Чтение онлайн

К середине 70-х гг. Брежнев имел немалые ценности, а также вклады за рубежом на общую сумму примерно в 50–70 млн. долларов (известно, что после смерти «вождя» его дочь Галину не выпускали за границу, поскольку она отказывалась поделиться отцовским богатством с КГБ и Кремлем). Кто, как не «дорогой Жорж», — правая рука Ротшильдов, мог служить лучшим посредником между кремлевским лидером и швейцарскими банками в тайных финансовых операциях? Вот и в начале 1974 г. президент и генсек встретились в Швейцарии для обсуждения общих денежных дел. Однако кому-то этот секретный канал встал поперек горла. В воскресенье 31 марта того же года Помпиду вдруг занемог и был госпитализирован с первоначальным диагнозом «небольшое воспаление легких», а уже через день скончался. Брежнева при этом известии чуть самого не хватил удар — он-то знал, что означают такие скоропостижные смерти от «небольшой простуды».

Сыграло ли роль в этой неожиданной развязке то обстоятельство, что Помпиду был немаловажной персоной в Бильдербергском клубе? И сам, возможно, пытался вовлечь советского друга в некие тайные структуры. Во всяком случае, интересно, что в 1981 г. Брежнев встретился с делегацией французских социалистов, которые, кроме того, были и масонами, а ближе всех на памятном фотоснимке к генсеку стоял Роже Лерей — Великий магистр Великого Востока…

Масонство, несомненно, продолжало нелегальное существование в Советском Союзе в среде культурной элиты. Многочисленные намеки на это видны во многих произведениях литературы и искусства. В «опере-детективе» Андрея Вознесенского «Дама-треф» Автор (?) «делает знак масонов». В его же стихотворении «В театре» есть многозначительная строчка о «братстве ложи». «И ходит строчка стиховая меж нами, как масонский знак», — писал А. Кушнер в «Письме; к другу». Писатель Юрий Мамлеев достаточно прозрачно намекает на характер посещавшегося им в 60-е гг. «дружеского кружка»: «Это были своего рода мистерии… Был внешний круг и был внутренний круг… Все были связаны между собой духовными узами! Центр интересов занимали проблемы метафизики… поиски ответа на основные религиозные вопросы, который выходил за; пределы любых ортодоксии. Это был до известной степени возврат к устному общению. Все эзотерические учения передавались друг другу только устно…» На многочисленных международных конференциях за рубежом, особенно по истории культуры (где вполне невинно звучали темы вроде «Масонство и Просвещение XVIII столетия»), советские интеллектуалы могли сравнительно свободно контактировать с «братством» и вступать в него.

Разумеется, речь шла о верхах интеллигенции, а не партии. Хотя значимость этого «культурного слоя» не была ничтожно малой даже для высоких руководителей (напомним, что поэт Евтушенко имел прямой телефон к председателю КГБ Андропову, чего не удостаивались и многие министры), но от рычагов управления страной он оставался далек. А что же «верхи»?

Некоторые загадки тайной жизни Кремля 50-х — 70-х гг. объясняет книга «Масонство в мире и в Турции», вышедшая в 1976 г. в Стамбуле. Автор, прикрывшийся псевдонимом Хасан Джем, более никогда не появлялся на горизонте публицистики, кто он в действительности — осталось неизвестным. Осталось непонятным и то, почему после переворота генерала Эврена 1980 г. в Турции остатки тиража этой книги были уничтожены.

Но самое любопытное — приводимый Джемом список советских масонов. Он относится к 50-м гг., но некоторые его персонажи оставались на виду и в более позднее время. Приведем указанных масонов в соответствии с их положением в партийной иерархии:

Президиум ЦК: Каганович, Коротченко, Первухин, Пономаренко, Сабуров, Суслов, Шверник.

Кандидаты в члены Президиума ЦК: Зверев, П. В. Юдин.

Члены ЦК: Байбаков, Ванников, Кириченко, Корнейчук, Круглое, Митин, Поспелов.

Кандидаты в члены ЦК: Горшенин, Даниилов, Двинский, Жимерин, Корниец, Лацис, Малик, Носенко, Райзер, Симонов, Шаталин, П. А. Юдин.

В списке также значатся: министр автомобильного транспорта Лихачев, секретарь президиума Верховного Совета Горкин, академики Митин, Александров, писатель Эренбург.

Вообще Хасан Джем комментирует этот список довольно путано, иногда трудно понять, имеет ли он в виду «братьев вольных каменщиков» или просто «скрытых евреев», что для него чуть ли не одно и то же. Правда, этому есть историческое объяснение. Как и в венгерском, в турецком масонстве издавна был силен еврейский элемент. Имена адвоката Карассо и министра финансов Джавид-бея и многих других прославились уже в период младотурецкой революции. В том самом 1976 г., когда вышла книга Джема, парламент в Анкаре обсуждал законопроект о запрещении «братства вольных каменщиков» как «гнойного нарыва сионизма». Но это не имеет прямого отношения к делу.

«Список Джема» так и остался бы непонятным казусом, если бы история о «советских масонах» не имела продолжения. В 1980 г. в ГДР была издана книга «Масонство в современном мире», значившаяся как перевод с английского. Среди названных там «вольных каменщиков» фигурируют тот же Суслов, а также Громыко. Из масонов соцстран — венгерский лидер Янош Кадар, румынский «Кондукэтор» Чаушеску и… Войцех Ярузельский, тогда еще не президент-диктатор, а главнокомандующий польской армией. Выход такой книги не мог не быть санкционирован партийным руководством Восточной Германии: вероятно, Хоннёкера обеспокоила некоторая тенденция среди верхов «братских партии»:

Оба списка объединяет одна фамилия: Суслов. Едва ли нашелся бы еще один такой долгожитель среди советского руководства: член ЦК с 1941-го и Политбюро (Президиума) с 1952-го до самой смерти в 1982 г. На протяжении десятилетий он являлся главным идеологом партии, его называли «серым кардиналом». Именно он был организатором смещения Хрущева в 1964 г. Однако заглянем в официальную биографию героя чуть дальше, в 30-е гг. «Закончил Плехановский институт, учился в Экономическом институте красной профессуры… С 1931 г. в аппарате ЦКК — РКИ, в Комиссии советского контроля при СНК СССР».

Но в указанное время членом названной комиссии и одним из ее руководителей был знакомый нам персонаж. А именно Иван Михайлович Москвин, тезка и однофамилец известного актера и член «Единого трудового братства». К 1937 г. он возглавит ключевой отдел ЦК - организационный, и фактически станет ведать назначениями в партийной номенклатуре. Вместе с Бокием и другими «масонами» его репрессируют, однако чуть-чуть раньше тридцатипятилетний Михаил Суслов, вся карьера которого до этого была связана исключительно с Москвой, спешно уезжает в Ростов на место заведующего отделом обкома. Получить такое назначение можно было только через орготдел ЦК…

Похоже, выслав Суслова, его просто прикрыли: ведь вскоре практически все его оставшиеся в Москве соратники оказались арестованы. Переждав в Ростове и Ставрополье лихолетье чисток, он вернулся в Москву — в аппарат ЦК.

Комментируя историю лиц из «списка Джема», А. М. Иванов пишет в своей книге «Логика кошмара»: «Секретариат ЦК после ряда пертурбаций, которые он пережил после смерти Сталина… возглавил Хрущев, а тремя его подручными стали Суслов, Поспелов и Шаталин — все трое масоны… Важнейшее в системе партократии звено власти, секретариат ЦК, оказался в руках масонов».

Немаловажно, что в 70-е гг. этот «серый кардинал» мелькает на встречах Брежнева с Помпиду и другими представителями крупных банков: его личное состояние, включая вклады в швейцарских банках, едва ли не превышало брежневское. Твердокаменный марксист, идеолог партии, он держал близ себя личных экстрасенсов: для материалистического коммунизма явление неслыханное и вряд ли объяснимое без мистических веяний «Единого трудового братства».

Все эти годы в советской верхушке шла невидимая для внешнего мира борьба. Хрущев догадывался о существовании тайной «организованной силы» в ЦК, тем более что эта «подковерная» деятельность сопровождалась определенным влиянием извне. Так, в 1962 г. в Варшаву совершил визит (в составе просоветского Всемирного совета мира) магистр Великого Востока Франции Жак Миттеран. Он уговаривал польского коммунистического лидера Гомулку восстановить орден в Польше. Последовал отказ, но это произошло после того, как санкцию не дал Хрущев. Ему тоже сделали такое предложение относительно СССР. («Я не хочу запускать себе вшей под рубаху», — ответствовал якобы Никита Сергеевич).

Хрущев был осведомлен о могуществе масонов и всемирного тайного правительства. В 1958 г., принимая итальянскую делегацию, он внезапно прервал беседу с двумя министрами и подошел к президенту ФИАТА — масону и одному из основателей Бильдербергского клуба Джиованни Аньелли: «Вот с вами я хочу говорить. Эти клоуны исчезнут, а вы будете всегда. Вы настоящая власть».

И он действительно сотрудничал с ними. К его визиту во Францию издали альбом, где перечислялось свыше двухсот фирм и банков, активно сотрудничавших с СССР. На первых местах там значились Дрейфусы, Лазары, Ротшильды и прочие финансисты, причастные к «мировой закулисе».