Чтение онлайн

«Здоровяк» - 1/1 шт.

– Вот это уже серьёзный разговор, шестьдесят два юнита в сети – это мощь.
– Надо будет проверить, конечно, кто из них действительно в строю. Но даже так, это уже выглядит солидно. – Эми, активируй оборудование лазарета, и стартуй разделку туши.

Я наблюдал как паук, размахивая лапами проводил вскрытие туши. Да, оно было не аккуратным, но! Оно было автоматизированным. Я, хоть и представлял последовательность действий, неоднократно видел, как это делает Омелия, но сам – ни в жизни не смог бы это повторить. Эми права, приказ оставить дрона – был очень метким. Заснятый им материал был достаточно качественным, чтобы все мои дроны научились делать что-то подобное. В смысле Эми научилась. Хранилищем навыков является она, дроны же, весьма ограничены в этом плане, и нужно тщательно выбирать, какие навыки отдавать им на откуп.

К этому моменту две группы принесли образцы из комнаты Брайана и опухоли из коридора. Дальнего коридора. Я не хотел провоцировать аномалию рядом со своим местом жительства, мало ли, вдруг она разрастётся от внешнего вмешательства. Но нет, дрон спокойно смог отщипнуть кусок и притащил его на анализ.

Не успел я отдать команду на сравнение ДНК, как пришло подтверждение. Останки в каюте – принадлежат Брайану. То есть поблагодарил меня именно покойник.

Мой глаз дернулся, но я продолжил наблюдать за оставшимися процессами, сложив руки на груди.

Вскрытие твари выявило… аномалию. Не то чтобы из мёртвого тело можно достать много информации о его жизни, но всё-таки. Как минимум стало понятно, что в плане метаболизма и работы тканей оно не отличалось от такового у оригинального создания. То есть тайна её буйной регенерации, как и воскрешения – всё ещё тайна. Хоть и не совсем:

– Хозяин, обнаружена аномалия в структуре тела!

– Показывай.

– Вот. – После этого паук-хирург вырвал что-то из груди твари и протянул мне. – Да-да, в следующий раз я буду аккуратнее со своими желаниями.

А в руки мне попал… кристалл. Бледно синий октаэдр, если быть точным. И вроде бы, ничего значительного, но, во-первых, его вырезали из сердца, во-вторых, он странным образом завораживал мой взгляд.

Я точно знал, что до катастрофы в сердце животного ничего подобного не было. Однако вот он, в моей руке, размером с ноготь. Но откуда он там взялся? Я постучал по стенке кристалла, и мне показалось, будто внутри него расходятся волны.

– Ничего не понятно, но очень интересно. – Дрон продолжал свою экзекуцию, а Эми спамила меня обновлениями данных вскрытия, среди которых даже был отчёт о съедобности монстра. Полезно, но пока отложим в сторону.

Анализ же тканей опухоли стал настоящим кладезем непонятности. По всему выходило, что это плавный переход от металла в органическую структуру. Проблема в том, что такие результаты выдавались касательно каждой клетки этой ткани.

То есть образец полностью соответствовал структуре органической ткани, но при этом стенки каждой клетки содержали в себе металл. При чём металл – как сплав, а не как компонент органических молекул.

– Эми, сервер лазарета функционирует?

– Да, и я уже объединила свои мощности с его базами данных. Это феноменально! Металл в клетках не просто препятствует сканированию, но и выполняет все функции клеточной мембраны.

– То есть оно…

– …живое, да. Хоть и не может таковым быть. То есть чем глубже происходит анализ, тем больше результат разнится с известными видами живой материи. А также с представлениями о том, как металл ведёт себя в органических структурах.

– Хочешь сказать, что он выполняет не только сервисную функцию?

– Именно! Это, как если бы естественные молекулы белков состояли сплошь из атомов металла, продолжая выполнять свои функции.

– То есть в этих образцах атомы металла формируют органические молекулы? То есть ведут себя так, как не могут по нашим представлениям?

– В точку! Знаешь, ты мог бы защитить ни одну докторскую на этих образцах! Если бы мы всё ещё имели доступ к обжитой части галактики.

– Спасибо, что напомнила. А что скажешь про кабели этой твари?

– Во-первых, после активации реактора, я могу предположить откуда тварь их стащила. В смысле, что на карте электропитания есть обесточенные островки. Разведка дронами показала, что там действительно вырваны кабели. Монстр много гулял с момента своего пробуждения.

Я хмыкнул, ожидая продолжения:

– Во-вторых, тут всё с точностью до наоборот. Атомарная структура полностью соответствует медному кабелю. А вот его поведение ближе к мышцам. Если ты пустишь по ним ток, они мало того, что проведут его, как положено кабелю, так ещё и сократятся, как положено мышцам.

– Как итог, можно сказать, что…

– Нечто поменяло местами свойства живой и неживой материи. При чём поменяло их весьма вольготно, без оглядки на их ограничения. – Назидательно, изрекла Эми.

– А эти кабели как были соединены с тварью?

– По градиенту.

Я приподнял бровь, в ожидании объяснений, и они не заставили себя ждать:

– В том плане что переход от неорганики к органике очень плавный. То есть в определённый момент всё больше атомов-неметаллов замещается на металлы кабеля. Ощущение такое, что кабель именно сросся с тварью. При чём на каком-то глубинном, недоступном нашему пониманию, уровне.

Я посмотрел на кристалл в своей руке, посмотрел на кабели в спине твари.

– Эми. А вырежи-ка эти кабели, и отправь их ко мне в каюту, хочу кое-что проверить. – с коварной усмешкой произнёс я, и направился к себе в каюту. Трындец трындецом, но время для безумных экспериментов всегда найдётся, хе-хе.

– Му-ха-ха! Трепещите, рабы физики! Ибо явился тот, кто потрясёт сами основы мироздания! – Я стоял посреди своей каюты, воздев руки, и смотрел, как по потолку бегал, перебирая своими восемью лапами-кабелями, дрон-паук.

Нельзя сказать, что я возгордился, но ощущение доктора Франкенштейна у меня присутствовало. Я ведь смог поженить непоженимое!

Но давайте по порядку. Вернувшись в каюту, я начал эксперименты с кристаллом. Мне пришла в голову идея, что он являлся… Ретранслятором. Этаким переводчиком импульсов мозга в сигналы, управляющие движениями кабелей у твари.

Метод научного тыка – столь же могучий, сколь и долговременный. Нужно бессчетное количество попыток, прежде чем он принесёт свои плоды. Но! У меня есть Эми! Она ведь не только ставит под вопрос мою самооценку, но и является прекрасным аналитическим инструментом.

– Исходя из всего, что я сохранила в своей памяти, могу сказать, что ваше предположение не просто ложное, но и настолько антинаучное, что впору вызывать психиатров. – Нудела она. – Как единственный носитель рациональности, молю вас, одумайтесь.