Чтение онлайн

На самом деле на войну уходило мало людей. Войны решались между десятками, сотнями людей с каждой стороны, – не более! Даже во времена Дмитрия Донского, Александра Невского, когда они воевали с крестоносцами, – десятки людей сражались на самом-то деле. Это в кино показывают – туча идет.

Чудское озеро, фильм Сергея Эйзенштейна «Александр Невский». Я помню это кино. Сотни людей… Побоище.

Да-да. А на самом деле не было такого количества людей. Есть на эту тему очень интересные исследования. Там было, может быть, от 20 до 30 человек с немецкой стороны и с русской стороны еще пара десятков, – и всё!

Это совсем не те масштабы и не то, что сегодня мы себе представляем по фильмам и романам.

Тогда такой очень важный вопрос: до чего нас доведет постоянное обесценивание человеческой жизни? Что ожидается? Прогноз Вы можете дать?

Обесценивание человеческой жизни заключается не в том, сколько людей живет на Земле. Оно в нашем отношении к каждому человеку. Мы не чувствуем никакого ущерба оттого, что уходит человек. И свою жизнь мы, в общем-то, ценим меньше, чем надо было бы ее ценить, потому что не видим смысла ни в своей жизни, ни в жизни других людей.

Раньше все было естественно. Оплакивали людей. Уважали жизнь. Уважали смерть. Уважали детство, детей. То есть эти ценности имели больший вес. Ведь все оценивается только человеком.

Сегодня при желании у нас есть возможности дать человеку долгую и относительно здоровую и обеспеченную жизнь, хорошо поставить его на ноги, воспитать, сделать из него наполненного, знающего, ощущающего всю полноту жизни человека. Хотя бы временно… Живет же он свои 70–80 лет, сегодня уже и до 100 можно дожить, и больше.

Однако одновременно с новыми возможностями у людей пропало желание жить, – вот что интересно. Если бы мы откровенно поговорили со многими людьми в мире, они бы сказали: «Мы живем поневоле. Просто страшновато думать, что ты ляжешь и больше не встанешь. Но в общем, если бы с нами сделали это безболезненно, то мы бы согласились умереть».

Многие люди в мире думают о смерти – не о самой смерти, а о том, что все бесполезно, что не хочется мне переживать, ощущать то, что сейчас я ощущаю как жизнь.

Что будет с этой тенденцией? Этот процесс еще будет усиливаться?

Это переоценка смысла жизни. Она должна пройти.

Растет количество людей, страдающих от депрессий, принимающих антидепрессанты. Сейчас во всем мире их переводят на наркотики. Мы движемся к тому, что наркотики будут легализованы. Но такие наркотики, чтобы человек поддерживал себя и не падал на руки общества, чтобы не надо было за ним ухаживать, каким-то образом цивилизованно убивать его. Наркотиками ты убиваешь очень красиво.

Поиски смысла жизни заменят наркотики?

Да, это уже решено мировыми элитами. Самый лучший выход, самый дешевый, самый простой. В этом представители элиты уже смогли победить фармацевтических гигантов и производителей табака, сигарет, – уже все сделано, то есть принято решение на следующем уровне.

Но это же не этап исправления. «Ложиться спать» – так это называется.

В руках элиты нет никаких инструментов, никаких средств для того, чтобы исправлять человечество. И для чего исправлять? Во имя чего?! У них нет этой цели, нет видения картины будущего!

Когда они получат это видение? Как это произойдет?

Тогда, когда несмотря ни на что, у них не останется другого выхода. Или еще, может быть, войны… Но войны, я думаю, все-таки не глобальные, потому что трудно предсказать результаты.

Вот если война охватит полконтинента, то, возможно, что-то проснется в них. Но тут тоже проблема, потому что все время обнаруживается все большая и большая взаимосвязь между всеми частями Земли. И потрясения могут аукнуться в совершенно другом месте. И в конце концов будет ли после этого возможность управлять?

Если бы остался один миллиард людей, нормальная экология, все чистенькое и упорядоченное, – это было бы, конечно, идеально для элиты. Она пошла бы на это, несомненно, потому что для нее самое главное – власть в нормальном, хорошо благоустроенном мире. Сидеть наверху и управлять современным безумием смысла нет.

Проблема в том, что сегодня, когда раскрывается глобальная взаимосвязь, в мире ничего предугадать нельзя. Каждый день обнаруживается, что власти у власть имущих все меньше и меньше.

Они думают о возможном будущем сценарии?

Они не могут осознать его. Не могут, потому что не в состоянии осознать второй половины природы: у них нет той части, которая построена на абсолютной отдаче и любви. Нет понимания, что на самом деле нами управляет абсолютная отдача и любовь; она проявляет свою противоположность для того, чтобы притянуть нас к себе, оттолкнуть от нашей нынешней природы. Этого у власть имущих нет, то есть причины настоящего кризиса они не понимают.

Они считают, что это финансово-экономический кризис, перепроизводство. Они не понимают, что мы находимся в кризисе потому, что спускается, нисходит на наш мир высшая сила, она приближается к нам. Эта сила – абсолютная любовь и добро. И потому в наших эгоистических желаниях она проявляется противоположной.

В итоге, именно высшая сила должна вызвать в нас осознание противоположности, необходимости измениться. Но это осознание власть имущие не могут получить от самой высшей силы, они должны получить его от нас, а нас пока не слышат. В этом виноваты мы и отчасти, может быть, они.

Высшая сила нисходит в наш мир. Она заставляет нас видеть, что есть одно управление, есть одна цель, есть один путь, есть одно целенаправленное движение. И вопрос только в том, куда эта целенаправленность устремлена, к чему ведет, каким образом?

Хотя сегодня уже улавливается, что это одна сила, одна идея. Уже понятно, что все задано свыше, только не понятен еще процесс и нет осознания его цели. Но это, я думаю, дело ближайшего будущего, нам надо очень постараться быстро объяснить.