Чтение онлайн

— У-у-ужас, — протянула Рита и приложила руку ко рту.

— Нам бы что-нибудь простенькое, — сказала Женька, топтавшаяся поблизости, — ссадины скрыть, волосы в хвост аккуратный завязать, с одеждой поколдовать немножко.

— У-у-ужас, — повторила Рита.

Она подошла ближе и осторожно, будто боясь испачкаться, коснулась моих волос. На лице девушки появилось брезгливое выражение.

— Эти люди так нечистоплотны! — возмутилась она и взяла расчёску.

— Люди бывают разными, — возразила я, — кто-то сдувает с себя каждую пылинку, а кто-то — я.

Рита юмора не оценила. Стражница принялась расчёсывать меня, опасаясь, как бы спутанные до ужаса волосы не испортили её расчёску. Женя терпеливо ждала, скрестив руки на груди. Судя по отрешённому выражению лица, на котором периодически мелькали нотки неудовольствия, девушка вела с кем-то активную ментальную беседу. Она уже успела привести себя в порядок, короткое чёрное каре изящно огибало милое личико. В принципе, Женя и так была в порядке.

Лёшу и Тимофея в дом не впустили. Да они и не рвались — ребят мало интересовало то, как меня собираются одевать и причёсывать.

— Ай! — я зажмурилась — Рита больно дёрнула волосы.

— Терпи, — сухо ответила Далёковка.

А я и так терпела, как могла! Чтобы отвлечься, принялась разглядывать помещение. По оформлению очень похоже на дом Фея и Жени, может, немного просторнее, да и мебели здесь было как будто ещё меньше. Тонкие разноцветные узоры покрывали стены от пола до самого потолка. Сквозь огромное чуть призанавешеное окно на пол падали вечерние солнечные лучи. Вдруг по ту сторону стекла появился Лёша. Завидев нас, юноша улыбнулся во все (сколько их там у оборотней?) зубы и замахал руками, но Женя поспешила задёрнуть штору полностью.

— Простенько? — уточнила Рита. — Достань зеркало из спальни.

Моя подруга вышла из комнаты и вскоре вернулась, выкатив большое зеркало на колёсиках и установив его передо мной. Собственное отражение заставило меня вздрогнуть. Рита расчёсывала торчащие во все стороны волосы и вытаскивала из них ветки и листья. Всё лицо моё было в пыли и царапинах, на щеке ещё немного кровоточила горизонтальная ранка. Про одежду и говорить нечего!

— Что будем делать? — спросила Рита. — Хвост?

Я пожала плечами равнодушно. Девушка быстрыми и ловкими движениями зачесала русые волосы на затылок и завязала тонкой резинкой. Но причёска — это лишь цветочки, а впереди ещё и ягодки! Рита взяла со столика какую-то баночку с бледно-фиолетовым раствором и, намочив им кусочек ваты, быстро провела по моему лицу. Все царапины стали тут же исчезать! В удивлении я провела рукой по коже лица и почувствовала неровности.

— Залечивать раны могут лишь ведьмы, — объяснила Женя, — мы их только обесцвечиваем.

Рита потратила на всю меня почти полбаночки с волшебным раствором, зато визуально кожа вернулась к первоначальному состоянию. Боль, конечно, не исчезла, но это было не так важно. Главное, чтоб дома ничего не заметили.

— А синяки не появятся снова? — спросила я, осматривая руки.

— Они проявятся к утру, — предупредила Рита и протянула мне остатки раствора, — возьми с собой.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Девушка не ответила. Жестом она приказала мне встать, и я послушно вскочила, смущаясь под придирчивым взглядом.

— Работы много, — недовольно произнесла Рита, — дай мне свою одежду.

Я удивлённо заморгала.

— Вон, зайди за ту ширму, сними свою и надень вот это, — стражница сунула мне в руки что-то белое и очень мягкое.

Нырнув за изящную перегородку, я стянула футболку и спортивные штаны и накинула данный Ритой белый халат. Он был сделан из такой тонкой материи, что казался невесомым. Далёковка взяла мою одежду, быстро встряхнула и, бегло оглядев, унесла её в соседнюю комнату.

— Она не очень любит людей, — шепнула на ухо Женя, — когда-то Рите нравился один человек, но это оказалось не взаимно. Она очень быстро разочаровалась в нём и во всём человечестве в целом.

— Очень мило, — ответила я.

Мы сели на пол, ожидая возвращения Далёковки. Рита не покидала свою комнату около двадцати минут, а когда вышла, принесла аккуратную стопку одежды.

— Вот, — небрежно бросила она и передала мне свою ношу.

Я снова зашла за ширму и переоделась. Ткань теперь была приятно прохладной и без единого пятнышка, даже дырка футболке исчезла без следа.

— Спасибо большое, — снова поблагодарила я, но Рита лишь поджала губы и скрестила руки на груди.

Всем своим видом она показывала, что не желает меня здесь видеть ни секундой более. Женя тихонько её поблагодарила, и мы поспешили выйти на улицу.

— А, когда чистая, ты очень даже ничего, — похвалил Лёша.

— Вот спасибо, — усмехнулась я, — такого комплимента мне ещё не делали.

— Тебе делали комплименты? — наиграно удивлённо спросил Шелтон и, дождавшись, когда я закачу глаза, захохотал, довольный своей шуткой.

— А с рукой что делать будешь? — поинтересовался Тимофей.

Я пожала плечами. Пальцы всё ещё не разжимались, хотя мизинец начинал подрагивать. Блеск остался только возле ногтей, так что, скорее всего, вот-вот я наконец-то снова смогу управлять собственной рукой. Как ускорить процесс, оставалось загадкой, поэтому приходилось ждать.

— А теперь отговорка, — напомнила я, — иначе я даже этот вечер не переживу.

— Мы встретили тебя и потащили к себе, — предложила свою теорию Женя.

— Как-то это скучно, — сказал Лёша.

— А мы разве весёлую историю придумываем? — возразила я.

— Почему ты тогда не позвонила? Могла позвонить!

— Телефон дома! — для убедительности я похлопала себя по карманам.

— Ладно, а почему у родителей разрешения не спросила? — не унимался юноша.

— Потому что это произошло неожиданно, — подхватил Фей, — она ведь не думала, что увидит нас!

— Ладно-ладно, — Лёша примирительно поднял руки вверх, — отговорка вполне сносная. А где именно мы встретились?

— Ты пришёл позже, — сказала Женя, — а мы увидели Олесю на речке за её домом.

— Хорошо, пусть так, — Лёша кивнул.

— Вы куда?

Мы обернулись, и на лице моих друзей мелькнула какая-то досада. Из-за угла дома выбежал мальчишка лет десяти с копной чёрных торчащих во все стороны волос. Подлетев к нам, он, сверкая своими большими тёмными глазами, воскликнул:

— Я с вами!

— Лохматый, иди домой, — угрюмо отрезал Тимофей.

Мальчик посмотрел на нас с надеждой и задержал особо жалобный взгляд на мне.