Чтение онлайн

«Мальчик из гарема», сын безвестной наложницы, вполне устраивал овдовевшую Хатшепсут в качестве наследника престола. Во-первых, потому что он был еще совсем маленький, а во-вторых, у него, очевидно, не было мощной поддержки со стороны жрецов и родовой землевладельческой аристократии. Неизвестно по чьей воле, но после смерти Тутмоса II (неважно, естественной или нет) дело пошло не в соответствии с традицией Древнего Египта: маленького ребенка провозгласили фараоном, а вдову – правительницей. Если предположить, что Тутмос III был не пасынком, а родным сыном самой Хатшепсут, и она хотела, пока мальчик не вырос, сосредоточить в своих руках всю полноту власти, то избрала самый верный путь. За ребенком закрепили титул наследника, а она могла самовластно править, объявив себя фараоном, чтобы избавиться от претендентов на свою руку.

Хатшепсут была действительно умной и смелой женщиной, убежденной в своем праве на трон и твердо знавшей, как нужно управлять страной, чтобы достичь благополучия. Древний Египет был сказочно богат, но почти двухсотлетнее владычество чужеземцев-гиксосов, а потом многолетние войны разорили его. В стране было много золота, хорошо организованная, высокооплачиваемая профессиональная армия, но сельское хозяйство было истощено, земледельческие провинции обезлюдели. Хатшепсут установила высокие цены на зерно, создала условия для подъема земледелия, сумела договориться с соседями, с которыми долгое время были распри, свела к минимуму вооруженные вмешательства во внешнюю и внутреннюю политику – даже с мятежной Нубией в ее правление установлены более мирные связи, чем при кровожадном Тутмосе II. Она оставила наследнику Тутмосу III процветающий, мирный Египет. Если она в чем-то погрешила против традиций и религии, то игра стоила свеч.

Существует и другой вариант завершения богатой событиями жизни женщины-фараона, а именно: ее могли убить. Как и ее возлюбленного – придворного зодчего Сененмута. Тутмос III занимал при Хатшепсут достойное и почетное место, но настало время, когда его терпение лопнуло, и он решил, что законный фараон Верхнего и Нижнего Египта – именно он, а высокомерную мачеху (или мать?) нужно сбросить с престола. Самый радикальный способ – это убийство. За двадцать с лишним лет правления Хатшепсут наследник вполне мог «обрасти» полезными связями, приобрести сторонников, с нетерпением ожидающих его восхождения на вершину власти. Ситуация при дворе фараона-женщины, вероятно, изменилась не в ее пользу. Если Хатшепсут не умерла от болезни, не скрылась в тайном, заранее подготовленном убежище, значит, ей помогли поскорее отправиться в подземное загробное царство бога Осириса. Не для того ли Тутмос III старательно уничтожил следы пребывания у власти своей предшественницы, чтобы затушевать момент смены правителей Египта?

Тутмос III стал великим фараоном. Он немало сделал для процветания и возвеличения своей страны. И одновременно постарался стереть из памяти соотечественников женщину-фараона, ведь если царица Хатшепсут Мааткара будет забыта, никто и не вспомнит, каким образом она ушла из жизни… Скалывать сразу же после погребения лицевую часть со статуй Хатшепсут и ее картуши с каменных обелисков было бы грубо и неразумно. Гораздо целесообразнее было сделать это по прошествии двух десятков лет, когда уже много воды утекло в священной реке Нил.

Не приходится удивляться, что гордая Хатшепсут унесла с собой свои тайны, и мы никогда не узнаем всей правды о ней. Античные историки получили сведения об этой царице из основательной «Истории Египта», написанной в III веке до нашей эры египетским жрецом Манефоном (или Манетоном). Манефон писал по-гречески, и отрывки из его истории цитировали в своих трудах древнееврейский историк Иосиф Флавий, который первоначально писал на арамейском языке, и христианский писатель, историк и богослов II-III в. н. э. Секст Юлий Африкан, писавший по-гречески.

Замечательный французский лингвист, полиглот и любитель древностей Жан Франсуа Шампольон в 1828 году приехал в Египет и много лет занимался расшифровкой египетской письменности. К этому времени исследователь уже прочел несколько текстов, составил первый словарь и грамматику древнеегипетского языка.

Сойдя с корабля в Александрии, Шампольон первым делом поцеловал землю Египта. Потом он увидел многое, о чем мечтал долгие годы, склонившись над рукописями в своем кабинете. Шампольон побывал в Каире, осмотрел пирамиды. «Контраст между величиной постройки и простотой формы, между колоссальностью материала и слабостью человека, руками которого возведены эти гигантские творения, не поддается описанию», – писал он.

После осмотра Мемфиса Шампольон спустился вниз по Нилу, обнаружил развалины храма в селении Телль-эль-Амарна (еще никто не знал, что пески скрывали там руины Ахетатона), потом посетил в Дендере хорошо сохранившийся древнеегипетский храм.

Этот громадный храм строился при фараонах Тутмосе III и Рамзесе II Великом. Он произвел на француза ошеломляющее впечатление. В то время считалось, что храм в Дендере был посвящен богине Исиде, но Шампольон разобрал надписи на его камнях и понял, что это храм Хатхор – богини любви.

В Луксоре он исследовал храм Амона в Карнаке и определил сроки строительства разных частей храмового комплекса. Шампольон обратил внимание на высокий обелиск, снизу доверху покрытый иероглифами. Он заинтересовался этим обелиском и прочел надпись. Иероглифы внутри обрамления-картуша содержали ответ на вопрос, кто повелел установить грандиозный обелиск. Оказалось, что его поставила легендарная правительница женщина-фараон Хат-шепсут. Шампольон прочитал текст, выбитый на камне: «Эти гранитные обелиски из камня с южных каменоломен. Их вершины из самого лучшего золота, какое только можно найти во всех странах. Они видны с реки издалека, они излучают свет в обе стороны… На их позолоту я выдала столько золота, что его измеряли мешками, как зерно… Потому что Кар-нак – граница неба и мира».

Шампольон не остановился в Луксоре, а переправился на западный берег Нила и увидел там Долину царей и величественные развалины храма Хатшепсут в Дейр эль-Бахри. «Все постройки на левом берегу бледнеют по сравнению с гигантскими каменными чудесами на западном берегу».

Стоит добавить, что архитектурные фрагменты с именем царицы Хатшепсут были обнаружены в разные годы в Мемфисе, Абидосе, Арманте, Ком Омбо, Эль-Кабе, Гермополе, Кусе, Хебену и в некоторых других местах.

Но если археологи нашли достаточно доказательств жизни и правления легендарной женщины-фараона, но с ее мумией дело обстоит сложнее. Большинство мумий фараонов XVIII династии найдены в скальном некрополе в Дейр-эль-Бахри в том числе мумии Тутмоса I, Тутмоса II и Тутмоса III. Там же найдена и мумия женщины рядом с пустым женским саркофагом. Возможно, что это именно мумия Хатшепсут.

В гробнице фараона Аменхотепа II тоже обнаружено много мумий XVIII династии, и среди них мумии двух женщин разного возраста.

Интересные женские мумии XVIII династии лежали в простой, давно разграбленной гробнице, открытой Говардом Картером в 1903 году. Там были две мумии женщин, обе в плохом состоянии. Одна из них лежала в богато декорированном саркофаге, а вторая рядом, на полу. Саркофаг был подписан именем Сатры-кормилицы. Сатра известна из других источников как кормилица самой Хатшепсут.

Мумия, найденная на полу, принадлежала полной пожилой женщине с рыжеватыми светлыми волосами. Вторая мумия, с длинными совсем светлыми волосами, была мумифицирована очень тщательно и первоначально обернута пеленами из тончайшего полотна, причем каждый палец на руках был обернут отдельно. Левая рука лежала на груди таким образом, как принято укладывать руку мумии фараона, и в эту руку, по-видимому, первоначально был вложен какой-то предмет. Эта мумия женщины среднего для Древнего Египта роста, 1 метр 50 сантиметров, лежала в саркофаге длиной 2 метра 13 сантиметров, который явно предназначался для кого-то другого. Можно предположить, что мумия полной женщины – это кормилица Сатра, а вторая мумия – сама царица Хатшепсут.