Чтение онлайн

— Боже, как патетично! — проворчал Люк.

Робин прикусила язык. Она не позволит Люку снова втянуть себя в перепалку, как бы он ни старался.

— Не спорю, я оказалась в удачном месте в удачное время, — сказала она. — Еще три года назад моя галерея ничем не отличалась от десятка других в Лондоне, разве что была еще менее известной, чем они. Но однажды я поделилась с совершенно незнакомым человеком своими взглядами на современную живопись, а он оказался главным редактором журнала и предложил мне раз в месяц рассказывать то же самое его читателям.

Робин замолчала и перевела дух. Так и не став тем, кого называют «звезда», она, тем не менее, обрела широкую известность в среде, которая была ей наиболее интересна, — среди людей, занятых искусством. В глубине души Робин иногда казалось, что ее взлет и вправду был чересчур стремительным и неожиданным. Но это только пошло на пользу ее работе в галерее.

— Полагаю, ваши блестящие глаза и длинные ресницы тоже сыграли в этом некоторую роль, — хмыкнул Люк.

— Что вы имеете в виду? — насторожилась Робин.

— Сомневаюсь, что ваши поклонники читали бы эти статьи с таким же удовольствием, если бы в рамке на первой странице стояла фотография старой толстой ведьмы.

Робин прикусила губу.

— Вы полагаете, внешний вид имеет какое-то значение для работы в журнале? — помедлив, спросила она.

— Спросите об этом вашего редактора, — усмехнулся Люк.

Робин ощутила сильнейшее желание дать ему пощечину и уже почти поддалась этому искушению. Правда, их разделял довольно широкий стол, а если бы она стала обходить его, Люк, пожалуй, мог бы догадаться о ее намерениях.

Неожиданно он одним движением метнулся ей навстречу. Две сильные руки обхватили ее запястья.

— На вашем месте я бы этого не делал… — предостерег ее Люк.

— Не делал — чего? — с невинным видом спросила Робин.

— Не пытался бы осуществить намерение ударить меня, — спокойно пояснил он. — Намерение, которое так ясно читается в ваших красивых глазках. Вы очаровательно выглядите, когда приходите в возбуждение. Настоящая маленькая фурия, а?

Робин мысленно добавила к списку его недостатков отвратительную снисходительность. «Очаровательная маленькая фурия» — вы только подумайте!

— Я бы предпочел видеть вас возбужденной несколько по-другому, — негромко произнес Люк, наклоняясь к ней. Он был теперь очень близко. Гораздо ближе, чем ей бы хотелось.

— Люк… — прошептала она.

Наступила короткая пауза. Его ладони скользнули от ее кистей к плечам. Он вопросительно заглянул ей в глаза.

— Люк… — повторила она, — иди ты к черту! — И с этими словами резко оттолкнула его, воспользовавшись тем, что ее руки свободны.

К ее огромному удивлению, он залился таким искренним смехом, какого Робин не ожидала услышать от него. Темные глаза засветились мягким золотистым светом, а резкие морщины разгладились. От этого лицо его заметно помолодело и даже обрело какое-то мальчишеское выражение.

Только этого ей и не хватало! Если бы Люк продолжал грубить и издеваться над ней, Робин, пожалуй, сумела бы с этим справиться. Но противостоять этому неизвестно откуда взявшемуся обаянию было совершенно невозможно. Она даже не попыталась воспротивиться, когда он снова притянул ее к себе и крепко поцеловал в губы.

— Зачем вы это сделали? — тихо спросила Робин, когда Люк снова отпустил ее.

Он все еще улыбался.

— Чтобы проверить, по-прежнему ли вас приятно целовать. Кстати, могу вас заверить, что да, и даже, пожалуй, приятнее, чем в прошлый раз.

Будь он проклят, этот Люк! Почему он всегда ведет себя с ней так, как хочется ему? Как будто ее мнение вообще ничего не значит для него? За кого он ее принимает?

Робин была гостьей в доме Люка Харрингтона, причем даже не лично его гостьей, а гостьей его любимой сестры. И это не давало ему никакого права целовать ее, когда ему вздумается!

— Не делайте этого больше, — предупредили она. — Иначе…

— Иначе — что? — издевательски поинтересовался он.

— Иначе мне придется объяснять Дотти, почему я вынуждена уехать отсюда. А мне бы очень не хотелось огорчить ее, заявив, что ее брат злоупотребляет своим правом хозяина дома.

Робин смотрела прямо в глаза Люку, чтобы он не сомневался в твердости ее намерений.

— И все же вы готовы ее огорчить, если я продолжу… как вы это назвали… «злоупотреблять правом хозяина»? Что за старомодное выражение!

— Увы, — развела руками Робин, — я сама немного старомодна. В некоторых отношениях.

— Что вы имеете в виду? — сощурился Люк.

— Полагаю, вы прекрасно понимаете, о чем речь, — отрезала Робин. — Что бы Люк ни думал по этому поводу, она не собиралась становиться для него объектом очередной интрижки. — Если вы не имеете ничего против, — сказала она, — я закончу убирать здесь и отправлюсь спать.

— Одна? — Люк саркастически изогнул бровь.

— Именно, — подтвердила Робин, снова вспыхнув не столько от смущения, сколько от гнева. — Послушайте, Люк, вам обязательно нужно, чтобы я заявила открытым текстом, что не желаю вас?

— Вовсе нет, — усмехнулся он, — тем более после того, как пару часов назад вы совершенно недвусмысленно заявляли обратное.

— Еще раз повторяю: оставьте меня в покое!

— Охотно, — Люк отвесил ей иронический поклон, — если вы, мадам, сможете поручиться за себя!

— Вы просто…

— Да? — подбодрил ее Люк, когда она умолкла, не закончив фразы.

— Неважно, — сказала Робин. — Надеюсь, в присутствии Дотти вы согласны соблюдать хотя бы видимость приличий?

— Дорогая моя, стадию приличий мы давно уже прошли, — язвительно заметил Люк. — Если она вообще когда-то имела место.

Пожалуй, нет, подумала Робин. Их отношения с Люком развивались слишком стремительно, в один миг превратившись из отчужденных в почти интимные. Совсем не то, что нужно было Робин после пережитой ею год назад эмоциональной травмы.

— В любом случае, — возразила она, — вы можете попытаться, хотя бы для Дотти. Если усилие не будет для вас чрезмерным, — ядовито добавила она.