Чтение онлайн

– Добрый вечер, – говорит Люк.

Он встает, и тут я понимаю, что не могу ответить на его рукопожатие. Потому что у меня в руках компьютер и дипломат. Засуетившись, роняю на пол дипломат, перехватываю компьютер в другую руку, едва не выронив журнал, и, краснея от этой суеты, протягиваю ладонь.

На лице Люка появляется изумление, и он официально жмет мою руку. Указывает на стул и вежливо наблюдает, как я пристраиваю на угол стола ноутбук.

– Впечатляет машинка. Очень… современная.

– Я часто использую ее на деловых встречах – делаю заметки.

– А, – кивает Люк. – Какая вы организованная. Он явно ждет, когда я включу компьютер, поэтому я наугад тыкаю пальцем в какую-то кнопку. Сьюзи сказала, что от этого у компьютера должен включиться монитор. Но ничего не происходит. Жму на другую – и опять ничего. Тогда я тыкаю в нее изо всех сил, как будто невзначай, – с тем же результатом. Вот зараза. Ну зачем я послушала Сьюзи?

– Проблемы? – спрашивает Люк.

– Нет! – Я захлопываю ноутбук. – Наверное... сегодня он мне не понадобится. – И достаю из сумки блокнот. – Набросаю все на бумаге.

– Прекрасная идея, – спокойно говорит Люк. – Шампанского не хотите?

– Шампанского?.. – Признаться, я обескуражена. – Ну… ладно.

– Прекрасно. Я надеялся, что вы не откажетесь.

Он поворачивает голову, и к нам спешит официант с бутылкой в руках. Господи, «Крю».

Но виду, что обрадовалась или хотя бы довольна, не подам. Мне нужно сохранять хладнокровие и трезвую голову – весь вечер. Выпью только один бокал, а потом перейду на минералку без газа.

Пока официант наполняет изящный бокал шампанским, я записываю в блокноте: «Встреча Ребекки Блумвуд и Люка Брендона». Оценивающе смотрю на строчку и дважды подчеркиваю. Вот. Так смотрится очень серьезно.

– Итак, – я поднимаю бокал, – за бизнес!

– За бизнес, – ухмыляется Люк. – Или за то, что от него осталось.

– Как это? – Я в недоумении смотрю на него, но потом до меня доходит. – Это из-за того, что вы сказали утром на шоу? У вас теперь проблемы?

Он кивает, и мне его становится жаль.

Нет, конечно, Сьюзи права: Люк – хам и наглец. И все же он молодец – вот так у всех на глазах заявить, что он думает о «Флагстафф Лайф». И теперь, если из-за этого у него рухнет бизнес, это будет несправедливо.

– Все пропало? – тихо спрашиваю я, и Люк хохочет.

– Нет, пока еще не все. Но нам пришлось отвечать на звонки наших озадаченных клиентов. – Он строит рожу. – Надо заметить, что публичное оскорбление крупнейшего клиента компании – не самый популярный пиаровский прием.

– А мне кажется, они должны вас уважать! За честность! В наше время не все люди говорят то, что думают. Это могло бы стать девизом вашей компании. «Мы говорим правду».

Делаю глоток и поднимаю глаза, потому что в ответ – молчание. Люк разглядывает меня со странным выражением.

– Ребекка, у вас сверхъестественная способность попадать точно в яблочко, – наконец говорит он. – Именно так и сказали некоторые наши клиенты. Мы как бы заработали свидетельство честности.

– Ага. – Я жутко довольна собой. – Это хорошо. Значит, у вас не все потеряно.

– Да вообще ничего не потеряно, – соглашается Люк с улыбкой. – Так, небольшое потрясение.

Откуда-то сбоку возникает официант и доливает мне шампанского в бокал. Я отпиваю. Подняв голову, опять натыкаюсь на взгляд Люка.

– Знаете, Ребекка, вы очень проницательны. Вы видите то, чего не замечают другие.

– А вы разве не слышали, что сказала Зелда? Во мне сочетаются проницательность финансового гуру и простота соседской девчонки.

И мы оба смеемся.

– Да, умная, но доступная.

– Ученая и приземленная.

– Вы – сочетание образованности, обаяния, ума и… – Люк неожиданно замолкает, смотрит на свой бокал, потом на меня. – Ребекка, я должен извиниться. Я давно хотел это сделать. Тот наш обед… вы правы. Я не отнесся к вам с должным уважением. С уважением, которого вы заслуживали… Заслуживаете.

Он замолкает, а я пялюсь на скатерть, у меня пылают щеки. Хорошо ему сейчас об этом говорить, гневно думаю я. Еще бы, заказал столик в «Ритце», опоил меня шампанским и думает, что я размякну и скажу: «Да ничего страшного, я совсем не обиделась». Но даже теперь, после всех этих чудес, которые со мной случились, где-то в глубине души копошится обида. А уж после моего триумфа на телевидении я настроена весьма решительно.

– Моя статья в «Дейли уорлд» никоим образом не связана с тем случаем, – объясняю я столовым приборам. – И ваши домыслы подобного рода…

– Я знаю, – вздыхает Люк. – Мне не стоило этого говорить. Вырвалось со злости… когда вы нам всем хвост прищемили.

– Правда? – не могу сдержать я довольной улыбки. – Я прищемила вам хвост?

– А то вы не знаете. Целая страница в «Дейли уорлд» о нашем клиенте – как гром среди ясного неба.

Ха. А мне это нравится. Надо же, вся компания Люка Брендона суетилась из-за Мартина и Дженис Вебстер.

– И Алисии я тоже хвост прищемила? – не могу я устоять перед искушением.

– Уж будьте уверены – скакала как ужаленная, – хохочет Люк. – Особенно когда я узнал, что вы беседовали по телефону накануне.

– Так ей и надо, – говорю я радостно и тут же жалею о своих словах. Настоящие бизнес-леди не злорадствуют, когда их врагам задают взбучку. Эх, нужно было просто многозначительно кивнуть.

– А вам я тоже покоя не давала? Тишина. Наконец я решаюсь поднять глаза.

Люк смотрит на меня без тени улыбки на лице, и от его взгляда у меня по всему телу разливается жар.

– Из-за вас, Ребекка, мне уже давно нет покоя, – тихо произносит он, в упор глядя на меня.

Я буквально каменею – не могу отвести глаз, даже дышать не могу. Люк берет меню и спрашивает:

– Ну, что закажем?

Ужин растянулся на весь вечер. Мы говорим и едим, едим и снова говорим, а потом снова едим и снова говорим. Все такое вкусное, а вино такое ароматное, что единственное, от чего я отказываюсь, – от первоначальных планов насчет трезвой головы. К шоколадному мороженому с лавандовым медом и печеными грушами я уже клюю носом – за окном сгустилась ночь.

– Как десерт? – спрашивает Люк, ковыряя свой сырный торт.

– Очень неплох, попробуйте, – пододвигаю ему тарелку. – Хотя лимонный мусс был вкуснее.