Чтение онлайн

Успех Оркестра имени Осипова в Германии поразил даже видавших виды музыкальных критиков и специалистов. Газеты писали: «Выразительная русская песня безгранична в пространстве и времени, как и удивительная широта породившей ее русской души». И еще: «Со сцены неслись русские народные песни без дешевой сентиментальности и надрыва. На фоне захлестнувшей нас псевдорусской цыганщины старинные песни русского народа оставляют серьезное и солидное впечатление».

Десять лет спустя я снова побывала в Германии. Пресса то и дело пичкала читателей очередными сенсациями.

В Бонне разразился скандал в связи с подслушиванием телефонных разговоров разведывательными органами. Телефонная слежка, как отмечали газеты, велась главным образом за прогрессивными деятелями, участниками антивоенного движения. Были публикации и иного рода: дальновидные представители деловых кругов Западной Германии открыто высказывались за создание и укрепление экономических и культурных связей между ФРГ и Россией, находя в них огромные резервы для развития межгосударственных отношений. Такие высказывания укрепляли веру в возможность сотрудничества в духе добрососедства и взаимопонимания, что и произошло с приходом на пост главы государства Гельмута Коля. На торжествах по случаю вывода из Германии Западной группы войск канцлер сказал, что партнерство с Россией сулит огромные выгоды обеим странам. «Надеюсь, что и ваш вклад в сотрудничество двух государств в сфере культуры поможет расширить границы партнерства», — сказал он мне на прощание.

Оправдаются ли надежды Коля? Вполне возможно. Поживем — увидим.

В составе делегации деятелей культуры и искусства по приглашению Союза обществ дружбы с зарубежными странами и по инициативе премьер-министра Норвегии Гру Харлем Брундтланд в 1983 году я посетила норвежскую землю, давшую миру Грига и Ибсена, Нансена и Амундсена, помогавшую русским военнопленным залечивать раны от зверств гитлеровских палачей в дни Великой Отечественной войны.

Меня приятно удивило обилие памятников и памятных мест, напоминающих о совместной борьбе народов наших стран с фашизмом. В Осло, на Западном кладбище, на сером обелиске с фигурой русского воина высечена трогательная надпись: «Норге таккер дэрэ!» — «Норвегия благодарит вас!»

— Оккупация обошлась норвежскому народу в 15 миллиардов крон, тысячи патриотов погибли в застенках гестапо, — заметил сопровождавший нас представитель прессы, когда наша делегация оказалась на лесистой вершине одного из холмов Холменколлена, пригорода норвежской столицы. — И, разумеется, военные приготовления, которые берут начало в штабе вооруженных сил НАТО, здесь совершенно неуместны…

Осло запомнился ратушей, которая была торжественно открыта в 1950 году, когда отмечался юбилей — 900-летие со дня основания города. Это огромное здание, облицованное красным кирпичом, очень своеобразно и интересно по архитектуре. Две его широкие башни видны из любой части города. Многочисленные деревянные и живописные панно, выполненные по мотивам скандинавской мифологии, вделаны в кирпичные стены ратуши. У входа конная статуя основателя Осло — короля викингов Харальда Хардроде. Все скульптурные группы и рельефы из гранита или дерева, а также монументальные росписи говорят о стремлении мастеров воссоздать в художественных образах историю родины, воспеть ее природу и свой трудолюбивый народ.

Центральный зал ратуши высотой двадцать один метр. В нем много настенной живописи хорошо известных в стране художников — колористов и декораторов. На втором этаже, в одном из самых парадных залов города, регистрируют браки.

— Имеет ли эта церемония отношение к фигуре девушки над главным входом? — спросила я гида.

— Думаю, что имеет, ибо скульптура эта — символ равноправия женщин страны. У нас они не любят подчиняться мужчинам и во всем усиленно подчеркивают свое равенство. В одежде, манере поведения, даже походке.

— И так же истово курят и так же обожают спорт?

— Да.

— А в кафе и ресторанах кто платит за обед или ужин?

— Каждый сам за себя.

— Что же, у мужчин и женщин одинаковая зарплата?

— Нет. Женщинам платят меньше.

… В Королевском парке всегда многолюдно. Находясь здесь, посетители подкармливают всевозможными лакомствами доверчивых диких уток, черных и певчих дроздов, синиц и белок. Но самое большое впечатление произвело на меня посещение Фрогнер-парка. Никогда и нигде я не видела такого средоточия интереснейших скульптур, выполненных рукой гениального мастера. Их автор, Густав Вигеланн, посвятил им всю свою жизнь.

Вся композиция состоит из трехсот фигур, в каждой из которых символически отражается единственная тема: человеческая жизнь от рождения до старости.

— Если учесть, — пояснял гид, — что на каждую гранитную группу затрачивалось полтора года, что обелиск высотой семнадцать метров весит двести семьдесят тонн и что Вигеланн только ему одному отдал пятнадцать лет жизни, можно представить, какой титанический труд вложен в создание всей композиции. Вигеланн был не только прекрасным каменотесом, но и отличным архитектором, скульптором, резчиком по дереву, кузнецом…

Музей Эдварда Мунка — один из немногих примеров современной архитектуры Норвегии и прекрасный образец современного музейного здания. Работы этого крупного норвежского живописца и графика — одного из основоположников европейского экспрессионизма, в творчестве которого легко обнаруживаются следы пессимистического отношения к жизни и человеку, занимают все экспозиционные залы. Художник прожил долгую жизнь и оставил солидное художественное наследие — свыше тысячи работ маслом, более четырехсот рисунков и акварелей, пятнадцать тысяч гравюр. Воспитанная на произведениях искусства другого характера, я, к сожалению, не нашла в его творениях того, что согревает сердце и душу.

Особый интерес вызвали у меня музеи викингов, корабли «Фрам» и «Кон-Тики». Они дают представление об отваге норвежских мореходов, их высоком мастерстве. «Фрам» — легендарный корабль, связанный с именами Нансена и Амундсена, — стоит под крышей, как дом, и в его каютах и трюмах можно осмотреть вещи, ставшие реликвиями великих походов в Арктику и Антарктику. Дух самоотверженных исканий, сопровождавший изучение и освоение вечных льдов и снегов, конечно же, объединяет русский и норвежский народы. Ведь никто так много не сделал для открытия далеких ледовых земель и материков, как мореплаватели и ученые России и Норвегии.

Побывала я и на могиле Эдварда Грига. Великий музыкант и его жена похоронены в скале у подножия Тролльхаугена в живописных окрестностях Бергена, где он жил. На одном из серых кусков скалы — скромная надпись всего в три слова: «Эдвард и Нина Григ».

Убранство Дома-музея Грига говорит о бесконечной преданности искусству этой небольшой семьи. Ведь жена Грига известна не только как верная подруга всей его жизни, но и как талантливая исполнительница романсов композитора, пропагандистка богатого вокального наследия.

С юных лет у Грига выработалась привычка сочинять в полном одиночестве, которая сохранилась до конца жизни, даже обстановка усадьбы казалось ему беспокойной. Это заставило его выстроить на берегу фьорда уединенную хижину. Там-то и рождались лучшие произведения последних лет. В небольшой комнатке с одним окном все сохранилось неизменным: пианино, письменный стол с нотной бумагой и перьями, кушетка, соответствующая росту самого хозяина. Плащ, старенькая серая шляпа, бархатная курточка, дорожная сумка на ремне и кожаный кофр, серебряная сахарница с выгравированной на ней музыкальной фразой из произведения Грига — все эти вещи, принадлежащие композитору, не только отражают дух прошлого века, но и отличаются какой-то особой одухотворенной простотой.