Чтение онлайн

Происходило все это в 1090 году. Хасан был уже готов к осуществлению своего плана. Заставив отступить войска эмира, управлявшего провинцией, он соединил население соседних районов в прочный союз солдат и прилежных, усердных работников, которые подчинялись только ему. Двумя годами позже Низам-эль-Мульк был убит ударом кинжала в сердце, и этот кинжал направляла воля Хасана; когда же Мелик-шах осмелился послать войска против своего бывшего визиря, он внезапно умер, отравленный каким-то ядом. Так Хасан отомстил своему бывшему соученику, ставшему первой жертвой его правления, основанного на убийствах и терроре. После смерти султана империя разделилась на враждующие между собой провинции; в течение долгого времени лишь ассасины сохраняли некоторое единство. Менее чем за десять лет они стали властителями всего персидского Ирака. Для достижения цели они использовали любые средства: налеты, нападения, яд, кинжал, обман и подкуп… Официально их учение находилось под строжайшим запретом, что, впрочем, не приносило ни малейшего результата.

Отныне исмаилиты хранили верность лишь Старцу Горы, которого боялись все князья этого района Азии и также вожди крестоносцев.

‹Презирая усталость, опасности и пытки, ассасины с радостью отдавали свою жизнь, когда их великий хозяин требовал от них защиты или выполнения смертельно опасного задания. Как только жертва была выбрана, правомерный, одетый в белую тунику, подпоясанную красным поясом, - цвета невинности и крови - отправлялся на задание. Его не страшили ни расстояние, ни опасности. Когда он находил нужного человека, то дожидался благоприятного момента - и его кинжал почти всегда попадал в цель›.

Ричарда Львиное Сердце[10] обвиняли в том, что он просил ‹Старца Горы› убить Конрада де Монферрата. Вот как совершилось это черное дело: ‹Двое ассасинов встали рядом с ним у церкви, казалось, всецело поглощенные молитвой. Но как только представился случай, они одновременно вонзили в него кинжалы. Затем один из убийц спрятался в церкви и, услышав, что принц еще жив, нашел способ приблизиться к Монферрату и нанести тому еще один удар. Злодей умер во время изощренной пытки, не издав ни единого стона›.

Орден ассасинов нашел великолепный способ обеспечить безграничную верность своих членов. Ассасины сражались на два фронта. Они воевали в крестовых походах на той стороне, которая отвечала их интересам, не забывал и о борьбе с персами. Сын и преемник Низам-эль-Мулька был заколот кинжалом. Наследник султана Мелик-шаха, которому удалось вновь объединить под своим руководством большую часть персидских территорий, начал борьбу с ассасинами. Проснувшись однажды утром, он обнаружил их ритуальный меч, воткнутый в землю рядом с его изголовьем; к мечу была прикреплена записка с требованием отказаться от планируемой осады Аламута. Несмотря на все свое могущество, султан был вынужден заключить с ассасинами договор, по которому те получили свободу действий, пообещав в ответ сократить свою военную мощь.

После воцарения в Аламуте Хасан прожил еще тридцать четыре года. За это время он лишь дважды покидал крепость - и при этом держал в руках все нити правления невидимой империей, самой мощной и грозной в истории. Чувствуя приближение смерти, он не торопясь начал разрабатывать план увековечения Ордена ассасинов.

Глава самой грозной в истории человечества организации не оставил прямых наследников. Оба его сына были казнены по его собственному приказу: один - за самовольное убийство, другой - за то, что ослушался законов ислама и выпил вина. Хасан вызвал из своих крепостей двух помощников, к которым он питал наибольшее доверие: Кия Бузург-Умида и Абу-Али из Касвина. Первый из них призван был унаследовать духовное руководство сектой, а второй после смерти Хасана должен был заниматься военными и административными делами Ордена. Хасан ибн-Саббах умер в 1124 году, в возрасте девяноста лет. Он оставил миру новое слово - ‹ассасин›. По-арабски оно означает ‹стражник›, и некоторые исследователи считают, что истинное значение этого слова - ‹стражники секретов›.

При Хасане члены Ордена делились на ‹миссионеров› (даис), ‹друзей› (рафик) - последователей и учеников Хасана - и ‹федави›, то есть ‹верных›. Эта последняя группа, которую Хасан ввел в исмаилитскую модель, состояла из специально натренированных убийц - их можно было отличить по белым одеждам и красным поясам, шапкам или сапогам. Эти люди обучались тому, когда и как лучше вонзить кинжал в сердце жертвы; кроме того, они изучали иностранные языки, умели менять свою внешность и могли прикинуться монахами, торговцами или солдатами в зависимости от задания. Их начальника называли ‹сайд›, а народ дал ему прозвище Старец Горы по местоположению крепости Аламут, находившейся на вершине горы. Этот персонаж упоминается в документах крестоносцев под именем ‹Сидней› или ‹Сенекс де Монте›; первое из этих слов - дословный перевод с персидского ‹пир› (старый, мудрый). Были также три ‹Великих миссионера›, которые руководили тремя обширными территориями. На низшей ступени иерархии Ордена стояли ‹лазики›, надеющиеся вступить в секту, но еще не прошедшие посвящение.

Хасан сократил девять ступеней посвящения до мистической цифры семь. Столько же было и правил Ордена, которыми должны были руководствоваться миссионеры. Во-первых, они обязаны были разбираться в человеческой психологии, чтобы не ошибиться в выборе кандидата; это правило можно свести к фразе ‹Не сей на скале›. Вторая заповедь гласила: не гнушайся ни лестью, ни обманом, ни любым другим способом, чтобы завоевать доверие будущего члена общества. В-третьих, миссионеру следовало, ссылаясь на Высший разум, зародить в душе ученика сомнение во всем, что он знал раньше, и, в-четвертых, добиться от ученика клятвы, что тот никогда не изменит тем заповедям, которые будут ему открыты. Затем ученика необходимо было убедить в том, что исмаилиты - мощная тайная организация, которую поддерживают самые могущественные люди того времени. После этого-кандидата экзаменовали, чтобы узнать, насколько глубоко он воспринял идеи своего учителя и достаточно ли ими проникся. На этой стадии новообращенного просили поразмыслить над смыслом слов, приписываемых Пророку: ‹Рай покоится в тени мечей›. И, наконец, ученикам давали аллегорическое объяснение некоторых трудных отрывков из Корана.

Как же случилось, что сокровеннейшая тайна этого могучего Ордена - его секретные правила - стала известна? Когда монголы захватили Аламут, их вождь Халаку-хан приказал Джувейни, своему первому министру и настоящему эрудиту, исследовать библиотеку Ордена; позже тот написал книгу, в которой подробно рассказал об организации ассасинов. Он связывал происхождение их названия с употреблением гашиша, который помогал членам Ордена перенестись в их эфемерный ‹рай›.

Возможно, что пополнение Ордена происходило не только путем вербовки. Легенда рассказывает, что Хасан, став хозяином Аламута, покупал детей у нищих родителей и воспитывал их в духе слепого повиновения, внушая, что в жизни у них лишь одна цель - умереть на его службе[11].

Бузург-Умид, второй Великий Магистр, сохранил мощь Ордена, следуя заветам Хасана: он строил крепости, привлекал новых адептов, а несогласных убивал или запугивал. Султан Санджар Персидский предпринял несколько походов против ‹гнезда гадюк›, как называли теперь Аламут, но безуспешно. Обе стороны убивали послов. Один выдающийся религиозный деятель был захвачен ассасинами и после марионеточного суда сожжен на костре. В эту пору Великий Магистр редко выводил на поле боя более двух тысяч своих сторонников, но не надо забывать, что то были специально обученные убийцы, повинующиеся железной дисциплине и способные дать отпор любой профессиональной армии.

Орден начал распространять свое влияние в Сирии, у него установились постоянные контакты с крестоносцами.

Крестоносцы успешно контролировали район, простирающийся от границ Египта до Армении. Бахрам, один из персидских начальников исмаилитской секты Астрабада, завоевал прекрасно укрепленную сирийскую крепость в ‹Долине демонов› и оттуда занимал один форт за другим. Вскоре он сумел завоевать еще более мощную крепость - Массият. Преемнику Бахрама Измаэлю Хлыстоносцу удалось ввести преданного члена секты в окружение могущественного багдадского визиря. Этот член Ордена сумел настолько втереться в доверие к султану, что его прозвали ‹Отцом Верности› и он даже стал Великим Судьей Дамаска.

Крестоносцы находились в Святой Земле уже в течение тридцати лет, и ассасины сочли полезным объединиться с ними против Багдада. Тогда Великий Магистр и Бодуэн II, король Иерусалима, заключили договор, в соответствии с которым Великий Судья-исмаилит должен был открыть ворота Дамаска крестоносцам, а те взамен обязались отдать ассасинам укрепленный город Тир.

Но дело осложнилось. Слуга, которому Великий Судья приказал открыть ворота, донес обо всем военному коменданту города. Тот тут же на месте убил его, а затем казнил Великого Судью и шесть тысяч горожан, тайно принадлежавших к Ордену. Гарнизон Дамаска напал на крестоносцев и обратил их в бегство. В это время началась гроза, которую христианские воины приписали божественному гневу за этот бесчестный договор. Ассасины же, наоборот, посчитали грозу помощью сил природы крестоносцам, потому что под ее прикрытием те смогли бы беспрепятственно проникнуть в город.