Чтение онлайн

– Что касается Gotenstock — этот предмет принадлежал деду полковника, а он унаследовал её от отца. Это был искусный предмет, и, судя по цвету, изготовлен из качественного дерева. У неё был золотой набалдашник в форме головы, насколько я помню. Вилигут не использовал её, как опору при ходьбе, но просто всегда носил с собой. Несколько раз я замечала, что он использует её в непонятных для меня действиях. Например, во время нашего первого посещения Гослара, города, особенно важного для него, он три раза постучал тростью по фонтану, когда проходил мимо. Наверное, он думал, что я не обратила на это внимания, потому что ничего не сказал, а я из скромности не стала спрашивать. Однако, во время того пребывания в Госларе, полковник весьма удивительным образом доказал, что знает многое из того, что было скрыто от нас. Это были весьма необычные события.

– Пожалуйста, расскажите нам об этом.

– Полковник ранее рассказывал нам о том, что Клюс в Госларе очень много значит для цыган. Полковник и сам был «тайным королём» у цыган, так же, как и другие венгерские магнаты до него. Он рассказал об их девяти «заповедях», древних символах, совершенно никакого отношения не имевших к десяти заповедям евреев. Теперь я уже не помню содержания этих «заповедей». Я помню только, что все, сопровождавшие полковника в Клюс (фрау Дарре, фрау фон Реден, Аннемари Кёппен и я. Не могу вспомнить, была ли тогда с нами фрау фон Канне) были этим заявлением озадачены. Когда мы были в Клюсе, молодая женщина, наш гид, показала нам лампы — на них, одна под одной, были начертаны девять римских цифр, и сообщила, что эти цифры символизируют цыганские заповеди — они лишь избавились от «четвёртой заповеди»! Цыгане всегда приходили на свадьбы, крещения и подобные церемонии в Клюс, и тогда зажигались эти лампы! Ранее полковник говорил нам, что каждый цыган должен побывать в Клюсе хотя бы раз в жизни. И по сей день они в запряжённых лошадьми повозках колесят по Германии; раньше я и сама видела их. Вы можете себе вообразить, как мы были удивлены тогда, просто лишились речи! Но в тот день произошло и ещё нечто. Мы встретились вечером, и господин фон Канне рассказал нам, что его семья происходит от некоего очень древнего чужеземного рода, поскольку на их гербе имеется нездешнее изображение розы; полковник же высказал предположение, что их семья должна хранить и змеиный перстень. Однако о нём никому не было известно. На следующий день мы с полковником, в сопровождении наших адъютантов, отправились назад в Берлин. Несколько дней спустя, фрау фон Канне прибыла в Берлин, всё ещё очень взволнованная, и показала мне коробок с этим самым змеиным кольцом. Она хотела показать его и полковнику, и рассказала, как в тот вечер, после упомянутой беседы, мужчины собрались у камина в доме Канне и обсуждали это кольцо. Дарре всё выспрашивал у Канне — нет ли действительно такого кольца где–нибудь в шкафу, где хранились их фамильные драгоценности и хроники семейства Канне. Канне раз за разом отвечал, что это невозможно, поскольку каждый предмет там ему знаком. Наконец, по настоянию Дарре, он достал шкатулку со старыми драгоценностями, чтобы подтвердить свои слова. Случайно он нажал на рычажок, о котором не знал, и тогда открылся потайной ящичек, в котором и оказалось змеиное кольцо! Разумеется, такое совпадение произвело на нас сильное впечатление.

– Вы говорили о цыганах. Мунд считает их потомками «Joeten», распявших Бальдра–Криста на кресте в Госларе. Согласно Мунду, причиной распятия Бальдра послужила давняя вражда между ирминами и вотанистами. Разногласия возникли из–за «плана Кристуры», «улучшения человеческой породы», в вопросе о том, соответствует ли этот план божественной воле эволюции. Будучи ирмином, Бальдр ответил на этот вопрос положительно, задумав и инициировав «намеренное расовое смешение» среди доисторических племён. Тогда вотанисты решили убить лидера ирминистов. Они подстрекали «Йотунских бастардов» распять его. Раскаиваясь в убийстве, потомки этого народа должны раз в жизни явиться в Гослар, а их вождь должен владеть тростью с символами девяти законов. Говорят, Вилигут в схожем ключе поддерживал теорию ариогерманского происхождения христианского мифа о распятии.

– Что касается Бальдра–Криста и Сванхильды–Марии (его сестры, а не матери!): полковник рассказывал, что Бальдр был распят три раза — первый раз ещё в молодости. Дважды его сестра освобождала его, поскольку он был просто привязан верёвками, и тогда они вместе спасались бегством. Но в третий раз его прибили гвоздями, так что ничего не получилось.

Позже, мы с матерью были в маленькой «экскурсии» в Хёдингер Тобель на озере Констанс. Там, за оградой, мы обнаружили изображение распятия, на котором разбойники и Христос были изображены в трёх разных возрастах. На двух первых сценах Христос был привязан к кресту, на третьей — приколочен гвоздями. Полковник был этим весьма удивлён, равно как и мы. В частности, и поэтому я позже без колебаний приняла его предложение о сотрудничестве.

– Я сейчас заметил, что в названии «Хёдингер Тобель» содержится имя Хёдур. Эдда описывает, как хитроумный Локи заставил легковерного слепого Хёдура убить Бальдра…

– Я и сама раньше не замечала этого. Хотя, возможно, здесь и вправду есть связь, поскольку Хёдингер Тобель расположен прямо за Хайденхёхле [«Языческой пещерой»], который, по несчастью, был разрушен после войны — там проложили дорогу. Также по соседству построена старейшая часовня, девятого века. На её потолке имеется изображение Weltenesche [Мирового древа], и четырёх ручьёв, из одного пьют олени. Также на потолке имеется «Божье око», а над алтарём — изогнутое зеркало, в котором можно увидеть всю церковь целиком. Что из этого сохранилось в целости до сегодняшнего дня, мне неизвестно.

– Мунд заявляет, что между Гиммлером, Дарре и Вилигутом существовала тесная связь — и до, и после его отставки из SS. Вы можете подтвердить это?

– Я знаю, что Гиммлер был в очень хороших отношениях с Отто Раном. Я не знаю, относится ли то же самое к Дарре, но, конечно, они ладили. Лишь недавно я узнала о том, что Вилигут был исключён из SS из–за пьянства, поскольку сам полковник никогда не упоминал об этом, когда присылал открытки моей матери.

– Как познакомились Отто Ран и Гиммлер? Комментировал ли Вилигут исследования Рана касательно Грааля?

– Я была совершенно зачарована книгой Рана, и сразу же показала её полковнику, а он в свою очередь, передал её Гиммлеру. Тот был так заинтересован, что поручил мне разыскать Рана и справиться о состоянии его здоровья. Я обнаружила, что дела его весьма плохи. Франция отказала ему в визе, а издатель обманул его. Я доложила об этом Гиммлеру, а он без колебаний пригласил Рана в Берлин. Так Отто Ран переехал к нам. Мне повезло оказаться в его доме, наедине с ним, и мы смогли долгие часы посвятить обсуждению его исследований в непринуждённой беседе. Это было начало нашей очень близкой дружбы. Отто Ран был зачислен в штаб райхсфюрера, но Гиммлер поручил ему отдельные задания. Ран почти каждый вечер навещал нас в вилле в Грюневальде, где мы вели оживлённые беседы, поскольку и полковник тоже был заинтересован в его исследованиях о Граале и катарах.

– Рану приписывают слова о том, что если бы он встретил полковника до составления черновиков «Kreuzzug gegen den Gral» («Крестовый поход против Грааля»), то книга была бы написана «совершенно иначе».

– Я думаю, что Отто Ран действительно бы написал «Kreuzzug» несколько иначе, встреть он полковника до того — просто потому, что многое из того, о чём он только подозревал в своих исследованиях, стало явным для него только во время тех бесед. В конце концов, в то время ему было только двадцать шесть лет.

В те дни Ран не носил формы. Я работала в штабном отделении Дарре последние полгода в Берлине, а Ран жил прямо по соседству. Мы часто готовили обеды у него дома, и обсуждали то, что он успел написать за ночь для своей второй книги. Вначале это должна была быть книга об отвергнутом архиепископе Маргбургском, исповеднике графини Елизаветы, но в итоге получился «Luzifers Hofgesind» («Двор Люцифера»). Когда Ран навестил нас в 1937 году, в доме моих родителей в Констансе, он привёз в подарок эту книгу.

– Согласно некоторым слухам, в 1939 году Ран приглашал Вилигута и Гиммлера на свою свадьбу. Вам известно что–нибудь об этом? Можно ли это истолковать в связи с неожиданным самоубийством Рана?

– В июле 1937 я вышла замуж и переехала в Мюнхен, где Отто Ран навестил нас — это должно было быть время Рождественского поста, ведь он тогда отправлялся на военные сборы в Дахау. Он не был так уж рад этому, хотя ничего не говорил о тамошних преступлениях — наоборот, всё было как прежде. Мы первый раз увидели его в форме, и это нас очень насмешило, поскольку форма на нём вовсе не сидела. В 1938 он с радостью стал крёстным отцом моему новорождённому сыну. После этого мы ничего не слышали о нём, пока не пришло извещение о его необычной смерти. Это показалось нам настолько непохожим на него, что мы попросили друга, работавшего в штабе, прояснить нам ситуацию. Он написал, что Ран был дважды обличён как «гомосексуалист», и Гиммлер каждый раз выносил ему строжайшие предупреждения (но не более того), пока тот не был «пойман» в третий раз. Очевидно, за ним следили, возможно, какой–то завистник. Тогда Гиммлер (определённо, с тяжёлым сердцем), приказал Рану самому разбираться с последствиями, так чтобы сохранить свою честь и честь SS. Это он и сделал, совершив самоубийство. Гиммлер открыто признал это, и потому Ран посмертно не был исключён. Мне не кажутся противоречием в связи с его самоубийством сообщения о том, что он принял катарский обряд Consulamentum [«утешения»] — для Рана такая связь была совершенно логичной.

Я не знаю, правда ли то, что говорят о Ране сегодня. Например, что он сильно повздорил с Гиммлером, увидев условия жизни в концентрационном лагере, и пожив в «Lebensborn». Хотя это и новость для меня, я могу представить, что в таких обстоятельствах Гиммлер был бы рад услышать о помолвке Рана; он должен был предложить ему всю возможную помощь. Но то, что планировалась свадьба, и Гиммлер, и даже Вилигут были приглашены — этого я не могу представить.

– Мозаичный рисунок колонного зала в Вевельсбургском замке описывали, среди прочего, и как двенадцатилучевое «Чёрное Солнце», (также «Sadaer» или «Santur»). Скальдам средневековья всё ещё был знаком миф о «Чёрном Солнце», давно остывшим и существующим параллельно с активным солнцем (SOL) и пассивным/невидимым солнцем (SUN). Кажется, что Вилигут передал соответствующую информацию Эмилю Рюдигеру. Можете ли Вы рассказать что–либо об этом? Интересовался ли Гиммлер чем–то подобным? Может ли вообще рисунок на полу в Вевельсбурге быть истолкован в таком ключе?