Чтение онлайн

Петьке стало веселей от улыбки друга.

— Идея! — стукнул он себя по лбу. — Летим на базар, я стану читать Маяковского, а ты будешь собирать деньги. Просить и воровать стыдно, а вот так, честно, заработать — это, Андрюшка, здорово! Ты же сам говорил, что у меня — талант.

— Эх, ты, артист-циркач. Стихами Маяковского зарабатывать на базаре? Спятил!

Петька вздохнул:

— Хоть бы не оскорблял.

Битый день слонялись они в привокзальном сквере; не раз проходили мимо раскрытых окон кухни ресторана. Аппетитные запахи летели оттуда. Петька и Андрей глотали слюну. Животы у них совсем подвело.

— Эх, безобразие, — Петька ткнул пальцем в сторону вокзальных часов. — Время хуже черепахи ползет. Я недавно в «Огоньке» читал, что наши ученые скоро изобретут ракету, которая обгонит время. А тут дурак какой-то вздумал так поздно в Новороссийск отправлять поезд.

В полночь ребята совсем выбились из сил. А до отхода поезда еще было далеко. Забрались они в зал транзитных пассажиров, примостились в дальнем углу на скамейке. Зал гудел голосами людей, слышался детский плач. Через минуту ребята уже ничего не слышали, Андрей, посвистывая носом, сладко спал, а Петька даже сон видел. Они с Андреем сидят в ресторане. На столах вазы с яблоками, виноградом и пирожными. И вот распахиваются двери — входит женщина с подносом, а на подносе — ну что только твоей душе угодно. И шашлыки дымят, и цыплята румяные, а в самой середине — фаршированный гусь красуется, янтарем отливает; в клюве, как султан, хвост зеленой петрушки торчит. Слюна у Петьки обильно выделяется. «Это для вас, мальчики», — ласково шепчет женщина. «Спасибо, тетенька, — потирает руки Петька и для солидности делает вид, что хочет отказаться. — Мы, правда, не особенно голодные…»

— Эй, хлопцы! — уже не во сне, а наяву, как сквозь туман, слышит Петька грозный женский голос.

Петька вскакивает, Андрей уже стоит, протирая глаза. Перед ними — высокая полная женщина в железнодорожной форме, в фуражке с красным околышем.

— Куда это вы и с кем едете?

— Мы? Да… Мы, тетенька, едем. Тут дядя наш. Он в ресторан пошел, — соврал отчаянно Петька. — Конечно, если, нельзя здесь быть, мы сейчас уйдем.

— Никуда вы не уйдете!

— Это почему? Почему? — запетушился Петька. — Я вот жалобную книгу попрошу.

Но это не произвело должного впечатления. Женщина подозвала милиционера, и тот без лишних объяснений велел ребятам следовать за ним.

Пассажиры провожали их пристальными подозрительными взглядами.

— Наверно, думают, что мы жулики, — шепнул Андрей.

— Не падай духом, — отозвался Петька. — Маяковский сказал: «Моя милиция меня бережет…»

— Ну, ну, смотрите вы у меня, без разговоров! — пригрозил милиционер.

Он привел ребят в небольшую комнату с письменным столом и единственным открытым окном, выходящим на перрон. Комната была пуста.

Милиционер кивком головы указал на ряд стульев у стены:

— Сидите и не двигайтесь!

Милиционер тоже сел за стол: записать фамилии и все, что следует в таких случаях, но вдруг, будто что-то вспомнив; поднялся и, сказав: «Я сейчас вернусь», вышел. Петька толкнул в бок Андрея, указывая на открытое окно:

— Бежим!?

В один миг он был на подоконнике, помог взобраться Андрею. И вот они уже бегут по асфальту перрона.

С чемоданами, сумками, мешками толпятся люди. Работая локтями, Андрей и Петька пробрались к пассажирскому поезду, шмыгнули под вагон и, вынырнув с противоположной стороны, устремились к хвосту состава. Раздались милицейские свистки, крики: «Лови!», «Держи!»

— Слышишь?

— Слышу. Ничего, — подбодрил Петька Андрея и радостно добавил: — Тоже мне милиция. Тюхи! Из-под носа ускользнули! Вот видишь, какие мы! А ты еще боялся.

— Посмотри, — сказал Андрей.

Петька вздрогнул, испуганно оглянулся:

— Где, кто?

— Да не туда, смотри на вагон! Наш поезд, — шепнул Андрей.

Прямоугольная табличка, прибитая к вагону, гласила: «Краснодар — Новороссийск».

— Ура! — чуть не закричал Петька.

В предрассветной рани тускло поблескивали рельсы, уткнулись в небо телеграфные столбы. Вдали — силуэты вагонов, а еще дальше — бесконечная вереница привокзальных построек. Шум на перроне поутих: люди разместились в вагонах. С минуты на минуту поезд тронется. Андрей и Петька забрались на лестницу между вагонами и, затаив дыхание, с нетерпением ждали отправления. Прозвучали два удара вокзального колокола. И вдруг Андрей подтолкнул Петьку.

— Смотри!

Рядом с вагоном как из-под земли вырос малыш. Было ему не больше двух лет. Испуганно озираясь, он тер кулачком глаза, плакал.

— Ма-а-а-ма!.. Ма-а-а…

Петька и Андрей переглянулись. Малыш полез под вагон.

— Куда ты? — в страхе закричал на него Петька.

Мальчик остановился, задрал голову.

— Нельзя. Тронется сейчас поезд, задавит, — пригрозил Петька пальцем.

Малыш не понимал, чего от него хотят. Раздался третий звонок. Петька соскочил с лестницы, оттащил малыша в сторону и уже на ходу вновь вскочил на подножку.

Поезд медленно отходил от вокзала. Малыш, горланя, бежал следом. Еще минута — и колеса подхватят его, подомнут под себя.

— Останови его! — закричал Андрей. — Останови. Прыгай!

— А ну его, — отмахнулся Петька, но, увидев, что Мальчик падает, спрыгнул. Андрей — за ним. Подхватили парнишку. Простучали колеса последнего вагона, мелькнул красный огонек фонаря, и Андрей, Петька и малыш оказались одни перед самым вокзалом, освещенные ярким электрическим светом.

— Навязался ты на нашу голову!

Малыш, обняв Петьку за шею, крепко прижался к нему.

— Звать-то хоть тебя как?

— Ты не кричи на него, — посоветовал Андрей.

— Что будем с ним делать? — Петька поставил малыша на ноги.

Тот заревел басом.

— Ну-ну! Не реви.

— Придется его в милицию отнести.

Петька выпрямился:

— Куда? В милицию? Честное слово, у тебя не все шарики на месте… Бросим и бежим. Давай, пока не поздно. — И рванулся в сторону.

Андрей, поколебавшись, последовал за другом.

— А-а-а!.. — резанул ухо детский крик. Ребята обернулись. Расставив ручонки, малыш бежал за ними, горланя что есть силы.

— Надо же! — простонал с плачем Петька и остановился. — С неба, что ли, он бухнулся?

Андрей поднял мальчика на руки. Но тот настойчиво потянулся к Петьке.

Петька с досадой взял ребенка.

— Здравствуйте! Приехали, моря, океаны. Никогда не думал, что вместо моря в няньки угожу. Чего он ко мне руки тянет?

— Любит, значит, — ответил Андрей.

Идти в милицию было страшно. Бросить малыша одного тоже не решались. Он притих, крепко обхватив Петькину шею. Но ничего другого не оставалось делать, как отправиться в милицию, о которой Петька только полчаса тому назад был столь невысокого мнения, и сдать найденыша.

Комната, из которой они бежали, уже не пустовала. За столом стоял высокий мужчина в форме. В кресле впереди стола, опершись локтями о колени и закрывая лицо руками, всхлипывала какая-то женщина. На вошедших Андрея и Петьку она даже не взглянула.