это бывает в состоянии лихорадки, тяжёлой болезни или гипноза.

Метод гипноза не надёжен, так как загипнотизированный говорит то, что он помнит, и в той же мере то, что хочет услышать гипнотизёр при телепатической связи, и таким образом получится просто бред.

Используя японский метод или советский, разработанный Лурией, секретный агент фиксирует в памяти интересующий его документ, хранит его неопределённое время и выкладывает, получив кодированный приказ. Я бы тоже так хотел. По мнению некоторых компетентных лиц, с которыми я консультировался, чтобы отдавать подобные приказы своей памяти, нужно сознательно совершить акт раздвоения личности.

В этом случае возникает «я — другой», и чем дальше мы отходим от своей собственной личности, тем легче приказывать своей памяти. Именно этот принцип положен в основу данного феномена, но детали, как я уже говорил, мне неизвестны.

Некоторые искушённые читатели сочтут, что речь здесь идёт о йоге. Я так не думаю, хотя бы потому, что в моём представлении йога — это грандиозное мошенничество, иначе мы давно услышали бы о невероятных достижениях индийских спецслужб. Однако в борьбе ни против Пакистана, ни против Китая, ни против внутренних врагов они не добились особых успехов. А ведь было много подходящих случаев, когда легко было продемонстрировать преимущества йоговских методов.

Отбросив эту гипотезу, должен признать, что других пока нет. Если следовать законам логики, надо было бы полностью обособить комплекс проблем, связанный с памятью: раз существуют лица, контролирующие своё тело, почему бы не существовать и таким, которые в состоянии контролировать своё пси? Тем более что экстрасенсорная память весьма неопределённа. Все люди не могут иметь равные пси-способности, но памятью обладают все. Очень красноречивы в этом отношении первые главы романа Джона Бутана «Трое заложников». Как все в мире учатся читать, так же все могут научиться контролировать свою память, но как? Очень жаль, что открытие держится в секрете, и я всем сердцем хочу, чтобы однажды оно было обнародовано. Я надеюсь, что это так и будет, ибо всё тайное когда-нибудь становится явным. Основываясь на предположениях, я подозреваю здесь прямую связь с добровольным контролем альфа-ритмов, «biofeedback», о котором говорит Люсьен Жерарден.