Чтение онлайн

– И вы убеждены, что этот человек принесет нам несчастье? – спросила маркиза дрожащим голосом.

– Да, – чуть слышно проговорил Эммануэль.

– И вы настаиваете на том, чтобы уехать?

– Да, я умоляю вас, уедем…

– Хорошо, – сказала маркиза, быстро заражаясь страхом мужа, – но уверены ли вы, что гроза, которой вы опасаетесь, не разразится над нашими головами в тот момент, когда мы будем покидать Париж?

– Я надеюсь на это…

– А… куда вы намерены отправиться?

– В Германию, в Италию или на Восток, куда-нибудь подальше.

– Но, мой друг, – возразила маркиза, к которой отчасти вернулось присутствие духа, – ведь это ссылка?

– Да, я бегу от несчастья…

– Но вы забываете ваше положение как политического деятеля, ваши честолюбивые мечты, ваше будущее?

Эммануэль вздохнул и промолчал.

– О! Мне нужно только одно, – продолжала госпожа де Флар, обняв мужа, – не расставаться с вами, я не хочу больше ничего, даже если бы нам пришлось жить в бедности и скрываться в какой-нибудь ужасной пустыне… Но тебе, мой дорогой Эммануэль, тебе, человеку молодому, с блестящим будущим, тебе, имя которого пользуется уже известностью и плечи которого в скором времени оденет мантия пэра, бросить все это под влиянием, быть может, пустого предчувствия и ложного страха?..

И, взяв руки Эммануэля, она продолжала:

– Но мы оба безрассудны, мой друг, какая-то глупая ссора и предсказание о том, что вам грозит несчастье, привело нас обоих в ужас.

Она очаровательно улыбнулась и прибавила:

– Ну, что такое счастье? Не заключается ли оно для нас в этих двух белокурых головках?

И она указала на девочек, игравших рядом с ними на ковре.

– Не правда ли, – продолжала она, – ты счастлив моею любовью, а я – твоею.

– Да, разумеется, – прошептал Эммануэль.

– Итак, что же может с нами случиться? Наши дети здоровы и молоды, мы любим друг друга, разве этого мало?

И, говоря это, маркиза улыбалась, при звуке любимого голоса Эммануэль почувствовал, что мужество вернулось к нему, страх исчез, и он спросил себя: уж не хотела ли неизвестная женщина сделать его жертвой мистификации?

Внезапно раздавшийся звонок, которым привратник отеля извещал о приходе посетителя, прервал разговор супрутов. Эммануэль подошел к окну, взглянул во двор и увидал молодого человека, выходящего из кареты.

– Смотри, – сказал он, – это Октав де Р.

– Ах, – проговорила маркиза недовольным тоном, – это он своими глупыми рассказами вчера поселил в нас все эти страхи.

Лакей доложил о г-не де Р. Молодой человек вошел, поклонился госпоже де Флар и подал руку маркизу.

– Дорогой друг, – сказал он ему, – я приехал поздравить тебя.

Молодой человек улыбнулся.

– С чем ты поздравляешь меня? – спросил Эммануэль с удивлением.

– Как! Ты ничего не знаешь?

– Ровно ничего.

– Однако, мой друг, – сказал де Р., – твое назначение было решено вчера в кабинете короля.

Маркиз сделал движение, выразившее удивление и радость.

– В настоящую минуту, – продолжал Октав де Р., – ты пэр Франции. Завтра об этом будет сообщено в газете «Монитор». Однако, – прибавил де Р., – как это могло случиться, что тебе до сих пор ничего не известно?

– А ты уверен вполне в том, что говоришь? – спросил Эммануэль.

– Совершенно. Вчера я обедал у тебя…

– Верно.

– И провел вечер с маркизой.

– До полуночи, – подтвердила госпожа де Флар.

– И вот, расставшись с вами, сударыня, – продолжал де Р., – я поехал к военному министру. Был как раз его приемный день для близких друзей. Там я застал герцога де Н., барона Р., генерала Д.; все трое собирались уехать от его сиятельства после того, как назначение маркиза было решено.

Маркиза с улыбкой посмотрела на мужа.

– Вот, – сказала она, – как вас преследует несчастье, мой бедный Эммануэль: вы пэр Франции в тридцать семь лет.

Но Эммануэль поднес дрожащую руку ко лбу и молчал. Насмешливый голос шептал ему на ухо ужасные слова барона: «Поразившие мечом от меча и погибнут».

– Вообразите, – обратилась, смеясь, маркиза к де Р., – вы вчера сильно напугали Эммануэля.

– Я?

– Да, вашим рассказом о людях, приносящих несчастье. – О, они существуют! – вскричал де Р. – Но, вероятно, маркиз не знает никого из людей такого сорта.

– Ты ошибаешься, Октав.

– Неужели! Ты знаешь такого человека?

– Я встретил его вчера, и он предупредил меня, что со мною случится несчастье.

– Ах, черт возьми! Берегись…

– И несчастье чуть было не случилось.

– Пожалуй, потому что твое назначение состоялось с трудом, так как за другого кандидата, герцога X., сильно хлопотали у его величества.

Эммануэль пожал плечами.

– Не в этом дело! – воскликнул он.

– Так в чем же?

– Я вчера затеял глупую ссору со студентом, я, человек серьезный, а сегодня утром дрался.

– Что за вздор!

– Это совершенно верно, – подтвердила маркиза. – И видите ли, г-н де Р., это ваши безумные слова сильно на него повлияли.

– Безумные слова, сударыня? – воскликнул молодой человек с оттенком негодования.

– Как же вы хотите, чтобы я иначе назвала подобные рассказы?

– Значит, вы не верите в людей, приносящих несчастье?

– Нет, – ответила маркиза.

Не успела маркиза ответить, как в будуар вошло новое лицо. Это был человек лет пятидесяти пяти, высокий, худощавый, в белом галстуке и в черном туалете, с суровым лицом: вошедший был старший председатель кассационного и апелляционного суда де Л.

Председатель любил Эммануэля, как родного сына, и покровительствовал ему в его поприще государственного деятеля, и молодой маркиз всегда получал от него добрые советы. Но в это утро старик вошел нахмуренный и сердитый. Он холодно поклонился маркизе и сказал ей, даже не взглянув на Эммануэля:

– Маркиза, ваш муж, которого считают серьезным деятелем, не более как ветренник. Сегодня он должен был быть назначен пэром Франции, но он сам виноват в том, что назначение его не состоялось.

Октав де Р. и маркиз с удивлением переглянулись.