Чтение онлайн

«Черт возьми, что я наделала! Разозлила оборотня… Мне точно конец!..»

Глава 22. Полный капут

Утро началось со слез и паники. Потому что если ночью я не поняла, что произошло, и поэтому спокойно легла спать, то стоило проснуться и меня осенило. По лесу шастают убийцы! Причём убийцы оборотней, а Сильвестр убежал один в лес, ещё и выл. Это точно должно было привлечь их внимание.

Понимание, что Сильвестр уже возможно мёртв, привело меня в ещё больший ужас, чем когда я узнала про оборотней. Меня затрясло, а по щекам побежали слёзы. И именно в этот момент я поняла, насколько сильно стал мне дорог этот мужчина и насколько глубоко он пустил корни в моем сердце. Я не знала о нем ничего, только то, что он владелец этого посёлка, оборотень и что я его пара, но тем не менее, я влюбилась в него. Простым желанием и влечением это не назвать. И осознание, что я возможно потеряла Сильвестра, толком-то и обрести его не успев, едва не убивало.

Решительно утерев слёзы, я уже было собиралась выбежать из дома в поисках мужчины, когда входные двери вдруг распахнулись. В дом вошла Памела, увидела мое заплаканное лицо и удивлённо застыла.

— Что, вчера ничего не получилось, пупсик? — осторожно спросила она.

— Получилось! — шмыгнула я носом.

— Тогда почему ревешь? — недоумевала девушка.

— Потому что я не дала Сильвестру, а он обратился и убежал в лес! А там ведь убийцы!.. — из глаз снова брызнули слёзы.

— Не дала? — ошарашенно подняла Памела брови ещё выше. А потом задумчиво пробормотала: — То-то он такой злой…

Улыбнувшись, девушка подошла поближе и произнесла:

— Успокойся, пупсик! Жив-здоров твой Сильвестр, я его минут десять назад видела.

— Правда? — на душе так полегчало, что я едва удержалась на ногах.

Подхватив меня под локоток, Памела потащила меня на кухню, приговаривая:

— Правда, правда… Уж кого-кого, а Сильвестра грохнуть не легко, уж поверь!.. Давай, доставай муку, яйца, или что там, и колдуй! И полезным делом займешься, и успокоишься.

Совет девушки подействовал: уже через полчаса я полностью пришла в себя, занимаясь любимым делом — кондитерством.

— Так что вчера вечером было, пупсик? — спросила Памела, катая от скуки по столу сырое яйцо.

Воспоминания так смутили, что запылали огнём не только щеки, но и шея. А внутри всё сладко сжалось…

— Так что-то всё-таки было! — радостно воскликнула девушка, увидев мою реакцию. — Давай выкладывай! Без моей помощи ничего бы не было, поэтому я имею право знать!

— Ну, я ему отомстила…

— За то, что запер? — удивилась она, перебив.

— Да нет! Он хочет, чтобы его умоляла!.. — я закатила глаза и Памела понимающе улыбнулась. — Вчера утром он меня возбудил и нагло ушёл! Вот я и… возбудила его, сама получила удовольствие, а его обломала. Сбежала и спряталась в спальне.

— Молодец, пупсик! — захохотала девушка. — Так его!

А мне подумалось, что это, наверное, странно — обсуждать моего мужчину с его бывшей любовницей.

«Стоп… «Моего» мужчину? Я считаю его своим мужчиной? Вот так поворот…»

Памеле, видимо, не было, чем заняться, и она сидела у меня, болтая о моде и мужчинах. Когда последнее ей надоело, принялась выспрашивать меня про кондитерство. А потом даже обед приготовить вызвалась. Я не стала ей препятствовать, тем более, она крутилась со мной на кухне так ловко, что вообще не мешала.

Памела поджарила на большой сковороде жаркое из завернутого в капусту картофеля и мяса, добавила зелёного горошка, яиц, морковь, брюссельской капусты и другие овощи, и приправила солью и перцем так, чтобы блюдо в итоге получилось достаточно острым. Когда она снимала сковородку с плиты и у меня вовсю текли слюнки, хлопнула входная дверь и из гостиной послышался мужской голос:

— Мама дорогая, как пахнет!

На кухню вошли Элмер и Сильвестр. И если первый с улыбкой принюхивался, то второй серьёзно и даже мрачно прожигал меня взглядом. Я потупила глаза и отвернулась к раковине, снимая перчатки и моя руки. Внутри клокотали испуг, ведь я его очень разозлила, и радость, ведь он жив.

— Хорошо, что вы пришли! Порция получилась большая. Составите нам компанию? — Памела уже по-хозяйски доставала тарелки и вилки.

— Спрашиваешь! — фыркнул Элмер. — Конечно, составим!

Через несколько минут небольшой столик в гостиной был накрыт на четырёх.

Пока ели невероятно вкусное жаркое, в гостиной воцарилась напряженная атмосфера. Из-за Сильвестра. Памела и Элмер иногда весело о чем-то переговаривались, их же Альфа молча ел и то и дело мрачно смотрел на меня. А я предпочитала уткнуться в тарелку. И когда мужчину вдруг заговорил, чуть не подавилась.

— Du hast gerne doch unter mir gest"ohnt…

«Тебе ведь понравилось стонать подо мной…»

Я не знала куда себя деть. Ведь с одной стороны я «не знала» немецкого, а с другой — было стыдно перед Памелой и Элмером. А вдруг они знают немецкий?..

Но стоило взглянуть на их недоуменные лица и мне полегчало — они ни слова не поняли. Но облегчение быстро сменил гнев.

«Что он творит?! Одно дело говорить мне непристойности, когда мы одни, и другое — при других! Я же со стыда сгорю, пусть они ничего и не понимают!..»

— Es hat auch mir sehr dir fingern gefallen…

«Мне тоже очень понравилось доставлять тебе удовольствие пальцами…»

— Кофе, чай? — подскочила я из кресла. Все доели жаркое, а мне как раз нужно было сбежать отсюда хотя бы на пару минут. — Пирожные?

Выслушав, что Элмер желает кофе, а Памела — чёрного чая, и они оба не отказались бы от пирожных, я не стала дожидаться, что попросит Сильвестр, и ушла на кухню. Хотя, он, наверное, и не собирался ничего пить.

«Идиот! Извращенец!» — костерила мужчину мысленно, пока делала кофе и чай.

Злость во мне просто бурлила. Вот зачем, зачем он это делает, если уверен, что никто кроме него не знает немецкий? Извращенец, как есть.

Отнеся в гостиную поднос с двумя чашками и тарелкой пирожных, я, борясь с желанием куда-то сбежать, всё-таки присела обратно в кресло. Делая вид, что мне очень интересна беседа Памелы и Элмера, демонстративно не смотрела на Сильвестра, что меня взглядом просто прожигал.

— Sag mir, ist dein H"oschen schon nass?..

«Скажи, твои трусики уже намокли?..»

Это стало последней каплей.

— Halt die Klappe, Silvester! — не выдержала я и гневно ответила без малейшего акцента. — Genug! Sag keine Anst"ossigkeiten!

«Заткнись, Сильвестр! Хватит говорить непристойности!»

В гостиной повисла тишина. Элмер и Памела выглядели очень обескураженными и недоуменно таращились на меня, а вот Сильвестр… В его темных глазах полыхало такое пламя из злости и ярости, что мне казалось, его хватит испепелить меня.

— Вот как, значит, мы запели… — медленно поднялся он из кресла, не сводя с меня взгляда.