Чтение онлайн

– Ну же Джексон, говори, она – твоя обязанность! Без обид, Эмма.

Джексон посмотрел прямо мне в глаза, я видела, что он не хотел ничего говорить, не хотел расстраивать меня, а затем тихо, почти шёпотом произнёс:

– Это кровь, Эмма. Кровь человека.

Я удивилась, как я не уронила стакан на стол, и он не разбился вдребезги, разливая по столу человеческую кровь. Вместо этого я спокойно поставила стакан с громким стуком, раздавшимся по всей столовой, и опустила взгляд в пол. Я задумалась. Чтобы выполнить миссию по спасению моей семьи, мне нужно подружиться с ними, прижиться у них, следовать их идиотским традициям и ритуалам, попробовать смириться с их натурой и принять их такими, какие они есть, вампирами, так же, как я сама и моя семья приняла бы любого из другого клана и даже вампира. Нужно вспомнить свои принципы: за мир и равенство. За объединение кланов.

Я снова взяла стакан и подняла.

– Что же приступим, господа Макклейны!

– Приступим, Эмма! – старший Макклейн встал и, как мне показалось, впервые за вечер искренне улыбнулся. – За Агияр! – я вместе с остальными подхватила тост. – За Силениум! – это я выкрикнула более радостно.

– За обмен! За новых друзей! – Рей встал и предложил свой конец тоста, все встали и повторили его слова, затем чокнулись стаканами и осушили их до самого дна. По правде говоря, вампиры сделали это охотнее и с большим удовольствием, чем я.

Какова на вкус кровь? Честно, на любителя. Нет, я серьёзно, если вам нравится горьковатый и солёный красный напиток, милости просим. Но кровь, видимо, не в моем вкусе.

Прошло несколько минут. Я смотрела на Макклейнов, а затем они стали расплываться у меня перед глазами. Люди обрели нечёткие очертания, фигуры превратились в тени и ускользали от меня всё дальше и дальше, а затем мои глаза застлала темнота.

Проснулась я уже в своей новой комнате, лёжа на кровати. На моём лбу определённо находится что-то холодное, а надо мной нависал Джексон. Интересно: и долго он тут сидел?

– Ты очнулась! – он приобнял меня за плечи, а в его голосе слышалась истинная тревога.

– Что со мной произошло?

– Ты отключилась и рухнула на пол. Мы ещё удивились, как ты себе ничего не сломала, удар был довольно жёстким.

– Конечно, об каменный пол же.

– Какой достался. Мы все сразу кинулись к тебе. Мама проверила пульс, затем температуру, она у тебя была совсем чуть-чуть повышена. Представь, Рей даже предлагал тебя донести до кровати.

– Благородно с его стороны.

– Ага, но я сам донёс. Всё-таки ты – моя головная боль и ответственность. – Он улыбнулся.

– Ты так и не сказал, почему я отключилась? Знаешь, со мной такое не часто бывает, и я не хочу вводить это в привычку.

– Да, теперь к самому главному. Мы вызывали врача. И вместе с ним пришли к выводу, что это отравление.

– Отравление?

– Именно, понимаешь нам, то есть вампирам, нужна кровь, чтобы выжить. Я сам от этого не в восторге, но такова наша природа, к сожалению. Рей, например, когда находился у летунов, он месяц не пил. По сути это нам не вредит, просто истощает, и тогда вампир впадает в некий транс и сосредотачивается только на главных событиях, что происходят вокруг него. Но потом, уже выйдя из транса, вампир начинает чувствовать невыносимую жажду. Желание разорвать кому-то глотку.

– Как ты сегодня?

– Я.. да, прости, я обещал, что больше не оставлю тебя, и это обещание я сдержу. – Я кивнула и сказала продолжать дальше. – Так вот мы пришли к выводу, что твой организм отвергает кровь. Она ему чужеродна, и он её не принимает. Так что в следующий раз никакой крови. Отец решил, что ты можешь присоединиться к нашему тосту, но с напитком, к которому твой организм отнесется лучше всего. – А, точно, наш любимый папочка Мартин. Спорим, он так и планировал: сделать меня слабой и показать, кто тут главный. Что же, у него это получилось. – Какой твой любимый напиток?

– Виноградный сок.

– Хорошо, будет сделано. – Он встал и пошёл в сторону двери.

– Джексон, стой, – он повернулся. – Спасибо.

– Главное, что всё обошлось. Отдыхай, Эмма. До завтра, – сказал он и закрыл за собой дверь.

Час спустя, когда я уже более-менее пришла в себя, я решила написать папе, он просил оповестить, как пройдёт первый день в чужеземье.

"Привет, пап, день в целом прошёл неплохо. Семья вампиров меня приняла".

"Привет, Эмми, это хорошо. Точно не было никаких ЧП?"

"По правде говоря, было одно. И меня не покидает ощущение, что я не нравлюсь Мартину Макклейну. Что ж, это чувство взаимно",

"Не переживай, Мартин Макклейн почти никому не нравится. Так что у тебя стряслось? "

"Мне пришлось выпить человеческую кровь. Мой организм её не принял, и у меня был обморок".

"Эмма, это ужасно! Я знаю, тебе приходится идти на такие жертвы ради нашего плана, но и не забывай о собственной безопасности. С тех пор как оборотни и вампиры в ссоре, наш организм отказался от людской крови, а кровь вампира для нас сущий яд".

"Буду иметь в виду на будущее. Не пить вампиров!"

"Пиши, сейчас ещё рано его использовать, но помни о шаре. Вводи меня в курс твоего расследования".

"Да, хорошо. Когда я тут освоюсь, начну исследовать подвальные коридоры замка".

"Будь на связи и удачи".

"До встречи, пап".

В скором времени после переписки с отцом я провалилась в сон. И он был очень ярок. Такие сны называют вещими.

Я бежала по какой-то пещере с чёрными стенами, волосы свободно развивались позади меня. Казалось, я бежала от чего-то страшного и определённо опасного, чего-то, что способного напугать оборотня. Запутанные коридоры всё не кончались, когда я выбежала в полностью круглую комнату пещеры. Другого выхода не было. Я оглянулась: пока преследователя, кто бы он ни был, не видно. Суматошно я осматривала комнату и выискивала потенциальные выходы. Таковых не оказалось, зато в конце комнаты, перед стеной, на которой было что-то накалякано белым, полумесяцем на каменном полу находились пятнадцать кружков одинакового диаметра, как раз такого, чтобы туда поместился homo sapiens. Подойдя поближе, я заметила, что каждый круг светится своим светом, и около каждого написано название клана, когда-либо существовавшего на Силениуме. Летуны, тритоны, долгожители, мудрецы и мыслители, снейки, техно, колдеры, пустынники, метаморфы, маги и маги-оборотни, мастера, вампиры и оборотни. Все пятнадцать кланов как на ладони. А напротив них, так сказать внутри полумесяца, находился ещё один круг. Он то горел, то не горел. Загорался и снова потухал. Надпись рядом с кругом была стерта. То ли человеком, то ли временем. Подняв голову наверх, я увидела, что было написано белым на стене. Леденящее душу пророчество:

15 детей коснутся беды,

И мир обратится в пепел.

Пропавший воспрянет и разрушит миры, которые создал.

Людской род замрет и окажется в склепе.

Прочитав, я решила не задумываться об этом и отложить, как пищу для размышлений, на другой раз. Я услышала приближающиеся шаги: в комнату вошёл монстр. А может человек? Нет, честно, я его не знаю. Его лицо было закрыто капюшоном, а всё остальное тело скрыто в сером плаще. Отличная маскировка.

Инстинктивно я побежала к моему кругу. Он загорелся ярко-голубым. И я почувствовала, как начинаю просыпаться. Но до того как проснуться, неизвестный в сером плаще коснулся моего плеча и вскрикнул от боли. Это было последнее, что я запомнила. Затем я проснулась. И если бы не мой жуткий сон, отравление кровью на ужине у вампиров (спасибо, что ужин хоть не отравлен), тот момент, когда Джексон от меня убежал, тоже не был самым приятным, я бы могла сказать, что первый день в Агияре прошёл отлично: меня ведь никто не вычислил, так должно продолжаться и дальше. Но, к сожалению, хороший старт не всегда означает хороший финиш.

Сразу перейду к тому, что случилось вчера.

Честно? Когда Эмма упала в обморок, я испугался. Это же был её первый день в Ноттии, и так мы её встречаем? Мне не понравился настоятельный тон отца, чего он хотел этим добиться? Ну не выпила она бы с нами кровь и что? Обойдётся. Когда папа меня злит, я могу говорить про него всё, что захочу, не мне же на престол потом садиться, не нужно выбирать слова и выражения, присматриваясь к каждой букве. Ещё я не понимал, почему организм Эммы отверг кровь. Некоторые наши друзья (не вампиры) пили, и всё у них было отлично. Но чтобы так?