Чтение онлайн

— Куда мы поедем? — я вздохнула, мои глаза закрылись, когда его рот медленно переместился к моему.

— На лодку, — отвечает он, и тут же мои глаза снова открываются, готовые к отказу. Пользуясь случаем, он погружает свой язык в мой рот, захватывая мои губы между своими в диком поцелуе.

Этот ублюдок использует свой рот так, словно это красная кнопка ядерной бомбы. И каждый раз, когда он прижимает его к моему, внутри меня срабатывает взрывчатка.

Его рука скользит по моим кудрям, крепко сжимая их, пока он углубляет поцелуй, крадя мою душу каждым движением своего языка.

Я понимаю, почему он никому не позволял целовать его. Они бы стали зависимы, и он никогда не смог бы освободиться от их лап.

Его зубы смыкаются на моей нижней губе, втягивая чувствительную плоть в рот и посасывая. Я стону, когда он отпускает мою губу, но он возвращается, чтобы сделать еще больше, загибая свой язык в мой рот и посылая электричество в горло.

К тому времени, как он отстраняется, мне не хватает кислорода, и я оцепенела, когда он возобновил поцелуи в уголок моего рта и двинулся вниз по моей шее.

— Думаю, сегодня мы должны пропустить лодку и остаться в постели, — задыхаясь, говорю я, скользя руками по его свежевыбритой голове. Он снова оброс короткими шипами, и это невероятное ощущение от моих ладоней.

Он поднимает голову и смотрит на меня с такой силой, что мое сердце спотыкается, пытаясь вырваться из клетки.

— Значит, мы поедем завтра, — говорит он.

— О, черт, — говорю я. — У меня завтра дела. В другой раз?

— Bella — Красавица, я больше никогда не буду подвергать нас опасности. С тобой ничего не случится.

Я кривлю губы. Я не ходила на лодку с момента крушения, решив не торопиться. Есть страх, что карма еще не покончила со мной, но еще большая часть меня не позволяет мне больше бежать.

Я обнаружила, что встреча со своими страхами гораздо более бодрящая.

— Хорошо. Но есть одна вещь, которую я хочу сделать сегодня первой. А потом ты можешь бросить меня акулам, где я погибну от сердечного приступа, хорошо?

Он качает головой на мой драматизм, но отступает.

— Иди. Я буду ждать тебя в порту в полдень

— Ну, будь я проклят! А я-то думал, что я самый неуловимый.

Голос вызывает мгновенную улыбку на моем лице, и я не успеваю опомниться, как уже бегу к автобусной остановке. Мои неоново-розовые шлепанцы цокают по тротуару, когда я спешу за Саймоном.

Я проверяла автобусную остановку несколько недель, но так и не увидела его. Мне нужно было сначала дождаться разрешения ситуации с полицией, а потом дать себе время на выздоровление. Я не хотела, чтобы Саймон видел меня в синяках и с переломами — я хотела, чтобы он увидел меня лучше, чем до того, как я потерпела кораблекрушение на этом острове.

Прежде чем он успел вымолвить хоть слово, я уже сидела на скамейке, обхватив его шею руками, положив голову ему на плечо и вдыхая его соленый океанский запах с нотками Old Spice.

Он хихикает, все его тело вибрирует, когда он поглаживает мои руки.

— Я тоже скучал по тебе, юная леди.

— Прости, — говорю я, отстраняясь. — Я просто не думала, что увижу тебя снова.

— Ну, этот город не такой уж большой. Так много мест, куда я могу пойти, кроме как вниз.

Я закатываю глаза, ухмыляясь ему.

— Ты не попадешь в ад, Саймон.

Он фыркает.

— Моя бывшая жена сказала бы тебе другое. — Он откидывается назад, задирая нос, чтобы осмотреть меня, как будто смотрит на меня через увеличительное стекло. — Что с тобой случилось?

Я почесываю голову, размышляя, как много мне следует рассказать.

— Я ненадолго заблудилась. Но сейчас я дома, — решаю я.

— Ага, — говорит он медленно, его глаза опускаются на скобу на моем запястье. Оно уже почти зажило, но все еще немного слабое. Я иду на поправку, физически и ментально.

Большую часть ночи мы с Энцо боремся за то, кто первым разбудит демона мозга, но нам есть к кому обратиться, и хотя ни один из нас полностью не исцелен, мы не одиноки.

— Похоже, ты готова к следующей татуировке.

Я широко улыбаюсь, показывая ему все свои зубы.

— Еще как готова.

Он усмехается и достает пластиковый пакет с чернилами и нераспечатанными иглами.

— Что ты будешь делать сегодня, в это прекрасное утро вторника?

Я не знала, какой сегодня день, и это немного похоже на дежавю. Три с половиной месяца назад я встретила Саймона на этой автобусной остановке во вторник и сделала свою первую татуировку. Я прошла полный круг, только сейчас это совсем другой человек.

Я была грустной, разбитой и едва выживала.

А сейчас я все еще немного сломлена, но мне уже не так обидно быть живой. И хотя напоминания о том, что со мной произошло, всегда будут жить в моем мозгу, по крайней мере, теперь я смогу смотреть вперед, а не оглядываться назад.

— Я хочу кактус, — говорю я наконец.

Он делает паузу и смотрит на меня, подняв брови.

— Кактус, — повторяет он. — Почему кактус?

Я пожимаю плечами.

— Они сильные и выносливые, выживают в экстремальных условиях.

Мой друг выпячивает нижнюю губу, обдумывая это.

— О, и они не причиняют вреда ни одной мухе, если только ты их не трахнешь.

Это вызывает у Саймона еще один заливистый смех.

— Кактус, — повторяет он с усмешкой, качая головой почти в удивлении.

— Вот кто я теперь — кактус.

— Тогда я так и сделаю, — говорит он. — Где ты хочешь?

Я расстегиваю корсет, протягиваю руку и указываю на запястье.

— Вот здесь, пожалуйста.

Улыбаясь, Саймон берет мое запястье и кладет его на свое бедро. Развернув иглу и обмакнув кончик в банку с чернилами осьминога, он приступает к работе, а я в комфортной тишине наблюдаю, как медленно формируется непонятное растение.

Это чертовски больно, но боль всегда приходит раньше красоты. Как еще мы начнём ценить ее?

— Готово, — объявляет он через двадцать минут, выпрямляясь, чтобы я могла осмотреть свое запястье.

— Это так чертовски мило, Саймон, — заявляю я, улыбаясь неправильной форме кактуса на моем запястье. — Если бы ты только мог сделать это с помощью иглы кактуса.

Он захихикал.

— Не думаю, что здесь есть кактусы. Но если ты найдешь один, то в следующий раз я сделаю именно так.