Чтение онлайн

— Хорошо, — повторяет она, следуя правилу Айны «повторение — мать учения»: — меня зовут Тайра, я из поселения на краю Ойкумены. За мной, судя по всему, охотиться Церковь, как и за моим спутником. Поэтому мы с ним решили уйти на Запад из Империи. Однако на нашем пути встали кочевники, которые хотят взять штурмом Вороний Замок, а я не хочу, чтобы они взяли Замок штурмом. Потому что мне барон понравился, он добрый и веселый, хотя слишком много вина пьет. А еще я в селении старого Ларса убила, так что мне назад дороги нет. Нет, стой, я до этого еще церковников убила человек восемь и одного с таким вот метателем. Кого я еще убила? — задумывается Тайра: — впрочем неважно. Убивать кочевников было слишком хлопотно, и я вызвалась на переговоры с тобой. У меня еще день в запасе есть, а потом надо возвращаться. Потому я и прошу тебя уйти с восточных пустошей, прекратить терроризировать кочевников, и заниматься своими делами. А если хочешь — можешь с нами на Запад пойти, что скажешь?

— Погоди. — вытягивает руку вперед Белая Смерть: — так ты все это затеяла, чтобы я от кочевников отстала?! Да я и не приставала к ним! Пусть творят что хотят!

— Вот и отлично. — кивает головой Тайра: — вот и прекрасно. Значит договорились. Мне нужен будет какой-нибудь знак с твоего тела, эти кочевники мне на слово не поверят.

— Ты дура. — заявляет Белая Смерть и качает головой: — какая я к черту Белая Смерть! Я — Лоа Ти! Капитан Имперских Амазонок! Я — щит и мечи Императора! Идиотка!

— Ты одета в белое и умеешь убивать. — указывает на очевидное Тайра: — и несешь на плече мертвое тело.

— А ты вообще разыскиваемая преступница на территории Империи, если то, что про себя рассказала — правда. — садится на песок бывшая Белая Смерть и качает головой: — Святая Александра, вот откуда на мою голову…

— Так ты представитель властей Империи. Вот оно что. — кивает головой Тайра: — неожиданный поворот. И что, теперь ты меня арестуешь? Мне некогда, мне настоящую Белую Смерть искать надо. Обещаю, что потом вернусь и отсижу необходимое время в заключении.

— Надо бы, конечно. — ее соперница выкапывает из песка какую-то плоскую тварь и некоторое время смотрит на нее. Ее рука хватает пустое пространство над ножнами, и она лишь раздраженно цыкает.

— Ты! У тебя нож есть? — спрашивает она у Тайры: — мне нужно ракушечника поменять, вместо того, что ты ногой разбила. Давай сюда нож и я не стану предъявлять обвинения в нападении на должностное лицо при исполнении.

— Это была самооборона. Ты первая напала. — напоминает Тайра, извлекая свой нож: — кроме того, мы сейчас не на территории Империи, а Бано-ага признал меня своей наложницей, так что технически я являюсь кочевницей, так сказать дитя Вольного Народа Степей.

— Признал наложницей?

— Ну… ээ… приглашал. — признается Тайра, передавая нож рукоятью вперед: — но это же считается!

— Странная ты. Но дерешься хорошо. — признает Лоа Ти: — сейчас, одену ракушечника и поговорим, а то у меня уже глотку огнем дерет.

Глава 21

— Кочевники оправили? Так ты у нас эмиссар Вольного Народа? Ну надо же. — качает головой Лоа, взваливая тело Найры на плечо: — давай тогда так — ты помогаешь мне найти беглеца, а я ходатайствую в Империи о амнистии.

— Амнистии? — странная чужачка в облегающем черном комбинезоне (ей должно быть жарко в одежде с таким цветом) только глазами моргнула: — да она мне и не нужна сильно. В селение я все равно вернуться не смогу. — она явно погрустнела: — меня за старого Ларса никогда не простят. А этому ученому все равно на Запад нужно. Там загадки древних, мистические руины и какие-то вакханки, которые ему очень нравятся. Я не совсем поняла кто это такие, но, судя по всему, они очень легко одеваются и чрезвычайно дружелюбны.

— Вакханки? Это женщины, которые торгуют своим телом на юге. Конечно, они дружелюбны. — хмыкает Лоа: — профессия такая. Не будешь дружелюбной — не будет денег. А твой ученый друг изрядный развратник.

— Он-то? Вряд ли. — пожимает плечами чужачка: — он даже на меня не смотрит, все время глаза в сторону отводит.

— Ну если ты все время в этом черном обтягивающем и непристойном наряде ходишь, то неудивительно. — Лоа поправляет Найру на плече: — впрочем не об этом речь. Ты же вдоль следа идешь, верно? Так пошли вместе. Тут недалеко. Я бы тебе даже место в Корпусе Амазонок предложила, твои боевые навыки на очень высоком уровне, а ведь ты даже Словами не пользуешься.

— Возражений у меня нет. — говорит Тайра: — вот только у меня времени мало, а ты медленно идешь. Дай мне сюда твою ношу, так быстрей будет. И чего ты ее тут не оставишь? Она же мертва.

— Ничего ты не понимаешь, Тайра из селения на краю Ойкумены, — вздыхает Лоа Ти: — вот потому-то я тебе тело Найры и не доверю. Она — мой боевой товарищ. И точка. Имперские Амазонки не оставляют своих ни на поле боя, ни в веселой пирушке. Нигде.

— Вот как? — чужачка смерила ее взглядом, быстро шагнула к ней и… подхватила на руки! Вместе с Найрой!

— Ты… ты чего?! — вскрикивает Лоа, судорожно удерживая тело Найры: — тяжело же! Спину порвешь!

— Я самая сильная Охотница за Тварей в селении. — отзывается чужачка и прибавляет шаг, начиная бежать, ее голос на удивление — остается ровным и спокойным: — не дергайся, баланс смещается.

— Да ты… — Лоа только глаза закатила. Да черт с ней, с чужачкой, она просто выскочка, которая не умеет рассчитывать свои силы. Откусила больше, чем сможет проглотить, ладно она, Лоа Ти тело своей заместительницы несла, но она же под Словом Усиления была! А тут — вес в два раза больше, еще и проблемы с балансом… да еще и бегом! Никто не сможет так бежать долго. Никто не сможет так пробежать хотя бы сто шагов. Так что, вместо того, чтобы начать возмущаться вслух, Лоа только поудобнее устроилась, позволив чужачке перекинуть ее через плечо. Тело Найры та перекинула на другое плечо, но с уважением, мягко, подхватив как следует. Что же… она, Лоа Ти, просто позволит этой выскочке выдохнуться. Тем более что бежать по песку, когда ноги увязают чуть ли не по щиколотку, боясь каких-то подземных червей… нет, она выдохнется очень и очень быстро, а амазонка только посмеется над этой странной чужачкой.

— Вот что скажи, — говорит Лоа, пытаясь перевернуться, чтобы не биться головой о спину, еще и сотрясение будет, пусть и недалеко ее так пронесут, но висеть вот так, словно одеяло, перекинутое через плечо, да еще когда рядом точно также трясется голова Найры и ее длинные волосы, испачканные в крови… может и в самом деле надо было ее оставить? Закопала бы в песок, а потом, когда назад возвращалась — выкопала? Что за глупая гордость амазонки, не оставляем своих на поле боя и в пирушку… так не бой же. И не пирушка. И не оставляет она никого, вернулась бы… а если не вернулась, сама бы сгинула — так в этом случае ни она ни Найра подобающего захоронения и почетного караула из двенадцати гвардейцев в золоте и пурпуре не получили бы. Раньше мысль нести с собой тело Найры казалась совершенно логичной, но вот сейчас, когда она вместе с ней болтается на плече у чужачки… словно бесполезный балласт.

— Чего тебе? — спрашивает чужачка, не сбавляя ходу, голос у нее ровный и спокойный, как будто и не бежит по песчаным дюнам Пустошей, все-таки сильные эти Дети Вольного Народа… ах, да она из селений на краю Ойкумены, у них там все по-другому. Лоа глядит вниз и видит, что песок пустошей поменял цвет, стал белесым, начал хрустеть под ногами.

— Дай сесть нормально. — отвечает Лоа, но в этот момент чужачка резко замедляет ход, едва поднявшись на вершину очередной дюны. Останавливается.