Чтение онлайн

Кыпчакские и русские князья видели, что западноевропейские государства и религиозно-политические организации всё более активно проводят политику экспансии на восток. Идеологическое обоснование такого рода политики исходило от римской католической церкви, призывавшей к скорейшему крещению язычников и стремившейся утвердить своё влияние на востоке.

Наиболее агрессивно стремились внедриться на восток поддерживаемые папской курией немецкие духовно-рыцарские ордена. В результате провозглашённого Ватиканом крестового похода, в первую очередь в Прибалтику, туда устремились католические миссионеры и жаждущие добычи и приключений рыцари и авантюристы. Ещё в 1201 г. в устье Западной Двины захватчики основали крепость Ригу, а в 1202 г. был основан Орден меченосцев (от изображения меча и креста на орденской одежде). К 1237 году образовался Ливонский орден, возникший в результате объединения ордена меченосцев с находившимся в Пруссии Тевтонским орденом. Ливонский орден стал главной военно-колонизационной опорой Ватикана в Восточной Европе.

История фактически умалчивает о фактах согласованных действий между кыпчакскими и русскими князьями. Однако реконструкция исторических событий того времени наталкивает на мысль, что их тактика совершенно чётко укладывается во вполне разумную логику.

Было совершенно очевидно, что войска Батыя уже стремительно наступают на Северный Кавказ, умело используя противоречия внутри самих кыпчакских биев и рассчитывая на то, что на западных землях Руси население будет вовлечено в события, которые происходят в соседней Прибалтике. Дания и Швеция активно действовали в восточной части Прибалтики, где датчане основали крепость Ревель (на месте современного Таллина), а шведы стремились утвердиться на острове Саарема (Эзель) и на побережье Финского залива.

Усиливающаяся экспансия западноевропейских рыцарей на восток серьёзно угрожала интересам русских княжеств. Можно было не сомневаться, что, утвердившись на Прибалтийских землях, следующим шагом по захвату орден сделает сопредельные с Прибалтикой русские территории. Поэтому в борьбу за Прибалтику активно включились западные русские земли, прежде всего Полоцк и Новгород. В своих действиях русские находили поддержку со стороны местного населения, для которого угнетение, принесённое рыцарями, было во много раз тяжелее дани, собираемой полоцкими и новгородскими властями.

Во главе Ливонского ордена стоял магистр, имевший в принципе неограниченную власть. По соглашению с Ватиканом, одна треть всех завоёванных земель Прибалтики поступала в собственность Ордена. Местное население подвергалось беспощадному ограблению и в случае малейшего неповиновения безжалостно истреблялось.

Летом 1240 г. шведская флотилия под командованием военачальника Биргера неожиданно появилась в Финском заливе, и, пройдя по реке Нева, встала в устье реки Ижора. Здесь шведы раскинули свой временный лагерь. Новгородский князь Александр Ярославич, спешно собрав небольшую дружину и часть ополчения, решил нанести противнику неожиданный удар. 15 июля 1240 г. в результате бесстрашия и героизма русских войск и таланта их полководца более многочисленное шведское войско было разбито. За победу, одержанную на Неве, князь Александр был прозван Невским. Невская победа над шведами предотвратила потерю Русью выхода в Балтийское море и угрозу прекращения торговых связей с Западной Европой.

В это же время к захвату русских земель приступили рыцари Ливонского ордена. Рыцарям удалось овладеть Псковом, Изборском, Копорьем. Положение дел в Новгороде осложнилось и тем, что в результате ссоры с новгородским боярством князь Александр Невский временно покинул город. Опасность, угрожавшая Новгороду, заставила его население вновь призвать князя Александра Ярославича.

В результате успешных действий русских войск от нашествия рыцарей были освобождены Псков и Копорье. 5 апреля 1242 г. на льду Чудского озера встретились основные силы немецких рыцарей и русское войско во главе с князем Александром Невским. Здесь произошла одна из самых знаменитых битв русского средневековья, получившая название Ледового побоища. В результате ожесточённого сражения русские одержали решительную победу. Битвой на Чудском озере рыцарское наступление на Русь было приостановлено. Однако угроза военной и религиозно-духовной экспансии с Запада во многом продолжала влиять на внешнюю политику русских земель. Начинался новый этап истории половцев в восточноевропейских степях.

Мангышским называли улус – поместье Мангыша, старшего сына солтана Котена, который, по кыпчакским традициям, достигнув совершеннолетия, был наделён личным поместьем и многочисленными стадами скота для поддержания своей семьи и улусного войска. Отныне он, старший сын, будет вести своё хозяйство самостоятельно, признавая над собой, разумеется, власть родителя как отца и верховного правителя. По кыпчакским обычаям, старшему сыну не полагалось наследовать власть отца, если в доме ещё были живы дядья, родные братья отца. Однако по праву первенца он пользовался в роду в определённом смысле особыми привилегиями, в силу чего его улус, Пруто-Днестровское междуречье, занимал важное место во всём кыпчакском объединении. Размеры улуса, величественно простиравшаяся степь, богатая растительностью и различной живностью, огромные табуны и стада крупного рогатого скота, а также развернувшееся в Приднестровье градостроительство вполне соответствовали статусу принца Мангыша. Мангыш с присущим ему гостеприимством по поручению Котена устраивал приёмы предводителей сильных туменов. Среди кыпчакской знати отсутствовало единство в борьбе с монголами. В степях существовали различные самостоятельные предводители туменов, упорно отказывающиеся признавать власть Котена. Некоторые объединения обладали собственными вооружёнными отрядами, но ещё не определились, к кому примкнуть. Мангыш призывал их не враждовать друг с другом. Ему приходилось встречаться с предводителями кыпчакских племён Предкавказья, Крыма и Поволжья.

На Калке Чингисхан явно обнажил свои агрессивные амбиции, и Котен с Мангышом ещё ожидали впереди решающее сражение. Котен уже знал, что в разных юртах люди Батыя вели подрывную работу. На западных границах галицкий князь почти открыто заигрывал с католическим Папой. И Котен поспешил нанести несколько упредительных ударов по Галицкому княжеству, чтобы дать почувствовать угрозу разорения. Развить движение вглубь на запад Котен не успел. Вестник из Поволжья сообщил, что отряды Батыя совершили опустошительные набеги на Саксин (Нижнее Поволжье, Волжская Болгария) и восточную часть бассейна Дона, и ему пришлось в спешном порядке повернуть свои войска обратно.

Но коварство и жестокость Батыя этим не ограничились. В пути солтана Котена настигла трагическая весть об убийстве его сына Мангыша. Вероломное и предательское нападение на Мангыша и его личную охрану совершили люди Аккубуля из племени Токсобичей. Честолюбивый Аккубуль всегда завидовал таланту и авторитету Котена. Котен давно подозревал его в связях с Батыем, и теперь Аккубуль со своими людьми открыто перешёл на сторону Батыя.

Первым делом Котен распорядился увести своего малолетнего внука Аккаса, сына Мангыша, и послал самую преданную сотню. А сам оперативно развернул массированную атаку на Токсобичей. Стремительный натиск войск солтана Котена притеснил конницу Аккубуля, где последний получил серьёзное ранение. Воины Котена самоотверженно сражались и легко отбросили отряды Аккубуля, преградив им путь для отступления. Брат Аккубуля, Ансар, обратился за помощью к Батыю, с которым тот после калкинского сражения находился в сговоре. Столкновение с объединёнными войсками Токсобичей и Батыя произошло на территории кыпчаков, в Приднестровье. Разгромленные Токсобичи, которым даже поддержка чингизида не принесла спасения, были изгнаны с позором. Их остатки в дальнейшем полностью примкнули к наступающим войскам Батыя, становясь послушным орудием в руках последнего.

Вторжение Батыя в Кыпчак эл началось с юга, пройдя вдоль южного берега Каспия в Азербайджан, оттуда в Ширван и далее через Ширванское ущелье на Северный Кавказ и в предкавказские степи. Во главе войск Батыя стояли двое наиболее жестоких и талантливых полководцев: Джебе и Субедей.

Перейдя границы Кыпчакии, они сначала захватили возвышенность, получившую впоследствии название Ставропольской, потом – Прикубанье, а далее прибыли к городу Судак, известному городу кыпчаков, который к тому времени считался одним из процветающих торговых центров. Придя к Судаку через Таманский полуостров и пролив, они достигли Крыма и разграбили один из самых богатых его городов. Так постепенно батыевы войска начали растекаться по югу восточноевропейских степей.

После битвы на Калке это была вторая волна монголов, которая хлынула в 1228–1229 гг. в Восточную Европу. Теперь поход был направлен приказом Угедея, избранного после смерти Чингисхана великим кааном. Монголы зачастую брали города, подкупая представителей местной знати, назначая их своими наместниками, предоставляя им различные привилегии. Новые выдвиженцы старались укреплять свою власть всеми способами, предавая своих соотечественников. Для людей солтана Котена это затрудняло их сопротивление. Вместо того чтобы направлять остриё своих мечей против завоевателей, им приходилось иметь дело со своими же соотечественниками, которые теперь уже находились на службе у Батыя, представляя власть узурпаторов. Отказываясь от братоубийственной войны, солтан Котен сосредоточил свои основные боевые силы в Пруто-Днестровском междуречье с центром в городе Исакча, в своём родовом поместье.

А тем временем наступление Батыя теперь уже без Чингисхана продолжалось всё интенсивнее, и главным образом в направлении Руси.

Первым из русских земель подверглось опустошению Рязанское княжество. Рязанские князья отказались подчиниться монголам. В то же время их просьба о помощи, обращённая к великому владимирскому князю Юрию Всеволодовичу, осталась без ответа. Рязанское княжество было опустошено и разорено. Столица княжества Рязань после нескольких дней непрерывного штурма была взята и разграблена, её население вырезано. С самого начала вторжения завоевателей население Руси оказывало им упорное сопротивление. Сохранилось сказание о замечательном подвиге рязанского боярина Евпатия Коловрата, который сам напал на войско Батыя, сумел нанести большие потери врагу и героически погиб в бою с захватчиками.