Чтение онлайн

Хотя после 1000 года архитектура майя начинает приходить в упадок и никогда уже не сможет создать постройки, столь великолепные, столь филигранно тонкие, как те, что я видел в Паленке или в чисто пуукских городах, все же и в тольтекскую эпоху в юкатанских метрополиях вырастают строения, которые - теперь уже в основном благодаря своему практическому значению - заслуживают серьезного внимания. «Караколь» становится центром майяских астрономов, как некогда им был Вашактун, а затем - Паленке.

Майяские звездочеты в «Караколе» пользовались двойным календарем, а следовательно, двойной системой счета и двойной математикой, которая у майя непосредственно зависит от календаря. Один из майяских годов продолжался 260 дней и состоял из 13 месяцев по 20 дней в каждом. Индейцы называли такой год «цолкин». Другой год состоял из 18 месяцев, к которым добавлялось еще 5 дней. Этот 365-дневный солнечный год по-майяски назывался «хааб». Двадцатидневному месяцу соответствовала система счета, в основу которой было положено число двадцать. Двадцать майяских лет составляли катун. Двадцать катунов дают один бактун, двадцать бактунов - один пиктун, двадцать пиктунов - один калабтун, а двадцать калабтунов - один кинчильтун и, наконец, двадцать кип чильтунов - один алаутун, то есть более 23 миллиардов дней. Пользуясь этими единицами счета, майя записывали на своих стелах соответствующие даты, которые теперь, когда исследователь может основываться на довольно точном реляции между нашим и майяским календарями (так называемая корреляция Гудмена-Мартинеса-Томпсона, сокращенно - ГМТ), позволяют, как правило, с приближенностью до одного дня определять, когда были построены те или иные майяские здания или стелы.

Но, после того как в майяский город вступил «Пернатый змей», к двум майяским календарям, как нам кажется, присоединился третий, в котором продолжительность года определялась временем обращения Венеры (584 дня). Индейские звездочеты на «Караколе», искавшие во взаимоотношениях небесных тел некий единый абсолютный порядок, быстро нашли соотношение между «гражданским» майяским годом и годом планеты Венера. Пять тольтекских лет равняются 2920 дням. А 2920 дней составляют ровно 8 майяских хаабов.

Вместе с тольтеками в Чичен-Ицу вступила Венера. Следовательно, и я не мог не посетить посвященный ей памятник, украшенный тем самым устрашающим изображением Утренней звезды, которое знакомо мне по толланской Тлауискальпантекутли. «Храм Венеры» в Чичен-Ице - это низкая квадратная пирамида, к вершине которой со всех четырех сторон поднимаются широкие лестницы. На верхней площадке во времена «Пернатого змея», чьи изображения украшают стены пирамиды, и при его преемниках тольтекские жрецы приносили человеческие жертвы.

Площадка для жертвоприношений одновременно служила и открытой сценой. Майя, веселые и общительные люди, любили развлечения. Ставились главным образом комедии, иные пьесы носили религиозный характер. Но до наших дней дошла лишь одна из них - «Рабиналь-ачи». Актеры выступали в богатых костюмах. Некоторые из этих костюмов я позже видел на репродукциях фресок, найденных американской экспедицией в одном из майяских городов Лакандонского девственного леса - Бонампаке. Костюмы актеров изображали птиц и животных. Один представлял крокодила, у другого были крабьи клешни. В уши продеты водяные лилии. А те, кто выступал без масок, по крайней мере не жалели грима.

Особенно оживленно бывало на сцене «Храма Венеры» в месяце шуль, шестом двадцатидневном месяце майяского года. Этот месяц в тольтекский период истории был посвящен Кукулькану. И в память бога и властителя «Пернатого змея» в городе «У колодца племени ица» устраивались не только религиозные празднества, но и театральные представления.

Итак, «Пернатый змей» и его преемники переделали майяскую Чичен-Ицу в город, подобный тольтекской метрополии. Естественно, что более всего меня здесь интересует здание, о котором еще у епископа Ланды сказано, что юкатанские индейцы называют его именем «Пернатого змея». Пирамида Кукулькана, несомненно, была сердцем майяско-тольтекской столицы. Девятиступенчатая пирамида имеет квадратное основание. На вершину ведут четыре лестницы, окаймленные балюстрадой, которая в первом этаже начинается с прекрасно выполненной Змеиной головы и в виде змеиного тела продолжается до верхнего этажа.

На каждой лестнице 91 ступень. 91 умножить на 4 - это 364. Где же 365-я Ступень - последний день года? Я нахожу ее на самой вершине пирамиды, перед святилищем Кукулькана-Кецалькоатля.

Однако подсчетом дней года пирамида-календарь не ограничивается. Люди «Пернатого змея» обозначили на ее стенах и месяцы. Каждая из четырех стен пирамиды разделена лестницей на две половины. Если учесть, что в пирамиде 9 уступов, то 9 половин, помноженные на 2, дают число 18. Да, 365-дневный год, воплощенный в этой пирамиде, имеет 18 месяцев. Таким образом, пирамида «Пернатого змея» показывает год индейского календаря. Однако тольтеки привнесли в майяскую астрономию еще и другой календарь - год Венеры, и связанный с ним новый элемент - свой высший календарный цикл, длящийся ровно 52 года (по 365 Дней). Для майя этот высший цикл был удобен еще тем, что включал в себя, не теряя ни одного дня, и священный год цолькин. Семьдесят три цолькина составляют ровно 52 года - один тольтекский цикл. И эту свою высшую календарную единицу строители пирамиды вписали в стены святилища. Каждую из них украшают ровно 52 каменных рельефа.

Если поверхность пирамиды отдана календарю, то сама она посвящена «Пернатому змею». В собственно храм, расположенный на вершине пирамиды, вход с северной стороны, его украшают колонны в виде змеиных тел. Когда же археологи начали обследовать пирамиду, к своему удивлению, они установили, что под верхним покровом сооружения скрывается еще одна девятиступенчатая пирамида, чуть поменьше. Итак, я вхожу в эту «пирамиду внутри пирамиды» и оказываюсь в святилище, обнаруженном в ней несколько десятков лет тому назад. Я… околдован. В центре помещения стоит изумительный каменный трон, изображающий ягуара. Каменное тело могучего зверя покрыто рыжей краской. Семьдесят три нефритовых диска имитируют пятна на его шкуре, из нефрита - и широко скрытые глаза хищника. Зубы сделаны из педерналя - камня вулканического происхождения [9].

Для кого же индейские мастера создали этот великолепный трон, подобного которому я ни до, ни после этого не видел в индейской Америке? Безусловно, для «Пернатого змея» или кого-либо из его преемников, которые правили Чичен-Ицей до последнего дня существования этого майяско-тольтекского города.

Кукулькан - легендарный «Пернатый змей» - и его уже более конкретные преемники возводили не одни только храмы и площадки для жертвоприношений. В Чичен-Ице, этом удивительнейшем майяском центре, достроенном воинами «Пернатого змея», я увидел множество памятников оригинальной архитектуры тольтеков, отличавшихся от майя гораздо большей практичностью и обращенных скорее к земному миру, чем к звездам.

Для знакомства с этими бытовыми зданиями я, однако, должен был отправиться на окраину города. В первую очередь меня заинтересовала настоящая парная баня, построенная здесь тольтеками в XI или XII столетии. Минуя некое подобие предбанника, оказываюсь в самой бане с двумя скамьями, где сидели посетители. В полу до сих пор сохранились остатки очага, в котором слуги (или, может быть, рабы) докрасна раскаляли камни, а затем лили на них воду, чтобы образовался пар. В стенах банного зала имеются отверстия для охлаждения воздуха.

Следующую интересную майяско-тольтекскую постройку, собственно комплекс зданий, непосредственно соседствующих с баней, местные индейцы называют по-испански «меркадо» (рынок). Этот комплекс строений в форме буквы «Т» в самом деле был чем-то вроде индейского супермаркета. В Мексике торговля отдельными областями еще в эпоху тольтеков была весьма оживленной. Тольтекские хозяева Юкатана свои майяские города, ранее жившие в значительной изоляции от остального мира, постепенно начали приобщать к «международной торговле». Полом - юкатанские торговцы - совершали далекие путешествия по суше и по морю и выносили на рынок Чичен-Ицы все необходимое для города, и прежде всего для его господ.