Чтение онлайн

«Собиратель, собиратель колов!» — звенело у меня в ушах.

Четвёртый класс начальной школы я закончил с одними хорошими отметками, первое задание по словенскому языку написал на пять с минусом, учитель физкультуры, тот самый, к которому мы ещё не приклеили никакого прозвища, частенько хвалил меня. Значит, собиратель колов? И такое говорит Запятая, наш классный руководитель и, как он сам себя именует, наш второй отец!

Я ещё не успел проглотить обиду, как Запятая вызвал меня:

— Спрягай глагол… глагол… — и, блуждая своими близорукими глазами по классу, вдруг выпалил: — глагол «собирать»!

Держался он вполне серьезно, но из-за очков сверкала озорная улыбка. Класс тоже улыбался. Когда я снова сел за парту и стал смотреть перед собой, на доску и на всё то, что было на той стене, мне показалось, что смеются даже кнопки на нашем расписании.

Солнце светило как раз на них. Четыре чудесных солнечных луча кололи мне глаза, словно иглы.

«Собиратель… собиратель колов!»

На истории и даже на географии, которую я после словенского и физкультуры люблю больше всех предметов, я никак не мог отделаться от этой ужасной мысли.

Все уже и думать забыли про коллекцию колов, а те четыре кнопки возле доски всё ещё кололи мне глаза, хотя солнце давно уже перекочевало на другую стенку.

«Собиратель… собиратель… колов!»

И ничего удивительного в том, что после уроков я не спешил вымахнуть из класса. Дождавшись, пока все уйдут, кинулся я к расписанию и выдернул все четыре кнопки. Я уж хотел было бросить их в корзину, как вдруг услышал какой-то внутренний голос. «Собиратель, собиратель… сунь-ка их лучше в карман!» — посоветовал он так озорно, что я засмеялся и громко крикнул:

— Что верно, то верно!

Я сунул в карман кнопки, зажал под мышкой портфель и помчался догонять своих друзей.

Вид у меня, наверное, был невесёлый, потому что бабушка за обедом спросила:

— Михец, в школе что-нибудь не так, а?

«А когда это там всё было «так»?» — подумал я, а вслух сказал:

— А что там может быть не так?

— Может, получил кол или замечание? — робко спросила бабушка.

— Ну, схватил пару колов, подумаешь!

Она нахмурилась, но тут же её увядшее лицо расплылось в улыбке.

— Когда же ты возьмешься за ум, мальчик? — И, переложив со своей тарелки на мою кусок мяса, добавила: — Оно, конечно, ничего страшного, но лучше б не носить их домой.

Для бабушки вопрос был исчерпан. У меня же всё только начиналось. После обеда я, как обычно, помог ей перемыть посуду и убрать кухню. За работой в ушах у меня звенело: «Собиратель… собиратель колов!»

Нечаянно взгляд мой упал на светлую алюминиевую коробку, стоявшую на кухонной полке. Вот бы мне такую!

— Бабушка, — спросил я дрожащим от волнения голосом, — дай мне вон ту коробку!

— Ты же знаешь, что я держу в ней лавровый лист.

— Лавровый лист можно держать в столе или в кастрюльке, а мне позарез нужна коробка.

— Зачем?

— Буду складывать в неё краски, пуговицы, мел, карандаши, кнопки… ну и вообще… — поспешил я объяснить сладеньким голоском.

— Знаю, какой ты барахольщик, карманы вечно оттопырены, а всё ж…

Я уже знал, бабушка в душе сдалась, коробка считай что моя.

— Бабулечка, очень тебя прошу! — прицепился я к ней. — Тебе не придется загонять меня вечером в постель, а утром стаскивать. Бабулечка, обещаю тебе…

— Уж ты выцыганишь! — ворчала бабушка, а её худая, узловатая и такая добрая рука уже тянулась к полке. — Падок ты на всё, что блестит.

Так я стал обладателем уже давно привлекавшей меня алюминиевой коробки. Она была новёхонькая и блестела, как серебро. Кнопки сразу затерялись в её глубинах.

Эх, если б набрать полную коробку таких блестящих кнопок, тогда я стал бы настоящим коллекционером! Собиратель кнопок… Мариян с первой парты собирает марки. Раз в неделю он приносит в школу свой альбом. Каких там только нет марок! Пепчек, Славко и Павлек тоже начали собирать марки, но у всех троих столько не наберешь, сколько их у Марияна. Отец Марияна работает в большой торговой фирме, которая ведёт переписку с заграницей, вот почему у него столько марок. В последние дни я тоже был одержим идеей собирать марки, но потом как-то понял, что вряд ли преуспел бы в этом. Бабушка только по праздникам получает открытки, да и то не из-за границы, а мне и вовсе никто не пишет. До самого аттестата зрелости мне не заполнить даже один альбом. Старый Чепон собирает стенные часы. Мы с ребятами часто стоим под его окном, слушаем, как они тик-такают. С первого же дня, как мы здесь поселились, я мечтал войти к нему в комнату. Но удостоился такой чести лишь через месяц.

Однажды вечером пришёл к нам пожилой железнодорожник и спросил, где живёт товарищ Чепон. В доме как раз отключили свет, и бабушка сказала:

— Михец, проводи товарища на второй этаж и покажи, где живёт Чепон!

Я довёл его до квартиры, а потом вместе с ним вошёл в комнату. Все стены были увешаны часами. Каких тут только не было! И с кукушкой и с петухом, с гирями и без гирь, с золотыми и обычными чёрными стрелками, с римскими и арабскими цифрами, с длинным и коротким маятником. Здесь нельзя было найти даже двух похожих часов. И тик-такали они по-разному. Одни спешили, как на пожар, другие шли медленно и торжественно. Поистине услада для глаз, музыка для слуха! А посреди всего этого великолепия стоял старый Чепон, сгорбленный и седой, со свечой в руке и смотрел на пришельца. Тот сунул руку в карман и извлёк оттуда большие карманные часы.

— Благодарствуйте, карманные часы я не собираю, — предупредил его Чепон. — Я специализировался по стенным часам. Лишь коллекция однородных предметов имеет ценность. Часы! Это то же самое, как если б кто-нибудь собирал гвозди, кнопки. Представьте себе, сколько видов гвоздей существует! Спасибо. Но если вы услышите про какие-нибудь особенные стенные часы, то дайте мне знать.

Значит, кнопки тоже можно собирать! А почему бы и нет? Бабушка говорила, что люди, к которым она ходит стирать и убирать квартиру, коллекционируют фарфоровые трубки. Человек должен специализироваться, сказал старый Чепон, опытный коллекционер.

Ну, а раз так, начну-ка я собирать кнопки.

В кухне мне вдруг стало душно. Тогда я схватил два самых ненавистных мне учебника и, крикнув бабушке, что пойду учить английский и латынь, выскочил во двор. Учебники я даже не раскрыл. Какая там зубрёжка, когда на уме новая идея! Хорошо бы, конечно, посоветоваться со старым Чепоном, да ведь к нему и на козе не подъедешь. Значит, милый мой, сам доходи до всего.

С книгами за пазухой я взобрался на каштан в глубине двора, чтоб там спокойно и без помех обо всём поразмыслить.