Чтение онлайн

— Сюда, прошу вас.

Кулагин распахнул передо мной дверь в холл, тоже ярко освещенный, доложил кому-то в столовой о нашем прибытии и помог мне снять дубленку.

— Опять она здесь! Что ей от нас нужно? Ну что, добилась своего?!

Растрепанная Валентина выскочила из комнаты и набросилась на меня с кулаками. Кулагин принял огонь на себя.

— Успокойтесь, Трушкина. Рязанову вызвали мы. Побудьте у себя — мы скоро вас позовем.

— Как давно вы знакомы с Варварой Аркадьевной Кириллиной? — спросил капитан Апухтин, усадив меня в кресло возле журнального столика.

Я смотрела на него и думала о том, что он скорее похож на киноактера, чем на капитана милиции. Из-за этого происходящее вокруг казалось мне нереальным.

— Придется вам кое-что объяснить. — Апухтин протянул мне листок бумаги, на котором моей рукой был написан номер моего телефона, а ниже, химическим карандашом, нацарапан мой адрес. — Дело в том, что Кириллина скончалась, так и не придя в сознание. В кармане ее пальто мы нашли ваши координаты. Извините, что пришлось вас побеспокоить.

— Понятно. — Я рассеянно кивнула. На самом деле я ничего не понимала.

— Прошу вас, не тяните время.

Он произнес это деликатным извиняющимся тоном.

— Мы не поддерживали с Кириллиной никаких отношений десять с лишним лет. В прошлую субботу случайно встретились на концерте в консерватории.

— Вы виделись с ней после этой встречи?

— Дважды. В воскресенье и… вчера. Сегодня она позвонила мне из автомата и попросила мой адрес.

— Она собиралась к вам приехать?

Я кивнула.

— Вы не помните, в котором часу это было?

— В десять минут восьмого.

Я прочитала на лице Апухтина удивление и пояснила:

— Дело в том, что я рассчитала, как долго ей до меня добираться, и поставила чайник.

— Понятно. Она собралась к вам неожиданно?

— Думаю, она вышла погулять с собакой. Она сказала, что отведет ее, то есть Рыцаря, домой и приедет ко мне.

— Кириллина сказала, почему хочет увидеться с вами?

— Да.

Это проклятое слово сорвалось с языка до того, как я успела взвесить все «за» и «против» своей полной откровенности. Осталось только рассказать про то письмо, которым угрожала Кириллиным Валентина.

— И что она вам сказала?

Я затянулась предложенной Апухтиным сигаретой. У меня поплыло перед глазами.

— Ей было очень одиноко. Последнее время у них дома сплошные скандалы. Она сказала, что хочет переночевать у меня, вспомнить прошлое. Я даже постелила ей постель.

По выражению лица Апухтина я поняла, что он разочарован моим ответом. Но ему ничего не оставалось, как кивнуть головой.

— Вы были в хороших отношениях с Кириллиной?

— Она давала мне в детстве уроки музыки. Бесплатно.

— Но вы не виделись с ней больше десяти лет. Чем это объясняется?

Почва колебалась подо мной все ощутимее. Однако на вопросы милиции надо отвечать, и я постаралась ответить так, как это делают в зарубежных детективах цивилизованные свидетели.

— Мы поссорились с ее сыном, — самым невозмутимым тоном сказала я.

Зазвонил телефон. Аппарат стоял рядом с Апухтиным, но он не сразу снял трубку. Прикрыл ее на несколько секунд ладонью и только потом протянул мне.

— Але, — с трудом выдавила я из себя.

Если бы на другом конце провода и ответили, я вряд ли смогла бы что-то понять. Я слышала, как провалилась монета, устраняя преграду на пути звука. Затем наступила пауза на фоне чьих-то отдаленных голосов.

— Я вас слушаю, — сказала я почти спокойно.

Трубку, похоже, прижимали к подбородку. Я услышала прерывистое дыхание, сдавленный всхлип, женский смех где-то рядом. И тут же гудки отбоя.

— Если я вас правильно понял, вы когда-то были дружны с Кириллиным, — сказал Апухтин, беря у меня трубку. — Вы не могли бы охарактеризовать его вкратце? Понимаю, вам сейчас нелегко…

«Ничего ты не понимаешь. Со стороны это невозможно понять. А мне, если хочешь знать, никак».

— Он был очень отзывчивым и чутким. Он был… замечательным сыном.

— Был? — Апухтин в изумлении поднял брови.

— Я сказала так по привычке. Все эти десять с лишним лет я думала о нем в прошедшем времени.

— Ясно. Как вы считаете, Кириллин изменился за эти десять с лишним лет?

— Но почему я должна отвечать на ваши вопросы? — слабо воспротивилась я. — Разве Кириллину убили?

— Нам пока ничего не известно. Ее нашли на лестничной площадке четвертого этажа возле лифта. С раной черепа в затылочной части. Она была еще жива.

— Кто нашел? — невольно сорвалось с языка.

— Вы еще любопытней меня. — Апухтин улыбнулся одними глазами. — Девочка шла из булочной, увидела ее. Соседи вызвали «скорую». Их девочка. Внучка пострадавшей.

Я представила ужас маленькой Верочки. Помню, в ее возрасте я наткнулась в камышах на утопленника. Мать после этого месяца два поила меня какой-то горькой травой — я кричала по ночам.

— Девочка очень испугалась?

Апухтин, как мне показалось, окинул меня заинтересованным взглядом.

— Девочке дали успокоительные капли. Все обойдется. Итак, я ответил на целых два ваших вопроса. Любезностью за любезность, как говорится. Кириллин с тех пор изменился?

— Да, — не смогла слукавить я. — Он… стал выпивать. Раньше он был… совсем другим.

— Его жена показала, будто последнее время у Кириллина обострились взаимоотношения с матерью. Будто бы он силой вымогал у нее деньги.

Я вспомнила омерзительную сцену в воскресенье и поморщилась. И все равно силой он вымогать не станет.

— Кириллина была не из тех, от кого можно добиться чего-то силой. Просто она очень любила своего сына и потворствовала его слабости. Но вы лучше спросите об этом у… самого Кириллина.

— Мы с удовольствием это сделаем, как только представится возможность. К сожалению, ее пока у нас нет.

Апухтин развел руками.

— Вы сказали, что Кириллину нашли с травмой черепа в затылочной части. А… оружие, которым было совершено убийство, обнаружили?