Тайны льда
Шрифт:
– Не хочется, маменька… Значит, мы едем в Петербург.
– Да, милая, мы едем в столицу.
– Как скоро?
– Ночным в среду. Прибудем утром в четверг.
11
В субботу в Юсуповом саду играл духовой оркестр. Военные музыканты располагались на дощатом настиле рядом с павильоном, в котором гости катка переодевались перед выходом на лёд. А закончив катание, согревались чаем на веранде. Самовар дымил в окружении чашек, сушек, баранок, пряников и бутербродов.
В полуденный час публики немного: несколько гостей оттачивали исполнение фигур, три пары дам с кавалерами катались для удовольствия, два конькобежца носились по кромке большого пруда на скорость. Посетители были знакомы. Появление нового лица было отмечено.
На лёд выехала барышня в белой шубке. Такое событие могло вызвать обычный вопрос: «Кто это?» Однако катящиеся дамы и господа задавались другим вопросом: «Кто это?!» Именно так, с восклицательным знаком. Не иначе. Удивить мастерством фигурного катания на льду Юсупова пруда трудно. Незнакомке это удалось: она каталась как настоящий фигурист, то есть натурально в мужском стиле. Только не могла высоко поднимать ногу при поворотах. Юбка и приличия не позволяли. В остальном её исполнение «двукратной тройки», «выкрюка», «параграфа» и «восьмёрки с двумя петлями» [19] было на высшем уровне. Будто исполняла программу произвольного катания на три минуты.
19
Самые сложные фигуры состязаний международного уровня.
Дамы требовали от кавалеров ответа – «Кто это?», юноши прекратили тренировки, и даже бегуны притормозили. Все следили за дивным явлением. Она же, не обращая внимания, кружилась, кружилась, кружилась.
Из павильона выскочил молодой человек в измайловке и венгерке [20] , разогнался и поехал напрямик. Оказавшись в середине пруда, он сделал несколько виражей голландским шагом, показывая достоинства фигуры. Как павлин распускает хвост перед скромной цесаркой. Старания барышня заметила, кататься не перестала. Выбив фонтан снега, юноша затормозил около неё. Некоторая бесцеремонность прощалась тем, что на катке чужих нет, все знакомы.
20
Измайловка – круглая барашковая шапка с матерчатым верхом, венгерка – короткая куртка, расшитая шнурками, напоминающая форму гусар.
– Надежда Ивановна, рад вас видеть в Петербурге! – Он отвесил игривый поклон.
Барышня приняла фотографическую позу: правый конёк впереди, левый отведён назад, спина прямая, руки скрещены за спиной. Для общения не располагающая, скорее надменная.
– А, это вы, – сказала она малоприветливо. – Вы, кажется… Эм-м…
Молодой человек поправил измайловку.
– Вечное проклятие близнецов: опять перепутали с братом Алёшкой. – В тоне его слышалась весёлость, будто участвует в игре. – Я Иван Фёдорович. Приветствую вас на катке Юсупова сада! Фейерверк к вашему прибытию не успел приготовить, но гром оваций при мне: гип-гип-ура! Ура! Ура!
Троекратный возглас сопроводил взмах руки. Левой он держал сигару. Теперь дамы мучились более сложным вопросом: «Как это он запросто общается с новенькой? Собирается сделать предложение? Или уже помолвлены?»
– Что вам угодно? – ответила Надежда Ивановна.
Иван хмыкнул.
– Всего лишь выразил искреннюю радость, увидев вас в столице. В этом нет ничего дурного. Надеюсь, ваш кучер с кнутом остался в Москве? Незабываемая была встреча и впечатления, даже шапку потерял. Позвольте теперь предложить вам руку, – сказал он и сделал то, что предлагал.
– Зачем мне ваша рука?
Вопрос был задан столь серьёзным тоном, что Иван растерялся:
– Прошу прощения. Позвольте пригласить на совместное катание.
– Не могу без дозволения маменьки.
– Мы на людях, не позволю ничего за рамками приличий. Всего лишь тур совместного катания.
– Я не катаюсь совместно.
– Ну так пробуйте! Чудесный день, чудесный лёд. Зачем упускать такое счастливое стечение обстоятельств? Надежда Ивановна, соглашайтесь. Это катание загладит мою сердечную рану, которую нанесла ваша маменька своим отказом. Про кучера не говорю. Будьте милосердны к отвергнутому рыцарю. Всего лишь пару кругов!
Мадемуазель ещё колебалась:
– Если только один…
– Как прикажете! Буду счастлив проехать с вами по Юсупову пруду. Так сказать, большим променадом. Обещаю не объясняться в любви и не просить более вашу руку с сердцем. Обещаю вести себя исключительно смирно.
Ручка в тёплой вязаной перчатке коснулась сгиба его локтя, показав, что Надежда Ивановна согласилась исключительно из вежливости. А не по иной причине.
Они поехали. Зажав в зубах сигару, как пристало столичному щёголю, Иван заложил левую руку за спину, кивал знакомым. Надежда Ивановна осматривала заснеженные берега пруда, дворец князей Юсуповых, видневшийся между деревьями, и Большую Садовую улицу за решёткой.
Совместное катание с кавалером было скучным. Без фигурных движений Надежда Ивановна стала замерзать и уже хотела поблагодарить за доставленное удовольствие, как вдруг кавалер споткнулся и толкнул её. Вернее, повалился на неё. Не ожидая такой выходки, Надежда Ивановна невольно приняла на себя тяжесть мужчины.
– Как вы посмели! – проговорила она и тут заметила, что кавалер не позволил себе дерзости, он не держится на ногах, размяк и сползает, свесив руки. Будто заснул на ходу.
– Что с вами, Иван Фёдорович?
Иван пал на колени, свалился мешком на лёд, странно дёрнул головой, раскидал судорожно руки, по ногам пробежала дрожь.
– Иван Фёдорович…
Молодой человек лежал неподвижно, вытаращив глаза и раскрыв рот.
Сжав кулачки, Надежда Ивановна пробормотала:
– Помогите…
Происшествие заметили, катающиеся дамы и господа остановились.
– Помогите же, господа…
Не слышат, не видят, не понимают. Только пальцем показывают.
И Надежда Ивановна закричала что было сил:
– Помогите!
Крик разлетелся по Юсупову саду, спугнув замёрзших птиц.
Фигура 2
31 января 1899 года, воскресенье
Перетяжкой следовало бы назвать собственно движение, сопровождающее перемену направления пути конька, но этот термин упрочился за самой фигурой, получающейся при этом: линия её напоминает латинскую букву S.
12
Домашний питомец завёлся почти месяц назад. Занял единственный диван в квартире, на котором Ванзаров проводил редкие минуты отдыха за чтением. Забрал домашний халат Ванзарова, потёртый, кое-где в дырках, но родной, как кожа. Влез в домашние тапки Ванзарова и занял собой всё пространство небольшой квартирки на третьем этаже доходного дома по Большой Садовой улице. Выгнать его было не под силу.
Надо сказать, что Ванзаров сам накликал беду. То есть позвал, пригласил под свой кров, открыл двери и так далее. Чего с нечистой силой делать не следует. Ошибку он совершил по доброте душевной. В начале января питомец был так несчастен, оказался в такой безвыходной ситуации, что нельзя было не проявить жалость. За что пришлось расплачиваться.