Техасская свадьба
Шрифт:
Его взгляд прожигал спину Клэр, но она бежала и бежала, изо всех сил, босиком, до самого дома, и только потом спохватилась, что оставила одежду и ружье возле пруда. Но она не собиралась возвращаться за ними.
Взлетев по ступенькам наверх, Клэр кинулась в темную спальню, заперлась и, спотыкаясь, подошла к деревянной кровати. Она бросилась ничком на одеяло и зарыдала. Больше она не могла сдерживать слез. Подушка быстро намокла, Клэр плакала так, как не плакала со дня смерти отца. Постепенно бурные рыдания становились глуше, Клэр затихла и, с трудом приходя в себя, стала думать о случившемся.
«Боже мой! Ну почему? — с горечью думала девушка, вытирая лицо подолом. — Ну почему он вернулся?»
Она села, свесив ноги с мягкой пуховой перины, потом встала. Нетвердыми шагами пересекла комнату и подошла к открытому окну, дрожащей рукой вцепилась в складки муслиновой занавески. Прикусив нижнюю губу, она уставилась на тихий, залитый светом луны двор. Перед глазами снова всплыло лицо Рэнда.
Как трудно поверить, что этот человек здесь. Она думала, что никогда больше не увидит его. Но он вернулся. И лишил покоя ее разум, точно так же, как шесть лет назад лишил покоя сердце.
Воспоминания о той ночи, о событиях, которые ей предшествовали, нахлынули на Клэр. Она снова увидела все с мучительной ясностью…
Ей было семнадцать. Всего семнадцать, когда Рэнд Логан появился в Глориете в поисках работы.
Ему исполнился двадцать один год. Он был горячий, потрясающе красивый и опасный мужчина, такой, какого боится отец каждой дочери, а каждая дочь находит его неотразимым. История его жизни ко всему прочему оказалась трагической, что поразило девушку, мир которой до сих пор был ограничен лишь ранчо и лошадьми.
Никогда она не встречала человека, похожего на Рэнда Логана. Он осиротел в раннем детстве после нападения индейцев и оказался предоставленным самому себе. В четырнадцать лет стал солдатом, потом работал на ранчо, был гуртовщиком и даже помощником шерифа. Он испробовал много занятий, но всегда умудрялся оставаться вольным человеком. Надо ли говорить, что за ним тянулся целый шлейф историй про разбитые женские сердца. Но разве в этом есть что-то удивительное?
— Вырвался волк на свободу, — как-то раз сказал о нем Салли.
Самуэль Пармали нанял молодого красивого незнакомца вопреки собственному принципу. Появление Рэнда сразу встревожило его, но он не сомневался, и, как выяснилось, совершенно напрасно, что ничего не может случиться, пока он держит вожжи в своих руках. Он посоветовал Рэнду подальше держаться от его дочери, как, впрочем, советовал всем мужчинам-работникам.
Но предупреждение мало помогло.
Для нееРэнд Логан стал героем, словно сошедшим со страниц романа. Казалось, он готов сражаться со злом в любом его воплощении и защищать добро до последней капли крови. Рэнд Логан обладал дьявольским очарованием и был потрясающе самоуверен.
Надо ли говорить, что их сразу и неодолимо повлекло друг к другу? Через несколько дней после появления героя Клэр по уши влюбилась в него. Он ничего не обещал, но не делал секрета из того, что желает ее. Клэр мечтала о будущей жизни с Рэндом и верила, что его чувства к ней так же сильны, как и ее к нему. Она ждала дня, когда он попросит стать его женой. Клэр была абсолютно невинная, неискушенная в любви девушка, не подозревавшая о горестях, которые сопутствуют этому светлому чувству. Ей никогда не приходило в голову, что Рэнд Логан может возжелать от нее чего-то другого, кроме долгой совместной счастливой жизни.
В один теплый летний звездный вечер отец Клэр застал их в сарае в страстных объятиях. Последовавшая за этим сцена была ужасной. Девушка вскрикнула и принялась виновато стягивать края корсажа на груди, а Рэнд попытался убежать, но натолкнулся на ружейный ствол, нацеленный прямо в его сердце. Взбешенный, переполненный жаждой мести, Самуэль хотел пристрелить Логана на месте. Но он сумел взять себя в руки и потребовал от соблазнителя восстановить честь дочери, немедленно женившись на ней.
Теперь пришла очередь Рэнда взбеситься. Он горячо уверял Самуэля Пармали, что между ним и Клэр не было ничего, кроме нескольких поцелуев. Когда отец потребовал у дочери ответа на вопрос, девственница ли она, Клэр промолчала.
Она ничего не сказала, опасаясь отцовского гнева и веря в силу любви. Клэр думала, что, как только Рэнд остынет, он поймет, что их брак, не важно по какой причине свершившийся, послан Провидением. Разве Рэнд не говорил, что рядом с ней он словно в раю? А разве от рая отказываются?
В тот же вечер призвали священника. Он совершил обряд внизу, в гостиной, едва пробило десять вечера. Никакого веселья, никакого свадебного атласного платья, пожеланий счастья, никаких гостей. Никого, кроме мрачного Салли. И как оказалось угодно Судьбе, не было и медового месяца.
Не успела завершиться церемония, как Рэнд Логан исчез. Он умчался из Глориеты от новоиспеченной жены той же ночью. Убежал не попрощавшись, не востребовав никаких прав мужа.
Клэр осталась с разбитым сердцем, одинокая в свою первую брачную ночь. О покинутой невесте, о ее скандальной, поспешной свадьбе заговорили на каждом углу. Скоропалительные свадьбы были редкостью в Пармали.
Она неустанно молилась, чтобы Рэнд Логан вернулся. Клэр не хотела поддаваться отчаянию, она не верила в безответную любовь.
Но он не вернулся.
И Клэр оказалась в жестокой западне. Кто она теперь? Ни жена, ни вдова. Продолжая любить Логана, она вынуждена была признать правду, которая о том и состояла, что ее предали. Он ни разу не написал ей. Клэр понятия не имела, где он, жив ли, мертв, вспоминает ли о ней?
Но время шло, недели складывались в месяцы, а месяцы в годы. Она поклялась забыть его…
Забыть его. Она пыталась. Бог видел, как упорно она пыталась это сделать. Она страдала невыносимо. Но постепенно научилась одолевать сердечную боль и продолжала жить, загоняя эту боль глубоко внутрь долгими часами тяжелой непрерывной работы. Но прежней Клэр она уже стать не могла. Салли объяснял это тем, что когда «самоуверенный наглый сукин сын удрал», часть огня в Клэр погасла. А ее отец… Что ж, по-своему он страдал вместе с ней.
— Черт бы побрал, тебя, Рэнд Логан, — хрипло прошептала Клэр, вцепившись в занавеску так крепко, что костяшки пальцев побелели. — Пошел ты к черту!
Человек же, ставший причиной такой злости Клэр, которая захлестнула ее, как сильная волна, в этот самый момент направлялся в город. Надвинув поглубже шляпу, он легонько придерживал вожжи, а лошадь галопом несла его через окутанные темнотой долины. Погрузившись в собственные мысли, Рэнд Логан вспоминал события не столь отдаленные во времени, — а стало быть, и менее болезненные, чем воспоминания Клэр.