Чтение онлайн

Поток огня замер прямо перед её носом, будто врезавшись в невидимую преграду и исчез. Явив за собой перепуганного Гроска, лицо которого стало таким же цветом, как и его волосы, мертвенно белым.

– Я…я…не думал…не хотел…– Пролепетал он на грани слышимости.

Тишина, пронизывала, пробирала до самых костей.

Вот Милена с Нодом удивленно оглядывают Эллу, ведь раньше ей всегда удавались все заклинания. Другие одногруппники удивленно перешептываются.

– Вот, что бывает, когда маг думает на уроке о постороннем. Если бы это был бой, ты бы умерла девочка! – Перед лицом Эллы, которая все ещё мыслями была на той выжженной поляне, возник учитель, седовласый, низкорослый и щуплый Боскор. По нему не скажешь, что перед тобой обладатель высшей магической ступени, бывший военачальник и один из лучших магов королевства. – К следующему занятию напишешь доклад о поединках сырой магией, рассмотришь преимущества, недостатки и все нюансы, в том числе, о чем нужно думать в момент совершения магического действа, а о чем думать не следует. Зайди в лечебный корпус. Свободна!

Под насмешливыми, где-то пораженными взглядами одногруппников Элла пошла в лечебный корпус. Прямо в тренировочной форме. Сейчас сил на спор с преподавателем не было абсолютно.

В лечебном корпус, служившем островком света в царстве теней. Здание, сложенное лучше некоторых королевских дворцов: почти воздушные арки, белоснежные и золотистые цветы, неизвестные Элле, словно они были созданы самой магией, и стены, обтянутые светлой парчой. Девушку осмотрела одна из шиани представившаяся Перенеллой. В противовес светлого здания шиани была одета в черную мантию с золотистыми цветами по подолу. Она поправила почти бесцветные волосы и посмотрела на Эллу пустыми глазами без зрачков.

– Вот, выпей как только придешь в комнату, – сказала она звонким голосом, прозвучавшим прямо в голове Эллы, и передала два пузырька. – Один для сна, второй для спокойствия души.

Элла кивнула. Шиани были прекрасными лекарями: не задавали вопросов, не спрашивали, как лучше. Они знали все ответы прежде чем сам вопрос был бы задан.

Элла уже почти вышла из комнаты осмотра, как голос Перенеллы снова зазвучал в её голове.

– Магия, тебе нужно её использовать. Если завтра снова не выйдет, то мы поможем.

И это они знали. Вот уже неделю как Элла не использовать магию, не может. После того, что она увидела в путешествии с Лоу к родному поместью, а потом и во сне, магия перестала ей подчиняться. Единственным исключением стал тот выброс в ярости в пещере Лоу. Магия копилась в ней, не зная выхода. Элла потеряла покой. Сон стал для неё синонимом слова страх. Теперь она боялась правды, новых снов-воспоминаний о родственниках, приносящей боль.

Веки смежились едва она выпила второй пузырек.

Сначала пришли запахи. Сырой, затхлый и проспиртованный воздух наполнил легкие. Глаза, постепенно привыкающие к полумраку, задержались на факелах, закреплённых на каменных стенах, выцепили паутину в углах и остановились на рыжеволосом парне, стоявшем в центре каменного круга. По краям которого стояли фигуры, закутанные в белые плащи. Их руки были подняты вверх, а из-под капюшонов доносился шепот.

– Вил! Нет! Не смей! – Раздался рядом с Эллой крик золотоволосой полноватой девушки.

– Тише, Эм. Мы должны верить, – сказала Элла, точнее та в чьих воспоминаниях сейчас и была Элла, её мама Кристина.

Золотоволосая девушка подобрала полы белоснежного платья и рванула вперед. Уже перед кругом она поняла, что опоздала. В комнате повисла тишина. Рыжеволосый парень открыл глаза, в которых переплетались, поглощая друг друга тьма с пустотой, покачнулся и упал лицом вниз.

– ВИЛЛЛ….– Крик Эмилии глушил, на коленях она подползла к парню и успела прикоснуться к его все ещё теплой руке, прежде чем двое людей в плащах оттащили её. – Прости, прости меня.

Шепот, вновь раздавшийся из-под капюшонов поглотил хладный труп Вила, оставляя в круге лишь неяркий след на песке.

Скрип двери и в комнату заходит ещё один Вил, живой.

Нет, это не Вил, а Лоу, тут же поправляет себя Элла.

Лоу разглаживает несуществующие складки на белой рубашке, осматривает свои штаны того же цвета. Он волнуется, но в его взгляде все же читается та насмешка, так знакомая Элле. Взгляд парня бродит по комнате в поисках брата. Не находя последнего, в глазах возникают первые искры тревоги, а останавливаясь на всхлипывающей Эм и застывшей Крис, он бледнеет. Понимание, волнами чувств приходит в его сознание. Однако времени на эмоции и скорбь ему не дают.

Фигуры в белых мантиях толкают его в круг и вновь начинаю свой ритуал: взметнувшиеся руки, шепот. Пламя факелов взвивается вверх и Лоу, как и прежде Вил открывает глаза. Только вот в его глазах искрится чистый свет.

Руки Кристины сжимаются, а из уст вырывается облегчённый выдох.

Покачиваясь парень выходит из круга и падает к ногам измученной от волнения девушки. Она осторожно касается его груди и услышав тихий стук его сердца на миг успокаивается. Что бы затем…

Крик…Оглушающий, полный безысходности, лишающий спокойствия.

С колотящимся сердцем Элла выныривает из сна, судорожно хватая воздух, зажимает руками простыню. Снова воспоминания. Сомнений не оставалось. Все правда.

Что-то найденное тогда, в её родовом поместье одаривает или проклинает её этими снами. Нужно найти и уничтожить эту вещь, прежде чем она, Элла не сошла с ума. Ведь дальше её мать ждала лишь война и потери. С другой стороны, когда-нибудь она может увидеть и настоящего отца и даже возможно узнать его имя.

– Я должна пообещать себе пройти через все испытания. Выстоять ради себя и тех, кого я потеряла, – прошептала Элла.

Глава 4. Новое всегда к месту

Достойны ли её страдания по потерянной любви беспокойства тетушки? Является ли помощь Рабе единственным верным решением или же стоит поискать другие, более законные выходы?

Над этими вопросами Элла раздумывала уже не одни сутки. Они отзывались болью перед сном, сразу после пробуждения и в течении всего дня, а если учитывать то, что девушка до сих пор видела во сне кошмары и постоянно просыпалась от них, то эти вопросы были в её голове 24 на 7.

Вчера Рабе ещё раз напомнила о себе. Заявилась лично, в академию, прямо в комнату Эллы, благо соседки в этот момент не было.

– Решила? – Пропела Рабе. Лицо её было слаще меда, а в глазах плескались реки безграничного доверия с теплыми ветрами поддержки.

– Дай мне ещё один день. – Сейчас Эллу уже было не одурачить этой показушной теплотой, что видимо и поняла Рабе.

Едва Элла сказала это, как глаза Рабе заволокла тьма, в волосах затрещали молнии, а руки сжались в кулаки.