Чтение онлайн

Некоторые предметы Рине не давались совсем. Она не могла понять начертательную геометрию, не запоминала историю, с трудом постигала аналитическую геометрию, математический анализ, физику. Зато писала отличные конспекты по всем предметам, на которые были очереди по списыванию. Она отдавала все силы, какие только у нее были.

Три человека с потока ушли до первой сессии, осознав, что не тянут.

Первая экзаменационная сессия прошла даже легче, чем Рина её себе представляла. Зачётная далась ей гораздо тяжелее. Хорошим было то, что между экзаменами давали четыре-пять дней на подготовку. Для первокурсницы это было большим благом. Она по восемь-девять часов сидела за конспектами. В основном лекций было около тридцати, распределив их по шесть-семь на день, она зубрила и зубрила, повторяя и заучивая. Формулы выводила, запоминая алгоритм. Главное, не забыть с чего начинать.

Свой первый экзамен по матанализу она сдала почти на «отлично», забыв какую-то мелочь в последний момент. Историю пришла сдавать наобум. В билете был XIII съезд КПСС. И какие вопросы он поднимал, Рина не имела понятия. Что-то пролепетав по тексту методички, она поняла, что пропала. Но преподаватель, взглянув на оценки двух первых экзаменов и вспомнив, что девушка отлично готовилась к семинарам, поставил ей незаслуженное «хорошо».

Последний экзамен по начертательной геометрии был уже полным провалом. С величайшим трудом сдав зачёт по эпюрам, на экзамене Рина была не в состоянии самостоятельно решить ни одну задачу. Слезы застилали глаза и горло душило. Экзаменатор, посмотрев на неё, вынес вердикт: «Удовлетворительно». Никогда после, ни с какого другого экзамена Рина не выбегала из аудитории такой счастливой! Даже ожидающие за дверью студенты спросили, увидев её: «На «пятёрку» сдала?»

Это было действительно счастье: первая сессия, да ещё и баллов хватило на то, чтобы до июля получать стипендию. Как же это здорово! Без пересдач! Надо сказать, что потом за все годы учебы Рина проходила все экзамены с первого раза, и никогда не пересдавала.

Новый год встречали все вместе: мама, Рина, Боря и его друзья – молодая неженатая пара. Отца не было. Праздновали довольно весело. Друг Бори даже принес какую-то навороченную музыкальную установку.

Но было одно «но». Рина всегда чувствовала скрытую неприязнь со стороны всех друзей Бори. Она не понимала почему, чем их не устраивала? Чувствовала, что её считали какой-то маленькой несмышленой девочкой. Кстати, и со стороны Борыя тоже всегда ощущалось какое-то снисхождение.

Однажды он позвал её к себе домой. Боря жил с младшей сестрой и матерью. Мать Рина не увидела, а с сестрой познакомилась. Они были с ней почти ровесниками. Но то уважение, которое Боря оказывал сестре, поражало. Он постоянно открыто восхищался ей. Тогда Рина в первый раз попробовала торт «Наполеон», который испекла его сестра. Сколько раз впоследствии она пыталась повторить, используя рецепт, который ей милостливо дали, но не получалось так, как это делала его сестра. Именно тогда у Рины зародился червячок сомнения в правильности отношений с этим парнем. Она уже давно осознавала, что никакими чувствами здесь не пахнет, да и сама не испытывала какого-то особого влечения.

В феврале Боря защищал диплом. Неделя первых каникул Рины прошла в черчении для него чертежей, переписывании частей дипломной работы. В последнюю ночь перед защитой в квартире Рины сидели и усиленно дописывали и дочерчивали остатки диплома Рина, Боря и его друг. Невероятно, но он защитил диплом на «удовлетворительно», что означало, что такую оценку поставили только из милости. Даже самые отъявленные лодыри сдавали работы на «хорошо».

Боря зачастил приходить к Рине в гости. Они часто стояли поздними вечерами в подъезде, пока мама Рины не запретила ей это. И тогда он стал оставаться у неё ночами в квартире, они сидели и болтали обо всём до утра на кухне.

Однажды, когда мама спала, это было около трёх часов ночи. Боря посадил Рину к себе на колени и поцеловал в губы. Это был первый поцелуй для Рины. И ей он совершенно не понравился. Ни чувства, ни желания, ничего. И даже противно. Боря стал извиняться, что зря он это сделал: он понимал, что любви-то никакой нет. Понимала это и Рина.

***

Поцелуй без любви –

Горький привкус полыни,

Остывающих губ

Отрезвляющий лед.

Поцелуй без любви –

Сердца рваного иней,

Боль; тоска, что потом

Никогда не пройдёт.

(Татьяна Давыдова)

***

Потом он пропал на неделю.

Неожиданно мама уехала в командировку. Боря об этом знал заранее.

И вот как-то Рина проснулась от звонка домашнего телефона. Посмотрела на часы: два часа ночи. Подняла трубку.

– Это я.

– Боря? Куда ты пропал? И почему ночью звонишь?

– Риша, выйди на улицу, мне очень надо, чтобы ты вышла.

– Для чего?

– Я потом тебе все объясню.

Рина собиралась с мыслями. Она не понимала почему, но выходить не хотела. Что-то удерживало ее. Наверное, Ангел-хранитель.

– Извини, я не могу. Ночь.

– Ну, я прошу тебя.

– Нет. У тебя что-то случилось? Говори сейчас.

– Ладно. Потом объясню. Все нормально.

И он положил трубку.

Больше она никогда не слышала и не видела его.

Приехавшая из командировки мама, услышав эту историю, порадовалась, что дочь не пошла одна куда-то ночью. И неожиданно приказала Рине: «Не звони ему первой ни за что! Я запрещаю тебе!»

Шла неделя, другая. Она металась, хотела позвонить ему, но помнила приказ мамы. От кого-то услышала, что с Борей всё нормально, но он понемногу спивается. Так Рина получила первый опыт общения с мужчиной, которого так ждала и просила от Бога.

– Жаль, что Рина сама не разорвала эти отношения с Борыем, – проговорила Арина. – Ведь было же понятно, что любовью здесь и не пахнет. Почему она не сделала этого раньше?

– Потому что снова боялась остаться одна, – возразила ей Наталья. – Если бы у неё было несколько поклонников, разве Рина бы стала встречаться с этим довольно странным молодым человеком? Ну, посудите сами, Вы же увидели его. Без цели в голове, каким-то чудом получивший высшее образование, выпить не дурак. Рина сначала его вдохновила, а потом он понял, что она совершенная девочка еще, абсолютно наивная. Случайная встреча сначала зажгла и окрылила его, но уже очень скоро он понял, что эта странная девушка, каким-то образом сохранившая чистоту и невинность, такая ему не нужна. Да и друзья его не понимали. Но почему-бы не использовать её для работы над дипломом, она же сама предлагала ему помощь.

– Скажите, Наталья, Вы ведь знаете, что он хотел от Рины в ту ночь, когда вызывал ее на улицу?

– Знаю, Арина. Ничего хорошего. А когда Рина заупрямилась, то Борый опомнился, что окончательно сломает девушке жизнь, поэтому и прекратил раз и навсегда с ней отношения. В этот раз вмешался Ангел-хранитель Рины.

– Да, я тоже поняла, что было явное вмешательство, – произнесла задумчиво Арина.

Мой взор мечтанья оросили:

Вновь – там, за башнями Кремля, –

Неподражаемой России

Незаменимая земля.

(Игорь Северянин)

И вот, наконец-то, она – Москва. Как часто в советское время Рина, подъезжая на поезде к Казанскому вокзалу, слышала слова: «Уважаемые пассажиры! Наш поезд прибывает в столицу нашей Родины город-герой Москву!» И каждый раз волновалась до дрожи во всем теле.

Воздух в Москве особенный, захватывающий. Море народа, снующие туда-сюда с чемоданами (теперь уже на колесиках) пассажиры. Хочется остановиться, вдохнуть, но тебя подхватывает волна куда-то спешащих людей, и ты несешься вместе с ними, даже не осознавая направления.