Чтение онлайн

Для пополнения резервного фонда Фидель не пренебрегал никакими средствами. Порой он вел себя как рачительный хозяин, не брезгающий даже мелочами. Так, он использовал стоящий в Калета-дель-Розарио свой личный флот, в который, помимо его яхты «Акварама II» и других, более мелких судов, входили два рыболовецких судна, «Пурриаль-де-Викана» I и II; капитана одного из них звали Эмилио. Они выходили на рыбный промысел, а их добыча отправлялась в морозильные цеха Гаванского порта и в Подразделение 160 (логистическую базу эскорта Фиделя). Этот улов предназначался не для семьи Кастро, которая не ест замороженную рыбу, а продавался на одном из крупнейших гаванских рынков, Супер Меркадо, расположенном на углу Третьей авеню и Семидесятой улицы в квартале Мирамар.

Маленькие ручейки сливаются в большие реки: с той же целью – пополнения резервного фонда – использовались ферма по разведению индюшек и ферма по разведению баранов. К этому можно прибавить операции, осуществлявшиеся в Луанде во время ангольской войны на кандонге – знаменитом ангольском черном рынке, где кубинцы проявляли гиперактивность на протяжении пятнадцати лет. Это тоже позволило пополнить «резервный фонд Команданте».

Когда появилась статья в «Форбс», историк Эузебио Леаль, очень близкий к Фиделю, выступил на защиту репутации Команданте. В качестве доказательства бескорыстия Лидера максимо он рассказал, что в 1990-х годах тот поручил ему распределить между музеями и культурными центрами 11 687 подарков, полученных им, среди которых были картины, драгоценности, предметы из слоновой кости и дорогие ковры, пришедшие из ста тридцати трех стран. Возможно, это правда. Но данный факт ничего не доказывает. Я лично видел в кабинете Фиделя контрабандные алмазы из Анголы. Их присылали ему Патрисио да ла Гуардиа и Арнальдо Очоа, соответственно руководитель миссии МИНИНТа и глава военной миссии в этой воюющей африканской стране. Алмазы были маленькими, лежали в коробке от сигар «Кохиба». Секретарь Чоми и адъютант Пепин передавали ее из рук в руки в присутствии Фиделя, его персонального врача Эухенио Сельмана и меня. Я до сих пор помню их разговор.

– Ладно, Пепин, ты знаешь, что с ними делать. Продашь на черном рынке…

– Да, Команданте, – ответил адъютант, который вдруг превратился в эксперта по драгоценным камням. – Но вы же знаете, что стоимость этих камней невелика, потому что они маленькие. Ладно, что-то же они должны стоить – ювелирам их размер подойдет.

В делах Фидель порой отчасти демонстрирует менталитет карибского пирата. Поставить себя над законом, действовать, не связывая себя формальностями, заниматься контрабандой – все это не ставит перед ним никаких проблем, поскольку так диктуют обстоятельства, а его положение человека, противостоящего американскому эмбарго, дозволяет всё. Кстати, вопреки его утверждениям, он всегда был в курсе всех незаконных делишек (включая торговлю наркотиками в 1980-х годах), придуманных и осуществлявшихся Патрисио де ла Гуардиа и Арнальдо Очоа, которые силами Департамента MC [39] пытались любыми способами добыть валюту, чтобы помочь революции [40] . Точно так же Фидель был в курсе деятельности министра внутренних дел Хосе Абрантеса, по приказу которого в подпольных цехах заключенные шили контрафактные джинсы «Ливайс» и гнали фальсифицированное виски «Чивас Ригал», чтобы потом сбывать на черном рынке в Панаме. И все это делалось с той же целью: пополнять «резервный фонд Верховного Команданте».

Обо всех этих коммерческих операциях мне известно потому, что Фидель и его окружение говорили о них в моем присутствии семнадцать лет подряд – Пепин и Чоми, с которыми я ежедневно тесно сотрудничал, регулярно отчитывались перед Верховным Команданте по делам этого рода, не таясь от меня, поскольку в ту пору я действительно принадлежал к ближайшему окружению Хефе.

Как бы то ни было, а самым прибыльным «делом» Фиделя, возможно, стало временное возобновление в 1980 году по его приказу работы золотоносной шахты Долита на Исла-де-ла-Хувентуд (острове Молодежи) – большом острове в форме галеты, расположенном у южного берега Кубы. Полностью истощив жилу, испанцы забросили шахту еще в колониальные времена. Но, узнав, что мировые цены на золото резко идут вверх, Фидель вбил себе в голову удостовериться, не удастся ли при помощи современных технологий вытащить из Долиты еще хоть немного драгоценного металла. Его интуиция великолепна: было добыто и переплавлено в слитки килограммов шестьдесят – семьдесят золота. Я видел эти слитки собственными глазами, когда их привезли во дворец, чтобы показать Фиделю. Пепин попросил меня помочь переложить слитки на ручную тележку, и я смог приблизительно оценить их вес: одному человеку не удалось бы за один раз поднять такое количество металла. Я не стал спрашивать его, куда отправится эта добыча и на что она пойдет: я уже знал ответ…

Не имея возможности сосчитать состояние Фиделя Кастро, можно, по крайней мере, попытаться оценить его недвижимое имущество. В стране, где рынка недвижимости не существует, очень трудно назвать стоимость огромного поместья Пунто-Серо (с бассейном, ухоженным парком и теплицами) или райского острова Кайо-Пьедра. Тем не менее эти объекты имеют свою реальную стоимость, которую можно сопоставить со стоимостью аналогичных им объектов в районе Карибского моря, Багам, Гренады и Антигуа, где такая недвижимость стоит очень дорого. По самым минимальным оценкам стоимость частного острова Кайо-Пьедра может варьироваться от двух до десяти миллионов долларов.

Но владения Фиделя не ограничиваются этими двумя основными его резиденциями. К ним следует добавить еще несколько десятков других. Придерживаясь принципа строгой объективности и считая по самому минимуму, я могу назвать еще два десятка домов, используемых исключительно Команданте; я их знаю, потому что бывал в них и видел собственными глазами; другие дома, которые можно отнести к представительским резиденциям, я в расчет не принимаю.

Рассмотрим этот набор недвижимости, район за районом, с запада на восток острова. В провинции Пинардель-Рио, на крайнем западе Кубы, он владеет тремя домами: каса дель Американо (с открытым бассейном), ферма Транкилидад в местечке, называемом Миль Кумбрес (очень редко посещаемая Фиделем; я бывал там всего дважды) и Ла-Десеада – хорошо знакомый мне охотничий домик, расположенный в болотистом районе, куда он зимой ездит охотиться на уток.

В Гаване у Команданте помимо поместья Пунто-Серо есть еще шесть домов: дом Кохимар, ставший его первым гаванским жилищем после «победы революции» в 1959 году; дом на Сто шестидесятой улице в округе Плая, довольно роскошный; третий предназначается для его галантных свиданий: каса Карбонель, расположенный на территории Подразделения 160; очаровательный маленький домик в Санта-Мария-дель-Мар в стиле 1950-х годов, стоящий у моря, рядом с гостиницей «Тропико» (в муниципалитете Восточная Гавана); и, наконец, два дома, оборудованные бомбоубежищами для семьи Кастро на случай войны: один в Пунта-Брава (где Далия жила в 1961 году, пока не переехала к Фиделю) другой – каса дель Галлего, совсем близко к Подразделению 160.

В провинции Матансас он владеет двумя загородными резиденциями: на северном и на южном побережье: дом на северном побережье расположен в самом центре курорта Варадеро; его особенно любят сыновья Фиделя и Далии, поскольку дом стоит на пляже; а на юге – Калета-дель-Розарио (на берегу залива Свиней), где пришвартована яхта «Акварама II» и остальные суда частной флотилии Команданте. Дальше на восток, в провинции Сьего-де-Авила, еще один дом на пляже с мелким песочком: в Исла-де-Тиригано, рядом с туристическим местом Кайо-Коко, любимом дайверами всего мира, на северном побережье Кубы.

В провинции Камагуэй (расположенной восточнее) находится маленькая асьенда Сан-Галлетано, на которой, несмотря на то что Фидель не ездит на лошадях, имеется открытый манеж (называемый в мире конного спорта «карьером»). Еще один дом в той же провинции Камагуэй называется Табайито; он прячется внутри комплекса, в который входят другие дома, предназначенные для членов номенклатуры. Наконец, я знаю еще одно владение, называемое Гардалакава, в провинции Ольгин, и две резиденции в Сантьяго-де-Куба, большом городе на востоке острова: два на улице Мандалай (трехэтажный, с дорожкой для боулинга) и еще один, с бассейном, на территории комплекса, принадлежащего министерству внутренних дел.

Я не уверен, что даже президент США владеет таким обширным набором объектов недвижимости. Но, каким бы ни был ответ на этот вопрос, Фидель, глядя вам в глаза, клянется и требует, чтобы вы ему поверили: он зарабатывает всего лишь девятьсот песо в месяц…

В 1983 году у Фиделя возникли серьезные проблемы со здоровьем, что стало первым звонком. Потом это повторилось в 1992-м. Так что, когда в 2006-м он серьезно заболел и был вынужден отдать бразды правления в руки Рауля, я – наряду с лечащими врачами и его ближайшим окружением – оказался одним из очень немногих людей на свете, кто увязал это с предыдущими фактами истории его болезни.

Итак, в марте 1983 года мы вернулись после почти месячного пребывания в Дели, в Индии, где Фидель принимал участие в 7-й встрече глав государств и правительств неприсоединившихся стран, и жизнь пошла своим чередом: Команданте ежедневно приезжал в свой кабинет, чтобы заниматься текущими делами. Апрель начался с радостного (хотя и хранившегося в секрете) события, о котором я узнал лишь спустя много лет: рождения Абеля, незаконнорожденного сына Фиделя и Хуаниты Вера, его переводчицы. Сегодня это тридцатилетний парень с внешностью латинского ловеласа, по крайней мере, если судить по тем фотографиям, что мне недавно прислали хорошо информированные друзья.