Те, кто выжил
Шрифт:
Ночь горного марша преследования банды Тайпана прошла тяжело, но без эксцессов, передовые дозоры разведчиков без проблем отслеживали боевиков. Да и противник не применял каких-либо дополнительных мер охранения. Люди вымотались, требовался отдых. В это время Тайпан принял решение остановить колонну, объявив привал на поляне недалеко от родника. Шах, получивший сообщение разведки о привале боевиков, отдал и своим бойцам команду на отдых. Бойцы спецназа тут же попадали под кусты, доставая из ранцев пищу.
Шах отошел к ельнику, достал радиостанцию, вызвал Горшкова:
— Высота! Я — Первый! Ответь!
Николай умывался, когда услышал сигнал вызова. Вытер полотенцем лицо, поднял станцию, ответил:
— Высота на связи.
— Доложи обстановку.
— Обстановка нормальная. Посты в балке обнаружены. Их два. Передовой, на входе от рощи, и тыловой, у плато. Первый отработали, пленив старшего передовой группы прикрытия. Он подтвердил, что оставлен здесь для обеспечения безопасного отхода Теймураза. Между ним и Тайпаном установлена связь, но пока ни единого сеанса не было.
— Добро. Второй пост, как понял, ты не трогал.
— Нет. Сегодня ночью займусь им.
— Хорошо. Учти, Высота, может, я и повторюсь, Теймураз не должен пройти через балку.
Горшков заверил командира отряда:
— Не волнуйся, не пройдет! Если…
Шах тут же спросил:
— Что «если»?
— Если объявится в балке.
— Должен объявиться.
— Тогда все будет пучком. Как у вас?
— Без проблем. Отдыхаем. Еще вопросы есть?
— У меня нет.
— До связи, Высота!
— До связи!
Шах переключил станцию и увидел, как ему отчаянно машет руками штатный связист отряда сержант Мурат Мухатов, рядом с которым, связанные, находились и проводник, и Быцо. Расанов быстро подошел к подчиненному:
— Что случилось?
— Муслима вызывают по связи!
— Вот как?
Расанов повернулся к пленнику:
— Теймураз?
Чеченец кивнул:
— Да!
— Тогда вот что…
Полковник быстро проинструктировал проводника, как следует вести разговор, приставил к его щеке рацию, переключил тумблер, прошептав:
— Говори…
Пленник ответил:
— На связи, господин!
— Что у Ворот, Муслим?
— Отряд Тайпана прошел, насчет Быцо с Али — тишина. Мне кажется, денщик кинул всех нас. По времени он еще вчера должен был выйти на плоскогорье. Но его нет! Чую, сбежал он. Кончил Али и сбежал, тем более случай подходящий подвернулся.
— А если они с Али попали к спецназу?
— Тогда, господин, федералы уже кружили бы здесь. Но их нет.
Теймураз задумчиво проговорил:
— Значит, сбежал, говоришь? Возможно. Иногда и шакал способен напасть на волка. Ладно! На плоскогорье, у высот, тихо?
— Тихо и чисто. В «зеленке» тоже никого нет, птицы летают спокойно, никто их не тревожит.
— Ясно.
— Мне-то что делать? Продолжать торчать среди камней?
— Нет! Возвращайся на базу!
Муслим неожиданно для главаря попросил:
— Господин! У меня лошадь, а в райцентре родственники. Позволь метнуться к ним. Хоть весточку семье сбросят, что жив-здоров. Я быстро. Туда по плоскогорью, а на базу по резервному маршруту. На все не более суток. Разреши, хозяин, очень тебя прошу.
Теймураз, потерявший интерес и к Али с Быцо, и к своему телохранителю-проводнику, думающий сейчас лишь о личной безопасности, разрешил:
— Ладно. Метнись. Но смотри, попадешь в руки федералов, твои родственники умрут!
— Я не попадусь.
— Надеюсь.
И вновь задумчиво переспросил:
— Значит, на плоскогорье все спокойно?
— Абсолютно, господин.
— Ты вот что! Тебе все одно идти к райцентру через равнину. Осматривайся по ходу. И если что, сразу тревожный сигнал мне!
— Конечно, господин! И сигнал подам, и живым неверным не дамся!
— Ладно! Иди. Да поможет тебе Аллах!
— Да поможет он вам, хозяин!
Связь отключилась.
Муслим взглянул на Шаха, спросил:
— Все правильно?
Шах кивнул:
— Да, все здорово!
И отошел от пленника. Теперь Теймураз должен выйти на плоскогорье. И главное, он знает, что в ущелье его никто не будет встречать. Теперь у Костолома вся надежда на группу прикрытия в балке, которую уже частично зачистил Горшков. Но пару боевиков Теймуразу показать надо. Хотя… от балки, с плоскогорья, головорезу не уйти по-любому!
День прошел незаметно. К 20.00 банда Тайпана вышла к брошенному аулу, бывшему пристанищу горящего в аду наемника Хабиба. Отряд Шаха окружил базу моджахедов. Николай с Ветровым на своем участке до конца обработали подготовительную задачу — ликвидировав тыловой пост прикрытия, доставив к Шамсету его подельника Ваху. Напарник старшего поста так и остался лежать под кустом в конце оврага с простреленной из «винтореза» Коляна головой! И в горах, и на плоскогорье все было готово к проведению основной акции. Оставалось дождаться ухода из аула Теймураза и выхода его к роще.
По планам Шаха это должно произойти к утру, часам к семи утра понедельника.
И Теймураз подтвердил верность расчетов Расанова. В 22.10 он с вооруженным до зубов телохранителем, на двух лошадях, после недолгого прощания с Тайпаном, начал спуск к ущелью. За ним, для страховки, двинулся человек подразделения разведки капитана Чакаева на лошади, конфискованной у Муслима. Николай получил подтверждение начала финальной стадии операции по головорезу Теймуразу-Костолому! Наступила ночь перед боем. Как всегда долгая, тягучая, тревожная.
В 5.30 понедельника Шах поднял свой отряд. Через полчаса подразделение «Удар» разделилось на три группы, отозвав с постов дежурные смены передовых дозоров. Расанов решил применить против Тайпана ту же тактику, что применили пять лет назад против банды Хабиба. Правда, у араба и сил было меньше, и Шах мог тогда рассчитывать только на взвод павшего позднее капитана-спецназовца Валеры Егорова. Не забыл Шах и про пост, который выставлял Хабиб на утесе. Внимательно осмотрев скалу, Расанов убедился, что Тайпан к особым мерам предосторожности не прибегает. Размещение банды в селе было известно командиру отряда «Удар», а посему он повел подчиненных к аулу с трех направлений. С левого фланга к селению вышла разведгруппа, с правого — подразделение десантников, в кустах за речкой заняла позиции растянутая в цепь вторая штурмовая группа. Сам Шах со связистом расположился на небольшой возвышенности, откуда мог корректировать ход боя.