Чтение онлайн

– Никуль, а ведь ты опять стоишь у меня на пути…

– Брат, хватит! Я просто беспокоюсь о тебе.

– Заткнись… – сквозь зубы процедил блондин. – Как же ты меня достала. И почему я не положил этому конец еще раньше?

– Что? – Я растеряно уставилась на Олега. – О чем ты вообще?

– О, действительно, о чем я? – Он сделал паузу, будто задумался, а потом улыбнулся. Его улыбка – такая светлая и ласковая. Вот только взгляд выражал совсем другие эмоции. Парень наклонился к моему лицу и заговорил:

– Смеешь называть себя моей сестрой? А помнишь ли ты, любимая сестренка, что лишила меня самого дорогого? Конечно, не помнишь. Не знаешь, что со дня моего рождения, папа, еще будучи живым, не замечал своего сына, – в голосе парня все отчетливее слышались угрожающие нотки. – Я был для него пустым местом, ненужной вещью, путающейся под ногами. Но с тобой… О-о-о, с тобой все было по-другому. Почему, когда появилась ты, в нем взыграло отцовское чувство? Почему отец настолько любил тебя, что был готов наплевать на болезнь, лишь бы провести с дочерью пару лишних мгновений перед сном?

– Я н-н-не знаю… – проговорила и трусливо попятилась назад. Такое поведение братца пугало. Заметив мой маневр, Олег усмехнулся.

– Никуль, а я ведь действительно тебя ненавижу, – медленно проговорил он. – Всегда ненавидел. С детства задавался вопросом: “Если бы ты не рождалась, папа смог бы меня полюбить?”. И, представь себе, я пришел к выводу, что да, именно ты стоишь между мной и отцом.

Глаза брата опасно блеснули.

– Я… – из горла вырвался всхлип. – Олег, ты пьян. Ты не осознаешь, что говоришь.

– Я даже пытался решить эту проблему, – будто не слыша моих слов, продолжал парень. – Старался изо всех сил, но одна маленькая дрянь упорно отказывалась покидать этот свет. Хотя знаешь, должен признать, сам процесс доставлял удовольствие. Ты даже не можешь себе представить, как это – ощущать полную власть над жизнью другого человека. Смотреть в глаза, полные страха, слушать крики, молящие о помощи, и знать, что только ты смеешь вынести окончательный приговор. Это так волнительно и… весело.

Олег произнес последние слова и расхохотался. Он смеялся, согнувшись пополам. Хрипло. Долго. А я стояла, не смея пошевелиться, и до крови кусала губу, в надежде сдержать постыдные всхлипы. По щекам медленно стекали слезы, а душа разрывалась от боли и страха. Было жутко смотреть в лицо некогда родного человека, и понимать, что не узнаю его. Не вижу той теплой улыбки, что застывала на его губах при нашем общении, нежного взгляда, которым он одаривал меня каждую встречу. Лишь только горящие сумасшествием глаза и оскал настоящего хищника.

“Нет, это просто розыгрыш, – убеждала я себя. – Сейчас брат улыбнется, обнимет меня, и скажет, что все это была шутка. Да. Так и будет.” – Легче не становилось, а при взгляде на сотрясающуюся от смеха фигуру, сердце сжималось от дурного предчувствия.

Все, что происходило дальше, слилось в один сплошной кошмар. Отсмеявшись, брат медленно разогнулся и уставился на меня сузившимися глазами. Резкий выпад, и на горле сомкнулись сильные пальцы. Зловещий шёпот обжег ухо:

– Вот и опять. Ты вновь встала у меня на пути. Так может мне довершить начатое двенадцать лет назад дело?

– Да я просто помочь хотела, – прохрипела я, безуспешно пытаясь оторвать мужскую руку от горла. Даже если брат и хотел просто напугать непутевую сестру, он явно переигрывал.

– Помогла уже, – гаденько усмехнулся парень. – Все же не зря мама посоветовала сблизиться с тобой. Даже от глупой сестренки бывает польза. Особенно в денежном вопросе.

Время стало липким и плотным, происходящее виделось слишком четким и каким-то замедленным. Обдав ехидным взглядом, Олег еще сильнее вжал меня в холодную дверь. Я тихо взвыла.

– Передай привет папочке.

– Ты не сможешь… – всхлипнула, вцепившись пальцами в мужскую ладонь.

– Кто знает, – усмехнулся парень и сжал пальцы еще сильнее, отчего невыносимая боль обожгла горло. Перед глазами стремительно начало темнеть. Я в панике затрепыхалась, пытаясь вырваться из стального капкана. Бесполезно. Сознание медленно улетало, а на весь окружающий мир опускалась мутная пелена.

– Брат… – выдавила из себя. – Остановись… Ты же не такой…

Неожиданно хватка ослабла. Воздух снова начал поступать в легкие. Ноги подкосились, и, закашлявшись, я повалилась на пол.

– Так и думал, – послышался задумчивый голос. – Все-таки ты слишком похожа на отца. Такая же наивная идиотка. Да и привычку верить людям до последнего явно от него унаследовала.

Голова раскалывалась от боли, тело обмякло и отказывалось подчиняться хозяйке, из горла вырывались страшные хрипы. Слова брата долетали до слуха будто сквозь пелену, а их смысл и вовсе терялся, оседая где-то на задворках сознания.

– А эти карие глаза, – между тем продолжал Олег, – бледные губы, круглое лицо. Если бы только не длина волос… Впрочем, мы же можем это исправить.

Я почувствовала, как меня схватили за шиворот и куда-то поволокли. Кажется, в сторону кухни. Но мне было уже плевать. Такой привычный и устойчивый мир рухнул на глазах, погребя под собой все то, что я лелеяла годами. Хотелось свернуться калачиком где-нибудь в темном угу и плакать до беспамятства. И только то, что, оказавшись на кухне, брат потянулся за ножницами, отрезвило и заставило начать вырываться с удвоенной силой.

– Еще раз дернешься, ухо отрежу, – пригрозил Олег. Я испуганно замерла.

– Уж извини, парикмахер из меня так себе, – издевательски проговорил изверг и одним движением перевернул меня на живот, прижав к холодному кафелю. – Но думаю, тебе понравится.

Он провел рукой по моим растрепавшимся волосам, а в следующую секунду послышался скрежет ножниц и на пол упала одинокая прядь.

– Я помню, как ты дорожила своими кудрями. – Щелк, и еще одна прядь покоится на паркете. – Помню, как жаловалась, что это единственная девичья часть тебя. – Звук ножниц становился все чаще. – И помню, как отцу нравились твои волосы. – Яростное чиканье раздалось совсем рядом с ухом.