Чтение онлайн

Я снова тщательно перетасовал колоду и снова вытащил карту, которую я загадал в этот раз. Учитель снисходительно похлопал меня по плечу.

– Ты будешь продолжать настаивать на том, что это невозможно? – поинтересовался он.

– Как ты это делаешь? – спросил я.

– А разве я это делаю? – Ли с деланным изумлением приподнял брови. – По-моему, ты сам это делаешь!

Я снова попытался узнать, в чем тут дело, но Ли только поддразнивал и насмехался надо мной, и я понял, что лучше оставить эту тему.

Секрет этого фокуса я понял примерно год спустя, когда мы учились применительно к рукопашному бою управлять психикой и поведением противника.

Учитель мог даже не знать, какую карту я загадал, но он был способен заставить мое тело почувствовать, независимо от моего сознания, где в колоде находится эта карта, и заставить вытянуть ее. Процесс поиска карты другим человеком относился к упражнениям с неживыми предметами того же типа, что и охота на зверя в джунглях, когда ты учишься ощущать шестым чувством местонахождение и состояние зверя, а на более высоком уровне – управлять поведением зверя.

– А сейчас я научу тебя фокусам попроще, – сказал Ли.

Он попросил меня протянуть руку и, вытащив из колоды карту, положил ее мне на ладонь рубашкой вверх.

– Сосредоточься на ощущениях, которые передаются тебе от этой карты, – предложил он. – Какие образы или ассоциации у тебя возникают?

Я закрыл глаза, сосредоточился, и вдруг передо мной появился образ букета алых роз, и даже почудилось, что в воздухе разливается их тонкий сладковатый аромат.

– Я вижу букет роз, – сказал я.

– Хорошо, – одобрил Учитель. – Алые розы скорее всего означают, что у тебя на ладони лежит дама червей.

Я перевернул карту, и она действительно оказалась червовой дамой.

– Неужели любой человек, сосредоточившись на даме червей, увидит розы? – удивился я.

– Конечно, нет, – ответил он. – Можно увидеть все что угодно. У каждого человека своя система ассоциаций и мыслеобразов. Хотя, конечно, существуют мыслеобразы, общие для определенных групп людей. Я хорошо тебя знаю, и поэтому мне легко истолковать твои ощущения и понять, откуда они происходят. Ты – натура возвышенная, романтическая, жизнь еще не била тебя, поэтому довольно естественно предположить, что червовая дама может ассоциироваться у тебя с розами. Возьми другую карту.

Я вытащил карту, положил ее на ладонь и ощутил в руке тяжесть, шероховатость и покалывание, исходящее от нее.

– Я чувствую шероховатость и какие-то легкие, почти незаметные уколы, – сказал я.

– Наверняка это пика, – отозвался Ли, – и скорее всего, на карте изображено несколько пик. Попробуй почувствовать, сколько их там.

– А как это сделать? – спросил я.

– От каждого изображения пики ты чувствуешь покалывание. Поводи другой рукой над картой и постарайся сосчитать, сколько раз тебя уколет.

Я так и сделал.

– По-моему, это девятка, – сказал я.

Я перевернул карту, и это оказалась восьмерка пик.

– Почти угадал, – похвалил меня Учитель.

Мы продолжили упражнения, и Ли заставлял меня ощущать карты то визуально, то тактильно, учил трактовать возникающие ассоциации, а потом управлять ими, выбирая наиболее простые и четкие, – например, ощущение тепла от карт красной масти и холода от пик и треф.

Для разнообразия он клал мне карту на колено или на какой-нибудь другой участок тела, заставляя воспринимать им масти карт. Я научился различать покалывающее тепло и нейтральное тепло. Покалывающее тепло я чувствовал от бубен, а нейтральное – от червей. Разное ощущение холода давали пики и трефы.

Труднее всего было определять масть и достоинство картинок, но картинки от остальных карт отличались легко.

Когда я пытался определить достоинство карты визуально, у меня перед глазами возникали, например, пять букетов роз на пятерку червей или пять собак на пятерку треф.

Я выяснил, что самый первый образ обычно бывает самый верный, поскольку потом подключалась логика, и чувство неуверенности в себе порождало серию других образов, затмевающих первый.

Я приучился говорить сразу о первом возникшем образе, и потом, если мне казалось, что есть и другой вариант, я описывал изменения в образе.

– Логика всегда следует у тебя за интуицией, – объяснил Ли. – Поэтому второй ответ чаще всего – надуманный ответ.

Он прокомментировал мне цепочку моих логических рассуждений, вызвавших второй образ, например, он говорил, что я считал, что раз карта, которая ассоциировалась с первым образом, уже выпадала, она не должна повториться, и поэтому я прикидывал, какая карта появится с наибольшей вероятностью.

– Нужно научиться доверять своим ощущениям, – сказал Учитель. – Если ты когда-нибудь станешь шулером, это может тебе пригодиться.

Он объяснил мне, что упражнения с картами показывают, какие возможности открываются перед человеком, совершенствующим свое восприятие, но что у нас нет времени заниматься этим, отшлифовывая свое мастерство, и главное – знать технику развития чувствительности, чтобы при необходимости, потренировавшись, я смог добиться желаемого результата. В дальнейшем Учитель показывал мне много упражнений и техник как из области парапсихологии, так и рукопашного боя, объясняя, как это можно выполнить и применить, но времени для шлифовки этих техник у нас не было, и мы переходили к другим темам.

На следующий день мы продолжили упражнения с картами, но теперь Ли добавил к ним формирование мыслеобразов и управление ими.

Ли сказал:

– Можно работать с любым предметом, создавая мыслеобраз и направляя его на этот предмет. Для этого достаточно сфокусировать на объекте часть своего желания. Тогда объект приобретет некоторые другие свойства, и информация, исходящая от него, будет несколько иной, чем обычно присущая ему информация.

Он разложил на скамейке несколько карт и спросил:

– Как ты думаешь, какую из этих карт я загадал?

Сам не понимая, почему я так решил, я указал на одну из карт.

– Верно, – кивнул головой Учитель.

– Попробуй еще раз.

Я снова указал на карту. У меня при этом не возникало никаких образов, просто рука сама тянулась к ней.

– Угадал, – сказал Ли. – Давай еще раз.

Я решил проверить его и, вообще не пытаясь что-либо почувствовать, наугад ткнул пальцем в первую попавшуюся карту.

– Правильно.

– Мне кажется, что ты меня обманываешь, – недоверчиво произнес я, – поскольку я показал на эту карту, даже не настраиваясь на то, чтобы угадать. Как я могу проверить, что ты действительно задумал ее, а не какую-нибудь другую?