Чтение онлайн

Путеводитель Леди возмущенно зашипел, но заметно приободрился, когда Элизабет сообщила, что у нее есть поклонник — и это даже не ложь, поняла она, украдкой взглянув на Натаниэля. Он откинулся на один из подлокотников, многострадально накрыв лоб рукой, мизинец и безымянный пальцы слегка приподнялись, как будто он собирался подглядывать. Но он этого не сделал; она еще мгновение смотрела на него, любуясь опущенными ресницами, темными на фоне бледных щек, и тем, как тень, отбрасываемая рукой, прорезала острый угол скулы. Затем она вновь обратилась к гримуару, лицо ее разгорелось.

Теперь, когда Натаниэль не смотрел, Путеводитель Леди жаждал поделиться своей уверенностью. Дрожа от нетерпения, она перелистала нужный раздел и предусмотрительно завязала шелковую ленточку между страницами, чтобы отметить это место. Элизабет потратила несколько минут на то, чтобы разобраться в надписях, в которых использовались старинные выражения вроде, Он должен показать вам свою пылкость множеством способов. Переворачивая страницы, она все больше хмурилась. Она остановилась на иллюстрации, изображающей колдуна, который обрушивает магию на огнедышащего змея.

Звон серебра о фарфор возвестил о возвращении Сайласа с чаем.

— Сколько колдунов умирало во время ухаживания? — спросила она, подняв глаза.

— Значительный процент. Уверяю вас, госпожа, обычно это было к лучшему. — Когда он перегнулся через нее, чтобы поставить чашки на приставной столик, она заметила, что Путеводитель Леди никак не отреагировал на его присутствие, даже когда его взгляд ненадолго скользнул по его страницам.

— Когда я умру, добиваясь твоей благосклонности, проследи, чтобы в некрологе было указано, что это произошло не из-за отсутствия у меня острого ума и отточенных рефлексов. — Натаниэль протянул руку, вслепую нащупывая свой чай, и едва не пролил его, пока Сайлас не вложил чашку ему в руку.

Стараясь не обращать на него внимания, Элизабет перевернула несколько страниц.

— Ты когда-нибудь слышал о трех невыполнимых заданиях? — спросила она наконец.

— Принцесса погружается в заколдованный сон, и единственный способ снять проклятие — сдвинуть гору или принести ей звездный свет в кувшине — и все в таком духе?

— Я думала, ты не читаешь сказок, — удивилась она.

Уголок его рта тронула ухмылка.

— Я сказал, что не верю в них. Я никогда не говорил, что не читал их.

Задумчиво перелистывая, она вернулась к иллюстрации с изображением спящей принцессы, прижимающей к себе розу. При взгляде на нее ее пробрала дрожь удивления: выцветшая иллюстрация двигалась: грудь принцессы плавно поднималась и опускалась под расшитым платьем, а лепестки один за другим отлетали в сторону и ложились под свисающие пальцы другой руки, соскользнувшей с кровати в дремоте.

Помедлив, она сказала:

— Здесь есть всевозможные советы о том, как ухажеры дамы выигрывают дуэли и убивают драконов от ее имени или одаривают ее бесценными магическими сокровищами — чего я, кстати, не хочу, — но я нашла кое-что еще, что выглядит интересным.

— В сказке? — Его тон был тщательно нейтральным.

Она кивнула. Сердце ее мелко колотилось, а кончики пальцев покалывало, словно она стояла на краю пропасти.

— Это называется Договор Влюбленных. Согласно легенде, колдун, выполнивший три невыполнимых задания, имеет право просить руки своей возлюбленной для брака при любых обстоятельствах, даже если семья возражает или король запрещает их союз. Ничто, даже магия, не сможет их разлучить. — Она поспешно продолжила: — Это может означать, что тебе не придется делать ничего опасного, чтобы успокоить чары.

— Просто невозможно. Это радует.

К ее отчаянной благодарности, он, похоже, не заметил, что она произнесла слово «брак». Сайлас, несомненно, заметил; она почувствовала легкое прикосновение его взгляда к себе, хотя, когда она посмотрела на него, он бесстрастно занимался костром.

Она сглотнула.

— Разве в сказке мальчик, разбудивший принцессу, не принес ей звездный свет, отразив его в воде? Значит, три задачи должны только казаться невыполнимыми. Даже если Тетя Клотильда будет возражать, она будет вынуждена подчиниться традиции.

— Или же, — заметил Натаниэль, — это сказка, а не древний и обязательный магический закон, и подопечным будет все равно, так или иначе.

— Есть только один способ узнать это.

Он вздохнул.

— Три невыполнимые задачи, — размышлял он, рассеянно проводя указательным пальцем по контурам своего лица, глаза его были по-прежнему закрыты. Прошла долгая минута. — Ну что? — спросил он наконец.

В ее груди затеплилась надежда.

— Что?

— Полагаю, ты должна ставить задачи. Кто-то должен.

Она была рада, что он не видит ее выражения лица. Когда Путеводитель Леди издал крошечный писк протеста, она поняла, что сжимает гримуар, и с извинениями отложила его в сторону.

Настоящая любовь. Она не говорила об этом вслух, но сказка настойчиво утверждала, что это неотъемлемая часть Договора Влюбленных. Если он был настоящим — а она не могла сказать почему, но была уверена, что это так, — то он сработает, только если она будет настоящей любовью Натаниэля.

А если нет…

Он не будет знать ничего лучшего. Он будет думать, что прав, что это всего лишь сказка, и они попробуют что-нибудь еще.

Зажмурив глаза, она подтянула колени к груди. Как она уже говорила, был только один способ выяснить это. Ей нужно было придумать первую невыполнимую задачу.

Сосредоточившись, она стала искать самое маловероятное задание, в котором Натаниэль мог бы преуспеть, — такое, что даже стражи поместья сочли бы невозможным. И когда, наконец, ей пришла в голову идея, она была настолько тревожной, что едва смогла произнести ее вслух.

***

В ту ночь она спала в своей комнате, как и после инцидента с крышей. Или, по крайней мере, собиралась — но сон не шел. Она ворочалась, наполненная дикой, беспокойной энергией, ее мысли бегали по кругу. Время от времени она перебирала ногами под одеялом, но это не приносило облегчения. В конце концов она в отчаянии отбросила одеяла. Она подошла к окну и прижалась к нему горячей щекой, позволяя ледяному стеклу холодить кожу.

До сегодняшнего вечера она не чувствовала себя запертой в поместье. Теперь она отдала бы все на свете, чтобы прогуляться по Хемлок-парку, проветрить легкие холодным ночным воздухом и охладить свои лихорадочные мысли под ветреным блеском звезд.