Чтение онлайн

— Да.

Рейш прикоснулся к плечу ванкхмена и вместе с товарищами поспешил прочь. Но прежде чем выступ скалы навсегда скрыл их из вида, Рейш оглянулся — Хелссе стоял на том же месте, со странной грустью глядя им вслед.

Добравшись до небольшой рощи, путешественники повалились на землю в полном изнеможении. Желудок сводили голодные спазмы. При свете двух лун Траз осмотрел растительность и обнаружил куст травы паломников. Это была их первая еда за двое суток. Немного отдохнув, они стали карабкаться по длинному склону и, достигнув вершины, обернулись, разглядывая мрачный и величественный силуэт Ао-Хаха, вырисовывавшийся на фоне освещенного лунным светом неба. Какое-то время спутники стояли так молча — каждый думал о чем-то своем, — потом пошли на север.

Утром, утолив голод жареными древесными грибами, Рейш вытащил деньги.

— Наше предприятие окончилось неудачей. Как я и обещал, каждый получит сейчас по пять тысяч цехинов вместе с моей благодарностью за верность своему слову.

Зарфо нерешительно взял блестящие красные бруски и взвесил их в руке.

— Что ж, я честный человек и, поскольку это соответствует нашему договору, приму деньги.

— Позволь мне задать один вопрос, Адам Рейш, — произнес Джаг Джаганиг. — Ты сказал Ванкхам, что прибыл из далекого мира, родины людей. Это верно?

— Да, я так сказал.

— Ты действительно прилетел оттуда?

— Да, несмотря на то что наш дирдирмен сейчас очень выразительно гримасничает.

— Расскажи нам об этой планете.

Рейш говорил целый час; остальные сидели, задумчиво глядя на пламя костра.

Наконец Анахо откашлялся.

— Я не сомневаюсь в твоей искренности. Но, как ты сам признаешь, история человечества на Земле намного короче, чем на Тчаи. Ясно, что в глубокой древности Дирдиры посещали Землю и оставили там свою колонию. А оттуда и произошли земляне.

— Я мог бы доказать тебе обратное, — заметил Рейш, — если бы наш план сработал и мы все улетели бы на Землю.

Анахо помешал в костре палкой.

— Да, интересно... Дирдиры, разумеется, не продадут и не отдадут тебе космический корабль. Украсть его, что мы и попытались сделать с ракетой Ванкхов, будет совершенно невозможно. Но все же в кос-мопорте Сивиша можно достать любую деталь — купить или как-нибудь договориться... Нужны лишь цехины — правда, очень значительная сумма.

— Сколько?

— Имея тысяч сто, можно сотворить чудеса...

— Не сомневаюсь. Однако сейчас у меня едва наберется сотая доля этой суммы.

Зарфо бросил ему свои пять тысяч цехинов.

— Держи. Я будто сам отрубил себе ногу... Но пусть они станут первым взносом в общее дело.

Рейш вернул ему деньги.

— Сейчас они будут лишь уныло звякать в пустом кошельке.

Тринадцать дней спустя путешественники спустились с Инфнетса в Блалаг, а оттуда по дороге вернулись в Смаргаш.

Три дня Рейш, Анахо и Траз отсыпались, отъедались и любовались танцами на площади. На исходе третьего дня к ним за столик в таверне подсел Зарфо.

— Какие вы разнеженные, лоснящиеся... Слышали новости?

— Какие?

— Ну, во-первых, я приобрел очень миленький домик в излучине реки Висфер, с пятью красивыми остроконечными деревьями, тремя замечательными псиллосами и аспонистрой, не говоря уже о ягодных кустах! Там я проведу последние годы жизни — если, конечно, вы снова не уговорите меня принять участие еще в какой-нибудь авантюре! Во-вторых, сегодня утром из Ао-Хидиса вернулись два наших механика. Там грядут большие перемены! Ванкхменов выгнали из крепости, они ушли... Теперь эти зазнайки живут в хижинах вместе с черными и пурпурными. Ванкхи, судя по всему, не желают их больше терпеть рядом.

Рейш хмыкнул.

— В Дадиче мы видели негуманоидную расу, поработившую людей. В Ал-Хидисе застали противоположную ситуацию: люди эксплуатировали негуманоидов. И в том, и в другом случае положение в корне изменилось. Скажи, Анахо, у тебя не возникло желания освободиться от пут твоей унылой догмы и стать разумным человеком?

— Мне нужны факты, а не слова.

— Едва ли мы сможем дойти до этих фактов пешком...

— В Великом космопорте Сивиша нас ждет дюжина прекрасных ракет — их только нужно приобрести по частям и собрать.

— Да, но где достать деньги?

— Не знаю, — вздохнул Анахо.

— Я тоже, - подхватил Траз.

Янтарное солнце Тчаи появилось в созвездии Тартуз, что ознаменовало начало «Балул зак ага» — «Времени снов наяву», когда по всей равнине Локхара прекращались убийства, угоны в рабство, грабежи и насилия. Балул зак аг приходился на период проведения сезонной Большой ярмарки в Смаргаше; или, может быть, вначале была Ярмарка, а спустя многие сотни лет это событие породило особое священное время. Со всей равнины и прилегающих к ней земель сюда съехались ксары, журвеги, серафы, нисы и множество других народов для торговли, разрешения старых споров между родами, обмена новостями и просто общения. В воздухе зловонным облаком клубилась ненависть; ядовитые взгляды, произнесенные шепотом проклятия, шипящие возгласы неприкрытой ненависти вносили особые краски в пестроту и суетливый беспорядок базара. Только локхары (чернокожие и светловолосые мужчины и светлокожие и черноволосые женщины) демонстрировали горделивую бесстрастность.

На второй день Балул зак ага, бродя вдоль базарных лотков, Адам Рейш почувствовал, что за ним следят. Это не обрадовало его — на планете Тчаи подобное внимание приводило к неприятным последствиям.

Может быть, он ошибся? У Рейша было немало врагов, и масса людей находила его поведение и взгляды опасными. Но как его выследили в Смаргаше? Рейш продолжал идти вдоль многолюдных базарных рядов, останавливаясь возле ларьков, чтобы бросить быстрый взгляд через плечо. Однако его преследователь, если таковой вообще существовал, бесследно растворился в разноликой толпе. Здесь можно было встретить высоких, ростом в семь футов, нисов, облаченных в черное, которые двигались стремительно, как прожорливые птицы; ксаров, серафов, вечных странников дугбо, сгрудившихся вокруг костров, представителей людей-предметов, бесстрастно смотрящих сквозь прорези своих глиняных масок, журвегов в кафтанах кофейно-коричневого цвета и, наконец, хозяев Ярмарки, «черно-белых» локхаров — уроженцев Смаргаша. Неповторимый шум Ярмарки — звон железа, скрип выделанной кожи, пронзительные выкрики, звонкие голоса спорящих, визг, пиликанье и грохотанье странных музыкальных инструментов дугбо; запах — невообразимый букет из особых папоротниковых специй, ароматных масел, мускуса, пыли, острого духа маринованных орехов и дыма от жарящегося мяса, изысканных духов, которыми славились серафы. Цвета — яркая гамма черного, коричневого, оранжевого, алого, синего, янтарного оттенков. Покидая Ярмарку, Рейш пересек площадь танцев. Он на мгновение остановился и краем глаза успел заметить фигуру, притаившуюся за палаткой.

Погруженный в мрачные раздумья, Рейш возвратился в гостиницу. Траз и дирдирмен Анахо сидели в таверне и молча поглощали хлеб с мясом. Они игнорировали друг друга: изгнанники и скитальцы, каждый считал своего спутника странным и непостижимым существом. Анахо — длинный, тощий, с бледным вытянутым лицом, как и все дирдирмены, — был совершенно лысым и теперь старался как-то скрыть это, надев мягкую шляпу с кисточкой в стиле яо. Его поведение невозможно предсказать; Анахо был склонен к странным шуткам, припадкам болтливости и внезапным приступам раздражительности. Траз — угловатый, мрачно серьезный, стройный и мускулистый юноша — полная противоположность Анахо. Он считал дирдирмена тщеславным, страдавшим избытком хитрости и изнеженным, а тот в свою очередь называл Траза диким и неотесанным.

Рейш присел за их столик.

— По-моему, за мной следят, — объявил он.

Анахо беспокойно выпрямился.

— В таком случае надо готовиться к худшему... или спасаться бегством.

— Предпочитаю второе, — буркнул Рейш, наливая себе пива из кувшина.

— Ты до сих пор еще не оставил мысли полететь на свою мифическую планету? — спросил Анахо елейным тоном, словно разговаривал с несмышленым младенцем.

— Да, конечно, я хочу вернуться на Землю.

— Ты — жертва галлюцинаций или навязчивой идеи, — объявил Анахо. — Неужели так трудно избавиться от нее? Такие планы осуществимы только теоретически! Космические корабли — не щипцы для удаления бородавок, которые продаются в любой базарной лавке!