Чтение онлайн

История учения начинается вместе с исламом. Сорок пять человек, называвших себя Искателями, объединились во время первого путешествия Пророка в Мекку; затем они приняли имя ‹Друзья Могилы›. Они посвятили себя медитации, внутреннему и внешнему самосовершенствованию; их целью было, помогая людям, достичь таких духовных высот, какие только возможны для смертного.

Возможно, эти люди происходили из аравийского племени Бани Музар, которое под именем ‹Служители Мечети› в течение многих веков следило за состоянием Великой Мечети в Мекке. Это сооружение, называемое ‹Святой Мечетью›, служит сейчас местом ежегодных паломничеств; именно в ее сторону обращаются мусульмане всего мира во время молитвы. Считается, что мечеть была воздвигнута первыми людьми на Земле и перестроена Авраамом.

Те, кто верит в существование тайного учения внутри ислама, утверждают, что семейство Авраама[28] которому была доверена охрана Мечети с незапамятных времен до Магомета, принадлежало к суфиям и передало идею Пути следующим поколениям.

Сам Магомет происходил от Авраама по линии племени Кираш. Суфии питают глубокое уважение к потомкам Авраама, которых считают единственными законными наследниками тайного учения.

По мнению некоторых историков, слово ‹суфии› происходит от арабского слова ‹суф› (шерсть), так как первые суфии носили грубую шерстяную одежду; по мнению же других - от греческого ‹софия› (мудрость), а ‹суфии› означает ‹мудрые›. Многие члены отвергают обе эти интерпретации; если бы их название происходило от слова ‹шерсть›, то, в соответствии с их символикой, это означало бы, что они считают себя баранами. Название же ‹мудрые› применяется по отношению к одной из первых стадий посвящения и не может служить достаточным описанием для всего суфийского пути. Члены эзотерических ветвей суфизма объясняют смысл этого слова посредством кабалистической нумерологии:

С = Земля (буква суад);

У = Совершенный Человек, тот, кто возвышает (буква вау);

Ф = Власть, ангелы (буква фа);

И - Защитник, Господин (буква йа).

Сложив эту серию чисел, объясняет тайное учение, мы получаем разложимое число 186, которое означает в соответствии с системой записи ‹Абжад›: ‹Вознаграждение усилий, власть, возвышение к успеху›. Суфийские кабалисты считают, что слова и числа взаимозаменяемы по своему смыслу и что название культа является сокращением, в котором выражены его цели.

Посвящение в суфии включает в себя несколько ступеней. Готов ли ученик перейти на следующую стадию - решает его Наставник. В Ордене Бекташит, который поставлял в Турецкую империю янычаров, существовали следующие ступени:

1. Ашик (ученик), еще не полностью посвященный кандидат.

2. Мухиб (посвященный), тот, у которого уже есть Учитель.

3. Баба (отец), руководитель халки.

4. Халифа (депутат), настоятель.

В этом Ордене обряд посвящения состоит в прохождении через портик, образованный двумя склоненными друг к другу колоннами. Это символизирует восхождение к реальному знанию и озарению. При этом посвящаемый не должен касаться ни колонн, ни порога. Бекташиты считают, что во время посвящения Али, зять Магомета и его четвертый преемник, передает им свою исконную мудрость. Колонны же воздвигаются в честь Сафа и Мерова - двух мечетей в Мекке, между которыми должен пройти каждый паломник.

На первой стадии Учитель должен помочь новообращенному победить эгоизм. Каждый суфий проходит нелегкий путь борьбы против культа собственного ‹я›. Основной принцип секты - единство. Это означает, что все вещи и сущности (мысль, материя, власть и т.д.) в конце концов соединяются в Единое. Этот принцип неподготовленному человеку не понять, даже если он примет его как философский постулат, - прежде нужно пройти опыт мистической или экстатической медитации.

Святость, или ‹озарение›, - это стадия совершенства, которой достигает суфий, научившийся идентифицировать себя со всякой силой, с каждым существом. Ортодоксальный ислам официально не признает святых; в многочисленных захоронениях, служащих местами паломничества, покоятся суфийские мудрецы.

Является ли суфизм по сути своей тайным учением? На этот вопрос очень трудно ответить. С одной стороны, обряд посвящения, пароли, условные знаки составляют неотъемлемую часть деятельности Ордена; эзотерические писания суфиев обычному человеку трудно понять, у них собственная терминология. С другой стороны, суфии убеждены, что одних ступеней посвящения недостаточно: человека должна еще коснуться ‹милость› (‹барака›, которую иногда также называют ‹благословение› и ‹власть›). ‹Барака› передается от одного суфия к другому, и необходимость сохранения тайны отпадает: ни один непосвященный не может почувствовать того, что ощущают суфии в своих озарениях.

И все же на вопрос о принадлежности суфизма к тайным обществам следует ответить утвердительно. Сами суфии считают, что присутствие чужих только отвлекает их от слияния с божеством, суфизм не предназначен для широкой публики. Слово ‹тайный› имеет здесь особый смысл: оно относится к духовному опыту, а не просто к обладанию некоторыми знаниями. Этим суфизм отличается от школ посвящения других сект, члены которых хранят настоящие секреты - такие, как философская система, алхимические формулы или даже пресловутый контроль над духами.

Каждый из вновь посвященных изучает одну из шести дисциплин по выбору Учителя. Вот список предметов: традиционное ритуальное поклонение; пересказ Корана; повторение некоторых формул; концентрация усилий на определенную цель; физические упражнения; контроль над дыханием и, наконец, созерцание.

Суфиев можно встретить во всех областях жизни, потому что, за исключением редких моментов медитации, они обычно не удаляются от мира. Традиционно они занимаются архитектурой и другими художественными профессиями, но встречаются также суфии военные, торговцы, преподаватели, путешественники, врачи и т.д. Некоторые из них имеют по нескольку профессий сразу.

В Орден принимаются и женщины. Раббийя, великая прорицательница Востока, была суфием-мистиком. Как и многие до нее и после нее, Раббийя подчеркивала, что мистическое озарение, освобождение и понимание смысла жизни - всего лишь первый этап в биографии суфия, после которого ‹надо вернуться в мир› (этот постулат отличает суфизм от всех остальных мистических учений) и воплотить свой опыт на практике. Тогда, и только тогда, суфий становится непобедимым и приобретает восприятие гораздо более развитое, чем все остальные люди. Он уверен в избранном пути, его мнение и советы всегда правильны: он пребывает в гармонии с истинной сутью жизни, которая почти полностью скрыта от глаз тех, кто не прошел суфийского обучения.

Существует несколько традиционных центров суфизма, и главные Ордена свято хранят ‹верительные грамоты›, выданные им десятками духовных Учителей. Приветствуется также передача знаний по наследству. Династия МусаКазимов, которая царствовала в Пагмане[29] в течение семи веков и происходит по прямой линии от Магомета, дала немало руководителей Ордена Накшибендитов и, как предполагают, сохранила специальную систему подготовки, предназначенную для весьма узкого круга посвященных. Благодаря этой системе многие Муса-Казимы становились выдающимися учеными, военачальниками и поэтами; из этой династии вышли почти все Великие Халифы.

В общем, суфизм оказал благотворное влияние на жизнь общества. Суфии не были ни религиозными фанатиками, ни приверженцами магических ритуалов, хотя им приписывают особую сверхъестественную власть; их основными принципами всегда оставались свобода и честь. Это единственный тайный культ, который никто и никогда не обвинял в инакомыслии. Выражение ‹слово суфия› вошло в поговорку. В Европе не раз пытались снизить суфизм до уровня банального культа личности, но эти попытки никогда не пользовались какой бы то ни было популярностью. Возможно, что суфийские принципы не могут существовать отдельно от их практической деятельности; суфии также считают, что все переводы их трудов, выполненные непосвященными, полностью неверны. Чтобы стать настоящим суфием, нужно, по определению, пройти с начала до конца долгий и тернистый путь подготовки. На Западе сейчас почти нет известных суфиев,' собирающих толпы поклонников, но вполне возможно, что это учение еще не одно столетие будет волновать человеческий разум, а его влияние на западную цивилизацию только начинается.