Чтение онлайн

Эту женщину ни в коем случае не следует недооценивать. Жожо, обладая познаниями в лекарском деле и познаниями об изготовлении ядов и противоядий к ним, имеет несколько преимуществ в поединке. Поэтому ее следует остерегаться – она на самом деле невероятно опасна. Она не использует оружие. Правильнее будет сказать, что в качестве оружия лекарь использует свои руки и становится убийцей. Впрочем, нет, иногда она также использует иглы во врачевании или для убийства. Очевидно же, что Жожо имеет преимущество воина, который знает о расположении этих точек, перед воином, который о них ничего не знает. Искусному мастеру не обязательно носить с собой массивное оружие, для того, чтобы отправить противника к праотцам, достаточно скрывать свое главное преимущество, тем самым обладая еще и внезапностью.

Так говорилось в одной известной легенде. И я верил, зная как Жожо способна расправиться с могучими противника, вдвое больше ее размерами, и, несомненно, мастерами боевых искусств, лишь несколькими точечными ударами пальцев. Она называла свой стиль боя «порхание бабочки», ибо противник ощущал лишь трепетное нежное касание, а затем наступала смерть. Легкая, быстрая, не мучительная, а потому крайне милосердная. Ведь женщине полагается быть доброй, нежной, а также сострадательной, и Жожо именно такая – сочетает в себе самые лучшие качества.

Возвращаясь к реальности, цензор, как раз перевернулся лицом в другую сторону, махнул рукой в сторону Ван Эра, показывая тем самым, что он готов слушать, и дал право говорить своему слуге. Увидел как запыхавшийся, тяжело дышащий, и не слишком почтительный слуга первым делом бросился к чайнику и налил себе чашу воды, потом еще одну и еще, пока не опустошил весь чайник за один подход.

– Господин, я вернулся, – снова оповестил Ван Эр, после того опустошил чайник.

– Я не глухой. И вижу, ты сегодня вернулся трезвым, даже страшно. Ты точно сегодня работа-ал? – отметил цензор, слишком хорошо зная своего помощника.

Раскрасневшиеся щеки могли быть от того, что он много времени провел на солнце, взгляд Ван Эра почти лихорадочно блестел – ему не терпелось поведать последние новости городка Ханчжоу.

– Господин, я все узнал. Про что сначала доложить?

– Так, сначала… есть что-то необычное?

– Вчера после заката исчезла вторая жена!

– Вот прям, исчезла, растворившись в воздухе? Так не бывает. Но что-то подобное я был готов от тебя услышать. Продолжай.

– Она сбежала одна, прихватив с собой лишь самые необходимые вещи, забрала все свои драгоценности.

– Это подозрительно…

– Ее служанка раскололась, стоило дать ей немного денег.

Верно говорят, что жадность – это грех. Дала бы госпожа служанке что-нибудь за молчание и сбежала бы тогда тайно.

– Не знаешь, она не нанимала повозку?

– Да, вроде бы…

Значит, бежать ей придется далеко. И сбежала она к кому-то не слишком обеспеченному… либо хочет первое время жить обеспеченно. Но на всю жизнь ей не хватит прихваченного приданного – с собой столько не унести. По-крайней мере, за один раз во время побега.

– Известно, куда она могла направиться?

Или вернее к кому?

– Ну, поговаривают, она часто посещала поэтические встречи, ездила без положенной охраны, только со своими служанками.

– Значит нужно искать не выдающегося поэта или ученого. Напиши приказ от моего имени информаторам в Бюро по надзору и контролю. Уполномоченные тайные информаторы работают по всей стране, есть во всех подконтрольных для Его Величества городах, так что у нас есть возможность связаться с ними. Пусть ее разыщут шпионы, куда бы она не отправилась, и где бы ни оказалась. Ищут во всех ближайших городах, проверяют каждого въезжающего и выезжающего на постах. Передай ее описание. И не забудь приложить ее портрет. И передай, что я жду ответа – это срочно.

– Хорошо, только отдохну сначала.

– Отдышись сначала. Сядь на стул. Ты что бежал сюда?

– Да, чтобы поскорее сообщить. Еще я узнал, где проживает та прекрасная куртизанка.

– Прекрасная? Та-а-ак…. Где ты её видел?

– Я не видел. Но о ней так говорят в Цветочной лодке, которую я посетил. Да и в чайных судачат, что видеть ее перестали, жизнь она ведет тайную – народу больше не показывается.

– Узнал, где она живет?

– Конечно, господин, Вы, что не верите в мои способности выслеживания? Да если бы не я, Вы бы вовек не узнали, что проживает она на улице Гончаров, восьмой дом от цветочной лавки.

– Отлично! С этого и следовало начинать! Съезди, проверь как она там.

– Каким образом?

– Постучись в двери и предложи ей чай! Раз уж ты у нас на все руки мастер. И продавец чая.

Ван Эр, как ему и было велено, явился в местное Бюро по надзору и контролю. Постучал в ворота, и двое вышедших стражников преградили ему скрещенными пиками путь. Еще двое подошли и встали позади для дополнительной защиты. Как будто он представлял серьезную угрозу и мог бы справиться с этими двумя.

– Я по важному делу.

– Все так говорят.

– Я по крайне важному делу с поручением.

Ближайшие стражники молча переглянулись, один из них закатил глаза к небу, явно не поверив его словам.

Слуга продолжил настаивать:

– Я на самом деле по крайне важному делу.

– Мы поняли уже. Не все могут это подтвердить.

– То есть я Вам должен сказать? – неподдельно удивился слуга.

– Что сказать? – уже на тон выше переспросил стражник, в его голосе звучало раздражение.

Ван Эр огляделся по сторонам, убедившись, что рядом больше никого кроме них не было, стал говорить, наоборот, на тон ниже:

– Ну, те самые слова? – Ван Эр подмигнул одним глазам, в надежде что его понимают.

– Какие слова?

Вот попались ему тупоголовые стражники! Воистину, про них: «сила есть – ума не надо»!

– Вали уже отсюда, если нечего сказать! – потерял терпение второй стражник, тот, что был с кислой миной на лице.

– Ну, которые… тайные. Только на ушко могу прошептать.

– Да говори уже так, – назойливо отмахнулся от него стражник, словно от надоевшей мухи. Неужто явился умалишенный и того гляди и прям, начнет приближаться, – и пику выставил, чтобы оттеснить подальше, заставив человека отступить назад.

– У меня приказ с собой есть, между прочим с оттиском печати цензората.

– Показывай давай!

– Да не могу я это Вам показать! – чуть не плача уже уверенно заявил мужчина среднего возраста. – Это важный и секретный документ! Я буду говорить только с тайным информатором из Бюро.