Чтение онлайн

9.Я вышел ростом и лицом...

<Аплодисменты>

Вы знаете, я вам так скажу, что аплодисменты в таких случаях это, в общем, дело второе или третье. Потому что я вообще начинал когда писать свои песни, я никогда не рассчитывал на то, что у меня будет в будущем большие аудитории, там, стадионы или даже вот такие вот компании большие как сегодня. Я предполагал это писать для очень маленькой группы своих близких друзей. Мы жили в Москве много лет тому назад на… в квартире в Большом Каретном у моего друга, у Лёвы Кочаряна в течение полутора лет. Там хорошая компания собиралась: там бывал часто и с нами вместе провёл эти годы и Вася Шукшин, и Тарковский Андрей, Макаров такой Артур, там, Толя Утевский, вот ваш знакомый, Туманов Миша… В общем, многие-то даже из присутствующих здесь их знают. Но, к сожалению, двое из них уже не живут. Я написал на смерть Васи Шукшина стихи, которые единственный журнал сразу предложился, это ленинградский журнал, но потом и они тоже чего-то такое там, я не знаю почему, они отказались, стали карнать, вот. Ну, я эти стихи оставил, сохранил, я их не пою. Это… может быть… немножечко, да?..

10.Уже ни холодов, ни льдин... (чтение):

Земля тепла, красна калина, —

А в землю лег еще один

На Новодевичьем мужчина.

Должно быть, он примет не знал, —

Народец праздный суесловит, —

Смерть тех из нас всех прежде ловит,

Кто понарошку умирал.

Коль так, Макарыч, — не спеши,

Спусти колки, ослабь зажимы,

Пересними, перепиши,

Переиграй, — останься живым.

Но, в слезы мужиков вгоняя,

Он пулю в животе понес,

Припал к земле, как верный пес…

А рядом куст калины рос —

Калина красная такая.

Смерть самых лучших намечает —

И дергает по одному.

Такой наш брат ушел во тьму! —

Не поздоровилось ему, —

Не буйствует и не скучает.

А был бы «Разин» в этот год…

Натура где? Онега? Нарочь?

Все — печки-лавочки, Макарыч, —

Такой твой парень не живет!...

Ну, я её пр… просто не хочу, это длинная, это довольно большая поэма. Вот, э… я к чему начал этот рассказ, совсем даже не к тому, чтобы прочитать эти стихи (хорошо, что такая импровизация), а к тому, что я просто…

Тогда выработалась такая манера дружественная, раскованная, непринуждённость, я как… себя чувствовал свободно потому что это были мои близкие друзья, я знал, что всё, что я им буду петь и рассказывать — им интересно, также как от них получать. В общем, это… это… эти песни, я думаю, стали известны именно из-за того, что у них вот такой дружеский настрой, желание что-то рассказать… вот так, друзьям. Вот, и поэтому я совсем никогда не настаиваю… Хотя легенды теперь ходят п… по России, что, мол дескать, одна… одни из многочисленных рассказов, много… вот одна легенда такая, что я не люблю, когда аплодируют, и поэтому люди боятся даже, приходишь в некоторые залы, что-то спел, некоторые захлопали, потом что-то перестали. Я нормальный человек, я к этому отношусь с уважением, ко всему, что делаете вы, моя публика. Потому что если вам вообще… вы знаете, здесь, может быть, немножко по-другому, но для меня самовыражение вот такого рода, когда мне наплевать, там, как реагирует зал, это — блеф, это — всё неправда. Всё равно всё делается для людей, которые здесь сидят, а не для того, чтобы самому — ах, дескать, как вот он выложился там, темпераментно покричал. Нет, это — неправда, всё делается для людей. Поэтому ме… меня интересует ваша реакция и как… как вы к этому относитесь. Но это н… не самое главное.

Теперь я хочу вам <закуривает?> следующую песню…

<—>

Это шуточная песня, которая называется <выпускает дым> «Песня автозавистника».

11.Произошел необъяснимый катаклизм...

<Аплодисменты>

<—>

<Аплодисменты>

А вот я не знаю, в этой пластинке было? Потому что я в Нью-Йорке тоже <затягивается> менял немножко программу и <выпускает дым> я пел там такую песню, которая называется «Горизонт». Все, безусловно, её, если интересовались, знаете потому что это песня прежняя, давнишняя песня. Но я её очень люблю и я её хочу вам спеть.

ГОЛОС: <неразборчиво>

А? Тогда ладно…

12.Чтоб не было следов - повсюду подмели...

<Аплодисменты>

Спасибо.

<—>

<Аплодисменты>

Спасибо.

ГОЛОС: Не было этой вещи на Нью-Йоркской пластинке.

А?

ГОЛОС: Володя, спой «Колею»…

Я спою «Колею»... Я потом то, что вы попросите… потом вам скажу: «Давайте, теперь заказывайте», потому что я хочу ещё и кое-что новое спеть, и чтобы не забыть — у меня так, выстроилась программа, хорошо? — а потом вы будете у меня просить то, что вы любите, я постараюсь… не всем… ладно?

ГОЛОСА: Ладно… ладно… договорились…

Значит, теперь вот песня, без которой совсем неуместно… вернее, не ко времени э… концерты проводить…

Эта песня называется «Москва–Одесса». Вот. <Смеётся>

13.В который раз лечу Москва-Одесса... (сбой)

<Аплодисменты>

Вы знаете, я… у меня есть такое приём уже выработался в выступлениях: я нарочно забываю и люди под… подсказывают текст из зала. Таким образом, я точно знаю осведомлённость аудитории. Мне сразу… мне очень везёт, я так соображаю, что, значит, они знают, что — нет. Но сегодня я, на самом деле, так, забыл, потому что начал вспоминать, что я начал писать новую песню, э… будет она называться…

«Через 10 лет всё так же». И э… <затягивается> Она начинается такими строчками, которые я бы вам хотел спеть. Вот маленький кусочек я вам спою:

14.Я, вроде, никуда не вылетаю...

Вот…<Смех в зале>. Так что э… я её начал вспоминать, поэтому немножко за… запамятовал.

<без разрыва>

Теперь песня про другой вылет <откашливается> называется она «Инструкция перед поездкой за рубеж».

15.Я вчера закончил ковку...

<Аплодисменты, крики “браво”>

<—>

<Аплодисменты>

А вот ещё песня такая, немножко из другой области, сибирская, называется она <откашливается> «Про речку Вачу и попутчицу Валю». Это… значит, для справки <смеётся>… может по… забыли, значит: бичи — это такие люди, которые раньше они, в основном, плавали, а потом они перестали плавать как-то они начали спиваться, их в Магадане много, в Бодайбо. Это такие… они всё время мигрируют: то прибьются к геологам, то, там, — к старателям. Короче говоря, они все пытаются вырваться, некоторым удаётся, а некоторым не сразу. Вот про это песня.