Чтение онлайн

Теперь вернемся по времени несколько назад, в май 1941 г., и поговорим о последней попытке немцев вывести в Атлантический океан линейный корабль. Этим кораблем был сильнейший на европейском театре того времени линкор, носивший имя «Бисмарк». Вместе с ним в рейд должен был выйти тяжелый крейсер «Принц Ойген». Подготовка к выходу (операция «Рейнюбунг») началась в начале 1941 г. И на этот раз «Бисмарку» запрещалось вступать в единоборство с равным или близким по силам кораблем. Если столкновения избежать не представлялось возможным, то инструкция предписывала решительные действия. Для совместных действий с линкором в Северной Атлантике были развернуты 6 подводных лодок. Для обеспечения рейдеров вышли 2 судна снабжения и 5 танкеров, а из французских портов еще дополнительно два разведывательных судна. Для разведки маршрута следования были привлечены самолеты типа «Кондор». Однако «Бисмарк» и «Принц Ойген» в океане реально могли рассчитывать только на себя. «Шарнхорст» и «Гнейзенау» в результате налетов английской авиации были повреждены, «Тирпиц» еще не вошел в строй, а основные силы авиации были переведены на восток.

Англичане в целом были готовы к перехвату любою немецкою корабля, пытавшегося прорваться в Атлантику. В Северном море осуществлялся постоянный воздушный дозор. В Датском проливе находились 2 крейсера, а на линии Фарерские острова — Исландия — еще два крейсера. В Скапа–Флоу в готовности находились линкор «Принс оф Уэллс», линейный крейсер «Худ» и легкие силы. Главные блокадные силы — авианосец «Викториес», линкор «Кинг Джорж V», линейный крейсер «Рипалс» и легкие силы — готовы были присоединиться в любой момент. В Гибралтаре находился линейный крейсер «Ринаун», а в прикрытии конвоев — еще два линкора и несколько крейсеров и эсминцев.

Впервые немецкие корабли были обнаружены в проливе Каттегат, и с тех пор они находились под постоянным наблюдением. После обнаружения немецких кораблей в районе Бергена в Датский пролив направился отряд поддержки дозора — линейный крейсер «Худ», линкор «Принс оф Уэллс» и эсминцы. Следом за ними вышли и главные силы — линкор «Кинг Джорж V», авианосец «Викториес», 4 крейсера и эсминцы. Выход главных сил флота метрополии остается неизвестным командующему немецкими кораблями адмиралу Лютвенсу. 23 мая в 19 час. 20 мин. крейсер «Саффолк» обнаружил немецкие корабли на дистанции около 7 миль. Он донес об обнаружении противника и установил с ним радиолокационный контакт. Вскоре другой крейсер дозора, «Норфолк», также обнаружил противника, по английскому крейсеру «Бисмарк» сделал несколько выстрелов. Естественно, что британский крейсер не желал боя со столь грозным противником, поэтому он поставил дымовую завесу и уклонился. Немецкие корабли теперь находились под двойным наблюдением, а вызванные линейные корабли шли на сближение. Артиллерия кораблей адмирала Холланда — восемь 381–мм пушек «Худа» и десять 356–мм пушек «Принс оф Уэллса» — превосходила по мощности залпа немецкие корабли, имевшие по восемь 380–мм и 203–мм пушек. Но не всегда чистая арифметика в соотношении сил оказывается решающей. В данном случае формальное превосходство не определило конечного результата. Бой оказался скоротечным. Противники открыли огонь почти одновременно, и через 7 минут «Худ», накрытый целым залпом «Бисмарка», взорвался и затонул с большей частью экипажа. Английские историки, анализируя результаты этого боя, находят массу причин, почему наиболее крупный, олицетворяющий мощь британского флота корабль погиб столь быстро, не нанеся противнику серьезных повреждений. Во–первых, причиной считают недостаточно надежное бронирование, особенно горизонтальное. С этим нужно согласиться. Действительно, дистанция, на которой произошел бой, была не самой выгодной для «Худа». Бой начался на дистанции около 125 кабельтовых, тогда как оптимальная дистанция для «Худа» сточки зрения надежности палубного бронирования была примерно в два раза меньше, порядка 60 кабельтов. На большей дистанции его палубная броня была не способна выдержать попадание 380–мм снарядов. Во–вторых, считается другой (основной?) причиной то, что на верхней палубе находились ракетные установки и около 9 т боеприпасов к ним, которые хранились не должным образом. Взрыв этих боеприпасов якобы и послужил причиной гибели корабля. Во всяком случае, после гибели «Худа» со всех кораблей были сняты эти ракетные установки, как малоэффективные против самолетов и опасные для самого корабля.

Приводится и еще ряд причин, среди которых неисправность четырехорудийной башни «Принс оф Уэллса», несогласованность в определении целей стрельбы и ряд других, менее важных.

Однако представляется главной причиной то, что адмирал Холланд вместо совместного объединенного удара всех артиллерийских кораблей и торпед с эсминцев предпочел артиллерийское противоборство, которое, несмотря на превосходство, и проиграл.

После гибели «Худа» немецкие корабли перенесли огонь на «Принс оф Уэллс». Английский корабль получил семь попаданий, из них четыре 380–мм снарядами, и вышел из боя через 10 минут после гибели флагмана. Немецкий линкор также получил три (по другим сведениям — два) попадания, его ход снизился на два узла, а из носовых топливных цистерн вытекла значительная часть мазута. На этом первая фаза охоты за «Бисмарком» закончилась.

По приказанию британского морского командования для перехвата немецких кораблей начали стягиваться крупные корабли, в том числе четыре линкора, два линейных крейсера, два авианосца, двенадцать крейсеров и множество эсминцев. На следующий день между «Бисмарком» и «Принс оф Уэллсом» произошла короткая безрезультатная перестрелка. Англичанам стало ясно, что немецкий линкор направляется в сторону французских баз. Перед заходом солнца для того, чтобы как-то задержать «Бисмарк», он был атакован несколькими торпедоносцами с авианосца «Викториес». В линкор попала одна торпеда, но повреждения были незначительны. Ночью английские корабли на время потеряли радиолокационный контакт, который был восстановлен только во второй половине следующего дня. При этом выяснилось, что «Бисмарк» был один, так как «Принц Ойген» был отправлен в океан для самостоятельных действий. На пути «Бисмарка» находился только Гибралтарский отряд (линейный крейсер «Ринаун», авианосец «Арк Ройял» и легкие силы). Линейному крейсеру было запрещено вступать в бой с «Бисмарком», но было приказано максимально использовать авиацию «Арк Ройяла». Через несколько часов после обнаружения немецкого линкора с авианосца поднялось 14 торпедоносцев, но по причине дурной погоды и плохого управления они разрядились по своему же крейсеру «Шеффилд», к счастью, безрезультатно. Вторая группа торпедоносцев, атаковавшая «Бисмарк» уже вечером, достигла двух попаданий, причем одна из торпед повредила рули и винты. В результате скорость линкора снизилась до 8 уз. Ночью англичане провели безрезультатную атаку линкора эсминцами, а утром линкоры «Кинг Джорж V» и «Родней» наконец осторожно сблизились с поврежденным немецким линкором и с дистанции в 100 кабельтовых открыли по нему огонь. После часового артиллерийского боя «Бисмарк» потерял ход а артиллерия его вышла из строя. Было принято решение добить корабль торпедами, что крейсер «Дорсетшир» и сделал. Однако попадания торпед не сумели прикончить мощный линкор. Команда открыла кингстоны и сама затопила свой корабль (что подтверждено послевоенными подводными исследованиями). Всего с кораблем погибли более 2000 человек. Спасены только 110 человек.

Несмотря на свою гибель, «Бисмарк» показал возросшую живучесть линкоров по сравнению с кораблями времен Первой мировой войны. Он выдержал попадание по меньшей мере семи торпед и множества снарядов и затонул только после открытия кингстонов. Всего по «Бисмарку» англичане выпустили 32 авиационных и 51 корабельных торпед. Число снарядов калибром 133 мм и больше, которое англичане выпустили по «Бисмарку», превышает 900. (По другим данным, число снарядов, которые англичане потратили на немецкий линкор, много больше: одних только 406–мм снарядов выпущено около 380 штук, 356–мм — около 340 штук, а общее число снарядов калибром 152 и 203–мм превышает 1500.)

Так закончилась попытка немцев вывести на коммуникации в Атлантику наиболее мощный из своих линкоров. Операция по выходу в океан линкора и по его перехвату показала с обеих сторон невысокое качество разведки и далеко не удовлетворительное взаимодействие как отдельных соединений, так и родов морских и воздушных сил. Единственное, что следует отметить, так это хорошо организованную англичанами охоту за высланными в океан судами снабжения. В период между 3 и 23 июня 1941 г. в океане было перехвачено 9 судов снабжения. Из них захвачено было только 2 (танкер «Геданиа» и «Лотринген»), а остальные суда при обнаружении были потоплены. В потоплении одного из них («Гонценхейм») принял участие линкор «Нельсон».

Последнюю попытку использовать линкоры на коммуникациях в Атлантике немцы предприняли 11 июня 1941 г. «Карманный» линкор «Лютцов», направлявшийся в Атлантику, был обнаружен у берегов Норвегии и атакован английской авиацией. После попадания торпеды с тяжелыми повреждениями корабль вернулся в Киль. На этом деятельность немецких линкоров и вообще больших надводных кораблей в Атлантике закончилась. Все боеспособные крупные корабли немцев были перенацелены на действия в Ледовитом океане и близлежащих морях, на коммуникациях между Советским Союзом и союзниками.

Характер деятельности немецких линкоров на коммуникациях в Арктике существенно отличается от операций в Атлантике. Дело в том, что основные потери, понесенные союзниками в северных конвоях, были нанесены подводными лодками и авиацией. Роль германских линкоров сводилась к самому «факту присутствия», заставляя постоянно иметь в виду опасность нападения крупного надводного соединения тяжелых кораблей и поэтому включать в состав конвоев значительные силы прикрытия.

После нападения Германии на Советский Союз руководители Англии и США, У. Черчилль и Ф. Рузвельт, сразу заявили о своей поддержке СССР в борьбе против нацизма. 22 июня 1942 г. Черчилль заявил, что «…любое государство, которое борется против нацизма, получит помощь…» Мы окажем России и русскому народу всю помощь, какую только сможем». В июле 1941 г. между правительством Англии и СССР были заключены соглашения о взаимной помощи и совместных действиях против Германии и взаимных торговых поставках. В обеих странах начали работать военные миссии, координирующие торговые отношения и вопросы совместной обороны Северного морского театра. Начало военному взаимодействию союзников было положено уже в июле 1941 г., когда минный заградитель «Адвенчур» доставил на Северный флот магнитные мины. Тогда же совместно с советскими подводными лодками начали действовать и две английские. Активно действовали и английские самолеты в небе Заполярья, совершив более 350 самолето–вылетов и сбив 12 немецких самолетов. В Архангельск было проведено за 1941 г. 6 конвоев, включавших 9 советских и 42 союзных (английских, американских и голландских) транспортов, доставивших около 500 танков, 750 самолетов и других грузов, всего более 150 тыс. т. Обратными рейсами было вывезено 135 тыс. т леса и руды.

Несколько транспортов прибыло в Мурманск. При этом из 57 отправленных на восток были потеряны только 1 транспорт и 1 корабль охранения. Благоприятная обстановка продолжалась до конца марта 1942 г., поскольку немцы не проявляли заметного интереса к этим перевозкам. Конвой PQ-13 в марте 1942 г. впервые подвергся сосредоточенному нападению авиации, подводных лодок и эсминцев. Конвой потерял 5 судов, а крейсер охранения «Тринидад» получил тяжелые повреждения. На это время приходится перебазирование последовательно в северные порты Норвегии немецких линкоров «Тирпиц», «Шарнхорст», «Лютцов» и «Адмирал Шеер». Следующий конвой PQ-14, состоящий из 24 транспортов, попал в дурную погоду, и его значительная часть вынуждена была вернуться. Только восемь транспортов продолжили путь в порт назначения. Из них благополучно прибыло семь. Два следующих конвоя, включавшие 60 транспортов, потеряли уже десять судов. Однако линкоры немцев к этому не были причастны. При этом немецкие силы практически не обращали внимания на конвои, идущие на запад. Из 145 судов, направлявшихся к союзникам, были потоплены только 6 и еще столько же вернулись назад. Потери транспортов, направлявшихся в Советский Союз, были больше — 17 из общего числа в 179, направленных на восток. Кроме того, 18 транспортам пришлось вернуться.

Следующий конвой, PQ-17, вышедший в Советский Союз 27 июня 1942 г., понес потери, превышающие по своим масштабам все предыдущие. В этих потерях, хотя и косвенно, были виноваты германские тяжелые корабли, и линкор «Тирпиц» в первую очередь. До трагедии конвоя PQ-17 «Тирпиц» уже выходил в марте 1942 г. на перехват конвоя PQ-12 и встречного ему QP-8. Тогда эсминцы, сопровождавшие линкор, потопили одно судно, отставшее от конвоя, после чего ушли в базу. Оставшись один, «Тирпиц» разминулся с конвоями, не обнаружив их. Сам линкор также благополучно избежал встречи с силами прикрытия, линкорами «Кинг Джорж V», «Дьюк оф Йорк», линейным крейсером «Ринаун», авианосцем «Викториес и легкими силами. Однако командующий английской эскадрой адмирал Тови получил сообщение о местонахождении «Тирпица». С авианосца вылетели двенадцать торпедоносцев и атаковали немецкий линкор. Однако атака была неудачной и попаданий не было. Кроме того, были потеряны два торпедоносца. Возможность расправиться с немецким линкором была упущена. Не принес успеха и поиск линкора эсминцами и подводными лодками. Несмотря на то что выход «Тирпица» не принес видимого успеха, сам этот факт вызвал значительное напряжение флота метрополии.