Чтение онлайн

Все эти нацистские памятники имели одну общую черту — они сознательно подражали прошлому в дизайне, местоположении и предназначении. Ни один памятник не сохранился, но по фотографиям и чертежам можно прочувствовать, сколь много интеллектуального труда было вложено в каждый проект.

Идеи Анэнэрбе воплощались на всех уровнях, от внешнего вида зданий до оккультно-геральдического проектирования знаков отличия и орденов. Одним из побочных результатов исследований Анэнэрбе была фарфоровая фабрика СС в Аллаче, магазин которой находился в Берлине на Герман Геринг штрассе. Аллачская фабрика делала реплики урн, блюд, ваз и сосудов, основанные на древнегерманских прототипах. Разработка этих вещей была поручена специальному отделу Анэнэрбе, каждый новый узор основывался на древнем примере, специально отобранном в соответствии с его символической и исторической ценностью. Эти символы выбирали такие светила науки, как гауптштурмфюрер профессор Герман Вирт, руководитель отделения по изучению письменности и символики, эксперт нацистов по свастике, рунам и исландской геомантике. Происходящие «от корней народа» символы включали Древо жизни, разнонаправленные свастики и руны. СС тщательно наблюдали за любыми археологическими раскопками в надежде, что будут найдены какие-либо новые реликтовые изделия, реплики которых можно будет впоследствии производить. Наиболее популярные реплики изготавливали в больших количествах и выгодно продавали особенно рьяным коллекционерам из СС.

Специальные уникальные изделия в единственном экземпляре производились для высокопоставленных чиновников. Например, в день своего рождения, 7 октября 1937 года, Генрих Гиммлер получил в подарок урну, сделанную по рисунку, выбранному штурмбанфюрером С С Р. Т. Вигелем в Национальном музее в Ганновере. Сосуд, покрытый рунами Одал и символами Древа жизни, воспроизводил урну из захоронений в Якоб-Фризене, датируемых примерно 450 годом нашей эры.

В январе 1939 года общество «Анэнэрбе» вошло в СС в качестве полноправного отдела, а его штат был отнесен к личному штабу Гиммлера. К 1939 году организация расширилась до пятидесяти отделов, и каждый изучал какой-либо частный аспект древних тайн. Когда СС возглавили организацию, Вильгельм Тейдт, которому к тому времени было почти восемьдесят лет, постепенно сошел со сцены и о нем более ничего не было слышно. Он умер в забвении в 1942 году.

Исследования земных тайн продолжались быстрыми темпами, поскольку Гиммлер теперь знал, что геомантика была ключом к психической власти над народами. Анэнэрбе продолжило изучение связи расы с типами зданий, следуя работам доктора Георга Бушана. В 1926 году в книге Бушана Illustrierte V"olkerkunde («Иллюстрированная этнография») было подробно описано множество образцов народного искусства, традиций, костюмов и манер поведения представителей германских рас. Были там также и разделы по планировке жилища. Студенты-архитекторы идентифицировали несколько индивидуальных типов традиционного планирования комнат, относящихся к определенным районам. Абсолютно разные расположения строений обнаруживались, например, при сравнении Вестфалии и Восточной Пруссии. Различные формы зданий могли соотноситься с различными расовыми типами. Гиммлер ухватился за эту идею и собрал планы домов из Чехословакии, Польши и балтийских государств для своих экспертов в Анэнэрбе, чтобы «доказать» германское происхождение местных культур и таким образом предоставить «научное» обоснование для аннексии этих стран рейхом.

Гиммлер также поручил Анэнэрбе надзор за разнообразными историческими зданиями, которые должны были стать туристическими достопримечательностями после победы Германии. Одним из сооружений был бункер, из которого Гитлер руководил захватом Франции в 1940 году. Другим — Старонова синагога в Праге, которую построили в тринадцатом столетии. Г иммлер приказал не разрушать здание, поскольку планировал использовать его под музей истории исчезнувшей расы.

Нацисты пощадили еще одно священное место евреев — старинное еврейское кладбище в Вормсе (Рейнланд). Похороненные в святом песке, специально доставленном туда из Иерусалима, там лежали останки более 2 тысяч евреев, живших в этом городе в 1076–1911 годах. Старейшая часть кладбища имела форму треугольника, а более современная была прямоугольной. В 1930-е годы два местных нацистских чиновника предложили снести кладбище для нового строительства, но приказом из Берлина это было запрещено. Гиммлер посетил кладбище в числе обычных туристов и получил от хранителя точный план с размерами и ориентацией для своей будущей «Иудейской библиотеки». После тщательных раздумий Гиммлер приказал не разрушать кладбище из опасения, что геомантическая обстановка этого места изменится и это причинит вред городу.

Интерес к кладбищам как вместилищу душ мертвых был поводом для наиболее причудливых практик СС. Эсэсовский журнал Die Schwartze Korps («Черный корпус») поощрял членов СС осуществлять реинкарнацию древних германских героев, совершая половые акты на территории древних немецких кладбищ. Die Schwartze Korps регулярно публиковал список соответствующих кладбищ, и, конечно же, чиновники Анэнэрбе предварительно обследовали их из опасения, что там могли находиться «расово неполноценные» захоронения.

Сохранение Вормского кладбища или Староновой синагоги было исключением, поскольку в целом СС вели целенаправленную политику по разрушению всех остальных следов негерманской культуры. В Советском Союзе войска СС намеренно уничтожили 427 музеев, включая музеи под Ленинградом, в Смоленске, Сталинграде, Полтаве и Новгороде. Произведения искусства западного происхождения были вывезены в Германию, однако прочие были бессмысленно уничтожены в безумной оргии разорения. Анэнэрбе отвечало за «обработку» награбленных художественных ценностей. 26 июня 1939 года, вскоре после того, как Анэнэрбе стало подразделением СС, Гитлер прислал из Оберзальцберга, одного из своих укрепленных убежищ, следующую директиву: «Поручаю доктору Гансу Поссе, директору Дрезденской картинной галереи, построить новые художественные музеи в Линце. Всем партийным и государственным службам приказывается помогать доктору Поссе в выполнении этой миссии». Под «миссией» имелся в виду грабеж. Под покровительством Анэнэрбе Поссе много ездил по оккупированной Европе, отбирая картины, отражавшие «дух древней Германии». Фантастическая мечта Гитлера о возрождении австрийского города Линца в качестве художественной достопримечательности Нового порядка требовала, чтобы самая большая коллекция образцов немецкого искусства размещалась именно там. Некая организация Sonderauftrag Linz («Особое задание»), действовавшая под непосредственным контролем Гитлера, приступила к реализации этого грандиозного замысла.

Уничтожение Гитлером всего искусства, кроме одобренного партией, является наглядным примером психического тоталитаризма в действии. Патологическая боязнь всего «чуждого» привела его к убеждению, что негерманское искусство так или иначе угрожает душе немецкого народа. Гиммлер же не беспокоился о живописи и скульптуре в такой степени — его психическая паранойя касалась зданий. Он был убежден, что крах Рейхсбанка, потерпевшего дефолт сразу после прихода нацистов к власти, был не чем иным, как результатом попытки христиан геомантическим путем повлиять на финансовые дела в Германии. Здание было построено под руководством архитектора-католика по фамилии Вольф в форме христианского креста. Будучи наказаны, его создатели в испуге решили, что не станут ничего более строить без партийного одобрения, а сотрудники Гиммлера из Анэнэрбе с тех пор начали самолично проверять каждый проект.

Хотя исследование таинственных свойств церковных колоколов или символичности подавления ирландской арфы в Ольстере может показаться едва ли не привлекательным, основной целью Анэнэрбе всё же была консолидация нацистской власти. Вольфрам Зиверс был кем-то большим, чем просто человек, увлеченный оккультными науками, поскольку он играл ведущую роль в получении еврейских черепов для нацистских ученых-расологов. В 1941 году профессор Август Хирт, директор Анатомического института в университете Страсбурга, обратился в Анэнэрбе с жуткой просьбой. Он объяснил, что его расовым исследованиям мешает следующее: хотя институт и располагает вполне достаточной коллекцией человеческих черепов представителей большинства рас, коллекция еврейских образцов всё же слишком мала. Он полагал, что СС могли бы исправить это досадное недоразумение. Хирт предложил Зиверсу организовать поимку живьем в большом количестве «еврейско-большевистских комиссаров». Их тела тщательно обмерят, а затем умертвят «способом, который не повредит череп», после чего медики смогут отделять головы от трупов и отправлять их в специальном контейнере в Страсбургский институт. Зиверс полагал, что это будет огромным вкладом в науку. Вскоре зловещие запечатанные банки начали поступать в институт.

Хотя СС бесцеремонно расправлялись с миллионами других людей, проводы в последний путь собственных членов обрели форму величественного ритуала. Поскольку каждый член СС отрекся от христианской веры, общество «Анэнэрбе» предложило приемлемую неоязыческую процедуру похорон в качестве замены христианского обряда. Апофеозом таких похорон стали проводы заместителя руководителя С С Рейнхарда Гейдриха после его убийства в Чехословакии и похороны датского нацистского христианина Фредрика фон Шальбурга. На похоронах фон Шальбурга присутствовали члены датской королевской семьи и правительство, а также старшие офицеры СС, демонстрируя полное великолепие символики СС и расовую высоту ритуала. Организованный подобно любым христианским государственным похоронам королевского уровня, ритуал СС включал в себя выступления ведущих лидеров с трогательными прощальными словами под знаменем двадцати футов высотой, с начертанными на нем рунами СС и именем усопшего. Под этим ритуальным знаменем стоял гроб, покрытый свастикой, а по бокам возвышались черные подставки, на которых находились жертвенные чаши с огнем. Нацистские флаги, сотни языческих венков и почетный караул в шлемах довершали всю картину. Казалось, какой-то средневековый рыцарский орден воскрес в середине двадцатого столетия.

Признание Гиммлером огромного значения геомантики к 1934 году привело его к убеждению, что если суметь найти сильное место для размещения центра его «Черного Ордена», оттуда можно было бы психически воздействовать на всю Германию. Глубоко осознавая магический аспект тайн Земли, под прикрытием вполне невинного интереса к сохранению древних памятников он добился личного контроля над теми районами, которые он считал магически значимыми. Геоманты из Анэнэрбе выбрали для его штаба древнюю крепость в Вестфалии — замок Вевельсбург. У замка была долгая и пестрая история. Он был заложен епископами Падерборна, имя свое получил от грабителя барона Вевеля фон Бурена. Говорят, Гиммлер слышал пророчество, что замок окажется единственным выжившим укреплением при следующем нападении с востока, как уже было, когда он явился центром сопротивления саксов гуннам полторы тысячи лет назад.

Замок Вевельсбург имел треугольные очертания — форма, сразу признанная геомантически значимой знатоками из Анэнэрбе. Московский Кремль и Вестминстерский комплекс тоже являются местами пребывания и духовного, и светского правительств и тоже имеют треугольные очертания. 27 июля 1934 года замок Вевельсбург стал собственностью Гиммлера за номинальную арендную плату в одну марку ежегодно. Местная власть, прежде отвечавшая за поддержание разрушающегося замка, была чрезвычайно рада отдать то, что они рассматривали как обузу. Но как только Гиммлер стал его новым гордым хозяином, он не теряя времени приступил к восстановлению замка. Рейхсфюрер СС проинформировал рейхсминистра экономики Шмитта: «Я намереваюсь превратить замок Вевельсбург… в школу руководителей СС рейха и прошу выделить насколько возможно большие средства на покрытие расходов по строительству».