Тебя любить нельзя
Шрифт:
— И все же, я думаю, девочка отойдет.
— Посмотрим, — грустно усмехнулся Тим, хотя теперь у него не было четкой уверенности ни в чем.
Злата быстро захлопнула за собой двери и сползла по стене. Хотелось не просто плакать — скорее скулить, как побитому зверю. Неужели это какая-то глупая шутка?! За что он так с ней?!
«Пусть это будет только плохой сон. Пусть это будет только плохой сон. Пусть это будет только плохой сон» — как мантру повторяла про себя девушка, уже даже не стараясь удержать слезы.
В голове крутились сотни мыслей одна гаже другой. Что все это было на спор, что теперь о ее чувствах знаем вся школа и прочее. Кажется, в каком-то фильме она даже видела, что учительнице устраивали подставу, обнаружив ее в постели со студентом.
Настроение падало все ниже. Объективно она не могла поверить даже в одну из этих бредовых идей, но эмоции заставляли думать о Тиме только негативно. Уже его взгляд казался лукавым, а действия — продуманными. Злата готова была поверить даже в то, что брата Тимур тоже специально поселил под их квартирой, чтобы был лишний повод встретиться.
Звонок ворвался в ее сознание, и Злата по привычке поднялась, потянувшись к замку. Резко отдернув руку, она прикоснулась лбом к двери и громко сказала:
— Уходи! Видеть тебя не хочу.
Шум за дверями на секунду смолк, а затем послышался удивленный и немного настороженный голос Юли:
— Злата, все в порядке?
Поспешно вытерев слезы с лица, девушка открыла двери и впустила невесту брата в квартиру. Бросив короткое «Привет», она быстро ушла в свою комнату. Спустя несколько минут, раздался нерешительный стук в двери, и, не дожидаясь ответа, в комнату прошмыгнула Юля.
Злата лежала на кровати, лицом к стене и смотрела в одну точку. То, что она чувствовала сейчас, было в сотни раз хуже, чем мучения пару дней назад. Надо же — и снова из-за Тима.
— Что произошло? — аккуратно присаживаясь рядом, спросила Юля.
— Все хорошо.
— Лапшу на уши будешь вешать Семе, а мне говори как есть.
— Все хорошо, — лаконично повторила Злата.
— Слушай, мы же знаешь, что я нема, как могила. Просто расскажи мне, что случилось. Тебе же легче станет.
— Нет, не станет, — покачала головой Злата и постаралась снова отвернуться к стене. Юля вышла из комнаты и вернулась со стаканом воды. Затем решительно развернула девушку к себе и усадила на кровати.
— Пей, — протянула она стакан с водой.
— Что это?
— Какая разница? Пей, говорю.
От жидкости неприятно пахло лекарствами, но Злата не стала противиться — ей надо успокоиться. Так никаких нервов не напасешься. Да и параноидальные мысли в голове слишком уж разбушевались. Пора было их усмирить.
— Ну, и что сделал этот кретин?
— Кто? — не сразу поняла Злата. На ее слова Юля только закатила глаза и тяжело вздохнула.
— Так, не заставляй меня называть его имя. Сама же знаешь, о ком я говорю.
— Это так очевидно? — смутилась Злата.
— А ты как думала? У меня вообще-то глаза есть. Ладно, закрыли тему. Говори, что случилось. А то ты вся не своя.
Успокоительное постепенно начинала действовать и Злата подумала, что поделится с Юлей — не такая уж и плохая идея. Наступало состояние пофигизма.
— Еще, — протянула она руку с пустым стаканом Юле и та быстро ушла на кухню за второй порцией. Тем временем девушка переоделась и села на пол возле кровати — ей всегда нравилось так сидеть.
Вместе с водой Юля принесла поднос с горячим чаем и кусочками торта.
— Будем повышать уровень эндорфинов, — улыбнулась она.
Усевшись поудобнее, Юля приготовилась слушать подругу. Злата не спешила — все же сложно открывать душу постороннему человеку.
— Все, что я скажу, должно остаться между нами.
— Само собой, — кивнула девушка.
Рассказ Златы был сбивчивым и нелогичным, как ей казалось. Она говорила обо всем подряд — о Тиме, Денте и своих сомнениях. О том, как пыталась найти кого-то, кто отвлек бы ее от мыслей об ученике и прочих немаловажных деталях. Не утаила и происшествие на дискотеке. Говорила обо всем так, как видела это сама — без уже известных фактов.
Ей хотелось, чтобы слова звучали сухо, как констатация фактов, но на деле все вышло совершенно иначе. То и дело приходилось вытирать слезы и прерывать рассказ. С каждой минутой, с каждой вылетевшей фразой, становилось легче.
В течение всего времени Юлин взгляд оставался участливым и в меру заинтересованным. Ни разу Злата не заметила в нем осуждения или брезгливости из-за ее чувств к младшему парню.
Чай давно остыл, когда подруга вдруг воскликнула:
— То есть Тим оказался Дентом?
Злата кивнула, не поднимая на нее глаз.
— И он обо всем знает? — еще один кивок. — И что же он сказал о ситуации в целом?
— Не знаю, — пожала плечами Злата. — Я не захотела его слушать. Да и сейчас не хочу. Он предал меня.
— Как?
— Соврал.
— Возможно, у него были свои причины?
— Какие на это могут быть причины?! Он же знал, как я доверяла ему, ну, то есть Денту.
— Ну, степень твоего доверия к этому парню — только твое решение, уж прости, — поднимая руки, заметила Юля.
— Но он этим воспользовался!
— А ты бы на его месте не воспользовалась? Ты не допускала, что нравишься этому парню?! И только поэтому он ведет себя так?
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, возможно, он не знал, что Харли Квинн — это ты.
— Но в результате же узнал.
— Может, Тим просто хотел пошутить, а тут все так закрутилось…
— Почему же тогда не прекратил, когда была возможность?
Юля раздраженно пожала плечами.
— Хорошо! Ты ему нравилась, но он не знал, как подступится. А когда ты начала общаться с Дентом он просто решил тебя лучше узнать?
— Бред.
— Вся ситуация — бред. Ладно, спать ложись. А то Семка приедет — убьет меня. Да и вообще — тебе нервы надо успокоить после этого вечера, — заметила Юля, собирая все на поднос. Когда она уже выходила из комнаты будущей родственницы, девушка окрикнула ее.