Чтение онлайн

— Ее вещи? — Надо мной склонился все тот же мужик в белом халате.

Обратил внимание на серую куртку, замотанную в полиэтиленовый пакет. Ее вещи. ЕЕ!

— Да. Я могу забрать их?

Он кивнул.

В последний раз набрал номер Ани. Оглушительную тишину разорвал едва уловимый звук мобильного, доносившийся из этого чертового пакета.

— Анька! Открывай! Открывай немедленно!

Я проснулась от настойчивого стука в дверь. Кто-то не просто стучал, а выбивал двери с диким ором в придачу. Сначала показалось, что это снова вернулась она. Какая она яркая — Альбина. От нее так веяло деньгами, роскошью. Скорей всего, под стать ему. И дочка у них очень милая. Глупо было думать, что у него никого нет.

Но вряд ли это она сейчас выбивает мою дверь. Она настолько корректно выражалась, так себя преподносила, будто тут одни отбросы общества, а она бельгийская королева.

Я даже толком ничего не могла ответить, что-то промямлила от неожиданности. Да, ко мне не каждый день приходят жены парней. Такого не признаю. Для меня семья — это святое. Отношения с женатым — табу. Хотя бы по той самой причине, что отец бросил нас, ушел к другой. И во всех смертных грехах я долгое время винила только его новую жену.

Нет, не смогу… Не смогу разбить чужую семью, это намного сильнее меня.

Сонно потерла глаза, затем медленно встала с кровати и поплелась в коридор, шаркая тапками.

— Что случилось? — спросила, когда открыла дверь.

Передо мной стояла соседка. Руки в боки, глаза горели. Орала, возмущалась, кривила губы и громко топала. Есть такие женщины — скандалистки. Заводится с пол-оборота и если сегодня не поругается — все! День не удался.

— Что, что. Мать твою упаковали в лучшем виде и увезли. А ты все спишь, спишь. Проспишь все на свете.

Но ей ли объяснять, что я не спала всю ночь. Думала, размышляла и если заснула, то только под утро.

— Куда? — никак не могла понять, в чем дело. Как упаковали? Как подарки упаковывают? Да, подарочек мама — то, что надо. Все же я не до конца еще проснулась. Или она говорит слишком странные вещи.

— Где ей самое место. В дурке. Что она вытворяла! Где это видано, — возмущалась соседка. — Бегала раздетая и кричала: «Бомбардировщики атакуют». Какие, к едрене фене, бомбардировщики? Все, съехала с катушек окончательно.

Бросив все, я поехала к ней.

Белые стены, белые потолки и яркий, ослепляющий свет.

Мама сидела в смирительной рубашке. Глаза нервно бегали из стороны в сторону.

Подошла ближе к ней, хотела провести рукой по ее взъерошенным волосам. Она резко дернулась и поджала губы.

— Они здесь, — почти прошептала. — Враги наступают. Контрреволюция! — говорила так убедительно, так… что казалось, вот-вот выйдут люди с флагами, красным знаменем, и будет шествие, будет парад.

— Мама…

Я не находила подходящих слов. Больше всего на свете мне не хотелось видеть ее в таком состоянии. Она не такая, это все зеленый змий, который вселился в нее и травит душу. Она хорошая, добрая, чуткая. Просто нужно изгнать этого демона раз и навсегда. А врачи… Они ей помогут. Я верю, иначе не может быть.

В белой комнате, держа руки за спиной, появился врач.

— Скажите, доктор, что с ней? — обратилась к нему.

— Пойдемте… — Он указал мне рукой на выход. И лишь когда мы выходим в коридор, снова обратился ко мне.

— У вашей мамы типичная шизофрения.

— Ей можно помочь?

— Можно. Почему нельзя. — Он остановился возле окна. — Но лечение стоит денег. Мы, конечно, сделаем все, что в наших силах…

Деньги. А денег у меня нет. Хотя…

После разговора с ним я прибежала домой и впопыхах достала шкатулку. Наверное, при других обстоятельствах никогда бы на это не решилась. Взяла кольцо, которое подарил мне Кирилл, и крепко сжала в руке. Я забуду его. Навсегда. У меня получится.

Ломбард, в котором принимали ювелирные изделия, находился в трех остановках от дома. Когда я ездила в центр, всегда обращала внимание на большую вывеску.

Разжала ладонь, посмотрела на красивое колечко. Продать кольцо — все равно, что расстаться с мечтой. Кирилл… Ты так стремительно ворвался в мою жизнь и так же стремительно исчез из нее. Но я очень сильно хочу, чтобы ты был счастлив. А деньги… они сейчас нужнее маме.

— Почему так мало? — округлила глаза.

— Камни не учитываются, — ответил оценщик. — Мы принимаем только золото и платину.

Интересно, чем им алмазы-то не угодили? Оказывается, не все так, как хотелось бы. У каждого свои правила, и каждая такая организация любит их диктовать. Но меня так и подталкивало крикнуть этому усатому дядьке, лицо которого не помещалось в маленьком окошке: «Лохотронщики!» Не знаю, как сдержалась. Просто иногда воспитание не позволяло сказать всю жесткую правду в глаза, даже когда она так сильно нужна.

— Я могу купить, — раздался женский голос за моей спиной. — Я хорошо заплачу.

Медленно повернула голову.

— Что? — переспросила, вдруг не расслышала ее и мне показалось.

— Я хочу купить ваше кольцо. Хорошо заплачу, наличными. Вам же нужны деньги? — уверенно повторила она.

Передо мной светловолосая девушка в ярко-сиреневом пиджаке. Открытый взгляд, выразительные глаза. Смотрела на нее, и мне казалось, в ней есть что-то такое… Очень похожее на меня.

В пятом классе со мной училась девочка (потом она перешла в другую школу). Мы часто играли с ней в сестричек, так как были похожи. Когда я надевала ее одежду, учителя часто принимали меня за нее. Но стоило мне заговорить… Да, голоса у нас были совершенно разные. У нее писклявый и резкий, как работающая бензопила. У меня более спокойный, рассудительный. Я думала, что так должна уметь каждая актриса — перевоплощаться в кого угодно, даже в соседскую девочку в очках, с косичками, в которые вплетены красные шелковые ленточки. Я вплетала такие же, имитировала ее неровную походку. Усердно протирала платком стекла запотевших очков с двойными стеклами, поправляла старомодный берет и широко улыбалась, показывая самодельные брекеты.

— Купить? — заинтересованно посмотрела на нее.

Она расплылась в улыбке, будто чеширский кот, и предложила поговорить в более удобной обстановке.

Вышли на улицу, остановились в тени высокого дерева. Рядом шумели проезжающие машины, они проносились на полной скорости, оставляя после себя серое облако выхлопов. Но этот шум и испорченный воздух совершенно не мешали нам разговаривать. Из своей маленькой сумочки, словно по взмаху волшебной палочки, она достала пачку запечатанных купюр. Именно в таком формате деньги выдают в банке.

— Здесь много. Вы можете еще продать свою куртку? У нас вроде похожие размеры.

Она права. У нас похожее телосложение. Даже прически одинаковые. Бывает же так. К примеру, идешь, идешь на улице, а тебе навстречу твой двойник. Ну или просто где-то он есть, а ты об этом не знаешь. Скорей всего, сейчас именно такой случай. Если сильно не приглядываться — мы похожи.

— Очень надо. Прошу вас. На эти деньги вы сможете купить десять курток.

— Вы тоже. — Я засомневалась. Да, ее предложение показалось мне странным, но таким заманчивым. Интересно, риск действительно дело благородное или все же в нем нет смысла. Умела ли я рисковать? Нет. Скорей всего, при других обстоятельствах я бы поступила иначе. Послала бы эту незнакомку к чертовой бабушке с ее странными предложениями. Но сейчас другая ситуация. Мой мир опустошен до такой степени, когда не хочется ничего, когда все валится из рук.