Чтение онлайн

О том, что было ночью, Рената уже практически в курсе, телефоны, скорее всего на прослушке, но она же ничего не скрывает. Потому что ничего противозаконного в деятельности нет и быть не могло, а то, о чем распространяться не следует, никто и не распространяется. Даже если пытать бы стали, мол, выдай страшную тайну.

Никто и под пытками не выдаст, потому что нет никакой тайны, на самом-то деле. А то, что есть – это никакая не тайна, а не более чем гипотеза, и она разве что на заборе не написана.

Вот и попять старичок-боровичок. Но я сегодня даже и разговаривать с ним не буду. Потому что незачем. Я и так уже всё сам знаю. Даже и то, что под ноги смотреть надо.

Но сам факт его появления говорит о многом. А главное, надежду вселяет. На то, что всё будет хорошо.

И еще на то, что близко, совсем близко какое-то открытие неожиданное.

А может, конечно, он и предупредить о чём собрался? О какой-нибудь очередной страшилке, угрозе, засаде? Да нет, о засаде если, это не он, не старичок-боровичок.

Добрый он, потому что, дедушка-боровичок. Почти как я.

– И обратилась я к себе: не пора ли тебе, голубушка, самой, как понравится, обустроить то, что ты считаешь своим-то? – Ирина почти что декламировала. Публика внимала благосклонно. Впрочем, публики то и было четверо. Качков. Молодых и упертых, которым Ирина в матушки годилась, ну на худой конец, в тётушки.

В девяностых такие вот ребятишки в 'Адидасах' и с толстенными цепями на бычьих шеях 'обустраивали Россию', быстро, впрочем, заканчивая свой короткий век под мощным гранитным надгробьем, с которого они так и смотрели, в полный рост выгравированные, улыбаясь смотрели, дружелюбно.

Так же дружелюбно и эти смотрели, внимательно и благосклонно. Ирина понимала, что они уже 'плывут' – бери их голыми руками и делай что хошь. Она, по сути, это и делала.

– Наш ответ таким людям как раз такой, который они не хотят слышать. Во-первых, мы считаем, что все деньги мира не могут заставить вас смириться с каторжным трудом. И во-вторых, мы твердо убеждены, что вы не должны соглашаться на меньшее, чем ваша мечта.

– Работу, которую вы действительно хотите, найти возможно. Такая счастливая судьба не для избранных.

Ирина набрала обороты. Публика постепенно заводится и заводится. Она, в смысле Ирина, это очень даже умеет, заводить публику.

Процесс уже не остановить. Контроль над рынком обеспечен. Фирмочка, а их совсем скоро будет тьмы и тьмы, набирает обороты. Ларошфуко не зря улыбался. Впрочем, это только так, к слову – он же дерево, а значит, улыбаться не умеет. Но молчит весьма загадочно. И денежные потоки пошли.

Вернее, еще не пошли, но зашевелились. Вспухли. Не пройдет и полгода, наведем порядок. И заводы и газеты и пароходы уже созрели, в рот просятся. Но рулить мы не будем, – зачем нам рулить? Нам роялти вполне хватит и еще останется.

– А если время поджимает, и нет возможности прояснить всю внутреннюю структуру, а есть конкретная проблема клиента, с которой срочно надобно разобраться? – риторически акцентировала Ирина.

Пафосно так акцентировала – она всегда делала это пафосно. Вот и включились ребятишки. Теперь их не удержишь. Всё, пора возвращаться, там уже все с ума, наверное, посходили. Но это очень полезно.

– Человек системный многие вещи может сделать сам, если действительность поддается полноценному охвату и контролю. Если круг потенциального воздействия и охват действительности большой, тогда надо формировать команду единомышленников и грамотно разделять функционал.

– Наличие проверенной и талантливой команды позволяет не отвлекаться на частности, на разбор полетов, увязать в мелочах и недоразумениях, а сосредоточится на целях и результатах – каждый по своему направлению.

– Вопросы, касающиеся конфиденциальной информации, могли бы обсуждаться в закрытой группе респондентов, между отдельными компаниями, группами компаний, ведомствами, комиссиями.

– Время и результат – это ключевые факторы конкурентоспособности в условиях действительности. Действительности совсем не виртуальной, а реальной, физической, или, что еще страшнее, денежно-финансовой. Впрочем, это же одно и то же.

Это оно то самое и есть. Тупое и злобное. Механическое, безжизненное, при том абсолютно бессмысленное. Как асфальтовый каток. Впрочем, это именно асфальтовый каток и получается, если сущности не плодить.

Потому что если собака лает как собака, кусает, как собака, выглядит, как собака, то это и есть собака. А если выглядит не как собака, а как асфальтовый каток, при этом еще и не лает и не кусает и в дом не пускает, значит это и есть асфальтовый каток. Потому что по-другому и не бывает.

Но я вам не юный пионер, меня под дверь не подсунешь, даже после встречи с асфальтовым катком. Это скорее его уже впору под дверь подсовывать, после встречи со мной.

Потому что я уже не юный пионер, но и я всегда готов ко всему, даже и к встрече с асфальтовым катком.

– Не можешь – не берись, взялся – делай! – Игорь Николаевич по телефону отчихвостил Виталия за задержку поставки. Вины Виталия, да и всего 'Аргентум ЛТД' с учетом возникшего форс-мажора быть никак не могло, тем более весь груз перехвачен под предлогом обнаружения контрабанды и наркотиков. Прямо на въезде в область и взяли.

– Игорь, ты там телевизор смотришь? Или у вас там, в глуши московские каналы не берёт?

Да, конечно, в Сибири ещё ничего не известно о том, что тут у нас уже вовсю происходит. Но если дать слабину, то и до них доберутся, устроят и там, как тут, на провокации-то ребята очень горазды оказались.

Операция не милицейская, воинская операция, с участием бронетехники – поиграть в войнушку кому-то очень захотелось. Наркотики как бы нашли. Полторы тонны героина. Без понятых, естественно, без соблюдения процедур и прочих формальностей. А вот сейчас пусть попробуют доказать и вменить.

В СМИ уже запустили 'обнаружение крупной партии', а как будут дальше отстраивать обвинение и прочие сопутствующие правовые действия, это мы очень даже будем посмотреть. Потому что теперь уже шила в мешке не спрячешь, шум поднялся такой, что очень скоро вся подноготная полезет на свет. Тем более что Регина на полную катушку включила все свои возможности, а они у неё, надо признать, весьма не слабые.

А вот с Рюриком они крупно прокололись. Вернее даже подставились. Мало того, что всё на камерах оказалось, штук шесть камер писали, разных, причем, ведомств, так еще и съёмочная группа, откуда ни возьмись.