Чтение онлайн

Дальше текли подробности гипноза. И расспрашивала Алёна Гвоздева обо всех вирусах. Оказалось, что сам Кирилл Буйнов, уж тем более сам Андрей Буйнов в программировании мало соображали, и написать такие коды не могли. Так что их просто использовали. И сами они верили в то, что Железнова их любит, как и в то, что они её любят. Они мало того, тоже были под гипнозом. Зато эксперты обнаружили на их устройствах только две трети всех вирусов. Они же не знали даже о чёрном устройстве, думали, что так легко и просто взломать шлем. Может Андрей просто косит под дурачка, и во много не сознаётся. И что-то не вяжется его слова о том, что он о шпионском устройстве не знал, не программировал его и передача данных с его компьютера на шпионские устройства.

– Да взломал я случайно эту штуку тогда, когда она поехала кататься. И этих двух в больнице я подговорил, это мои проститутки. Я же всех девочек в этом городе контролирую. Я просто хотел, чтобы близость была у меня и у неё. А то всё Венера, Венера, а до дела не доходит, - сказал Буйнов и схватился за голову: - Да я же с самого начала знал об этой штуке. Я же с самого начала шлем отвинтил, хотел проверить, что он качественный!

Теперь глаза стали особые, с такой странной тревогой:

– Так я просто уехал в прошлое, а там какая-то.... Это что получается, такой простенький код и я всё сказал. Даже вот, что скажу: я сам решил тоже напомнить о том, что она миссия и должна всему миру. Я хотел прямо, чтоб она согласилась. Ну, что вы так смотрите: у нас в семье грехов много. А тут клиническая смерть у меня была так раз седьмого ноября, я тогда серьёзно поспорил с одной девочкой. А тут так раз Железнова. Я бы на неё всё повесил и жил бы себе спокойно и раком не болел. Один колдун, приезжий, местные меня боятся, да у нас их мало. Город-то научный, мать его. Вот он мне сказал, что грехов много и от этого рак может быть, аж самого мозга. Вот я и решил грехи, вот саму эту информацию прямо ей перенести. Я вот все эти порнокартинки и транслировал, перед тем, как она по туннелям шастала. И ей же нравилось. Всего какие-то ролики.

– Для первого раза достаточно, - сказала Алёна Гвоздева.
– Если бы ещё протрезвел.

– Я же тогда заболею раком!

– Да так тебе и надо, забирай всю эту гадость обратно, - стрельнула лучом и проговорила вслух Ксения.

Мужик аж упал со стула. Голова заболела и довольно серьёзно. Еле-еле встал, шатаясь побрёл к выходу.

Глава 11.

Вроде мирный город Плазмоградск. Вроде научный городок, расположенный на северо-западе Беларуси. Вот ночь с двадцать четвёртого на двадцать пятого декабря. Ксения Сергеевна была у себя дома и спала в своей комнате. Спала чутко, и от каждого звонка телефона программистка дёргалась. А смартфон, звеня уже три раза подряд, за пять минут до полуночи, уже практически разрядился. За минуту до полуночи Ксения всё же проснулась, поставила смартфон на подзарядку и прочитала сообщения. Требовали люди, чтобы она явилась на митинг на площадь жаждущим явления нового миссии. И просто по телефонной связи что-то сказать не прокатит. Ведь уже деньги какие-то собраны. Ксения понимает, что спецназ приедет уже скоро на эту площадь Ракетчиков, центральную площадь города. Программистка посмотрела на свою форму, посмотрела в на шкаф с книгами. Как вдруг свет погас. В городе опять отключилось электричество. Буря не знает, что такое религиозный праздник. Буря не умеет в Бога верить, она вообще не обладает сознанием. Она просто отключает, как и связь, так и электричество. Она безумная, не уважает Христа, даже понятия не имеет, кто он такой и что сделал. Смартфон тут же разрядился и Железновой овладел страх, что эти самые сектанты могут вселиться в её сознание, и она поедет на эту самую площадь. Ксения сняла бесполезный стимулятор и положила на громоздкий стол. Легла на кровать, руки по швам и медленно стала направлять красный луч главному, который возглавлял собравшихся, а потом и всем остальным сектантам.

– Ты не сможешь победить меня, ибо я знаю кто ты, - сказал голос в сознании.

Началась магия, и безумец во главе остальных безумцев стал в действительности спорить с Железновой, естественно, не слыша пока реальных слов от неё. Следователь Алёна Игоревна Гвоздева видела это собственными глазами. Затем вдруг сектанту стало просто плохо, как и всем остальным сектантам. Просто сам Железнова выполняла разрядку нейронов. Сама с себя снимала посредством НЛП напряжение и передавала её секте с девизом: "кто проклятие наносит, тот его и получает". Резко толпа стала орать и испытывать истерику.

Ощущение, которого никогда не было и со шлемом, ощущение того, что всё твоё тело есть некий сервер, не покидало Ксению, а поселилось в подсознание навсегда, а потом и проникла в сознание. Какое приятное ощущение, что каждая клетка - серьёзная деталь огромного суперкомпьютера, выполняющего миллионы операций в секунду. И формулы должны быть. И формулы есть, как эта вся штуковина функционирует, но только формулы эти - это всего лишь средство достижения цели. А какая цель и где её искать? Ощущение того, что мысль в этом суперкомпьютере, сама идея, кодируемая при помощи электромагнитных волн, стремиться не к нулю, а в бесконечность, бесконечность космоса, так вскружило голову. Что лёгкое головокружение и серьёзное волнение, и серьёзный страх проникло сначала в сознание, а потом материализовалось. Формулы есть, раз идёт, так сказать, торможение. Дух хочет счастья для всех сразу. Дух проникнут этой идеей помочь, этим людям, а формулы, химия этого суперкомпьютера тормозит и не собирается вычислять алгоритм спасения. И как быть, когда ты работаешь в КГБ? Но ведь тебя туда не позвали сотрудники твои. Так чего ты попрёшься туда, спасая одних и совершая должностное преступление для других? А может, ты можешь там серьёзно пострадать? Пить таблетку? Да надо бы встать и взять себя в руки, но тело в ходе медитации настолько расслабленно, что встать ты просто не можешь физически. Там же идёт спецоперация и тебе ничего не сказали. Не то, что тебе не доверяли, а ячейки-клетки памяти уже рисуют картины, а то, что не хотят тебя травмировать и заботится о тебе. Образ компилятора стоит в сознании Железновой. Там уже висит исходный текст. И он медленно запускается. Теперь Ксения засыпает, засыпает на всю ночь, ощущая то, что возможно очистить память, а к тому же её восстановить. Виртуальный компилятор, преобразующий виртуальные текстовые файлы в виртуальные программы, висел в сознании. Это далеко не первый признак того, что Железнова переутомилась. Так ведь у неё диагноз, а это государство требует от неё работать. Работать, работать, всегда надо работать. Вопрос в том, что как работать, когда у тебя тут болит, тут болит, а здесь, т.е. в голове вообще всё критично. А на тебя кричат6 ты миссия, у тебя ангельская спецоперация. И Христианство всё говорит: вот твой крест, вот твоя миссия и иди на прямо на ту самую гору. Как она называлась, кстати? А этим сектантам неважно на самом деле. А что ты при этом чувствуешь - это неважно и вообще такая мелочь, по сравнению с теми проблемами, которые есть в голове сектантов. Правда, если мозг у сектантов нормально в смысле морали и логики работал, то восьмидесяти процентов этих проблем не было. Но ведь, оказывается, дочь Божья виновата в этом. Оказывается, она должна решать ваши проблемы. Что же получается, если тебя не любит парень, то заставить полюбить должна Железнова. Если ты не можешь устроится на работу - Железнова помоги. А если сесть в тюрьму надо, то пусть Железнова сядет вместо меня. Да, в туалет вместо меня пусть тоже Железнова сходит. А всё логично, раз ты гений, то решай вместо нас и такие проблемы, а мы будем пить, гулять да воровать, в общем, вести себя как животные.

Спокойствия, как ни бывало в голове у Алёны Игоревны, когда началась истерика у всех сектантов, митингующих на площади. О своём кресте, который надо нести. Темень хоть глаз выколи. Некоторые прохожие включили фонарики и пробирались дальше. А отряду под командованием Алёны Игоревны надо проводить спецоперацию. Был приказ сначала слушать сектантов, чтобы выйти на главаря. Было ясно, что этот мужик просто подсадная утка, чтобы отвлечь от себя. Не исключено, что телепатически Алексей Безродный слышал действия сотрудников КГБ. Да точно слышал. Ох, Боже мой, ведь нужно к тому же проверить, как влияют эксперименты этих утопистов-сектантов на генетику человека. Ведь язык N позволяет включать и выключать гены. Пытаешься проследить чисто технически этих уродов, так ведь они каким-то образом подделываются под магнитную бурю и подставляют детей с какими-то намёками. Они вскрывают все следы. Они используют компьютеры так профессионально, что словно у сектантов штат сотрудников в тысячу человек. Алёна Игоревна ничего не слышит. Как только свет выключили, то сектанты просто притихли. А весь отряд охватил какой-то странный первобытный страх. У всех спецназовцев, да и у Гвоздевой страх. Мистика какая-то, не можешь бежать и арестовывать. И словомешалка в голове. Десять секунд. Ничего не поменялось. Двадцать секунд. Они уже могут начать бежать. Мистика какая-то началась по полной программе - руки у всего отряда на задании тряслись. В прямом смысле слова дрожали пальцы. Даже код для всех стимуляторов бойцов пришлось мысленно передавать, смартфон чуть не упал. И ни какому-то Солнцу взывает Алёна Игоревна, а прямо берёт этот образ белорусского православного креста Ефросинии Полоцкой, чтобы он успокоил и направил. В душе каждого белоруса есть этот крест, который действительно генетически записан при помощи национальных генов. Мистический крест повёл их, уже спокойных и рассудительных. Бойцы спокойно окружили сектантов, которые прекрасно слышали телепатически их состояния, хоть именно из-за этого и тряслись в каком-то странном припадке. Видели крест, который некоторые себе удалили из памяти. Явилась сама покровительница Беларуси Ефросиния Полоцкая.

– Ну, говори, придурок хренов, - говорила Алёна Игоревна и какое-то странно эхо прокатывалось, словно куча усилителей создавала мощный звук. И эффект того, что следователь и Алёна Игоревна говорили синхронно: - Где я по-прежнему? Правильно, на небе. Где все наши предки? На небе. Где все учения предков наших? Правильно, на небе. Т.е. ничего вы там не поменяли. И предки наши спокойно спят и ждут своего часа. И материализовать разрешение не давали. Не давали они разрешение на то, чтобы строить Полоцк в другом месте. Не давали разрешение на то, чтобы проигрывать крестоносцам. Не давали разрешения удалять столько веков из своей истории. Да к тому же, отвечают наши предки, что физически материализовать то, что вы задумали невозможно в реальности по закону Божьему и, следовательно, по законам физики и математики. Вы не выучили ни одного учения, которое дали вам предки наши, так, следовательно, вы или не наши потомки, или вам придётся всё заново учить. Но уже другие методы воспитания мы применим, причём суровые и назидательные. Такие меры воспитания любую утопию разрушат, даже самую фантастическую.

Дальше вдруг вся площадь под сияние небес прокричала вдруг непонятную фразу:

– Кто шагает дружно в ряд? Партизанский наш отряд!

– Чего?
– успел только сказать глава манифестантов. Тут же спецназ повязал всех. Тут сектанты поняли как-то это состояние того, что весь город за ними следит. Проект зеркало как-то действовал асимметрично, необычно и странно. И сотрудники КГБ, и спящая Железнова и даже Виктор Викторович, даже собравшиеся на площади простые прохожие, - все понимали, что весь город со всеми гражданскими активистами - это партизанская группировка, которая борется как с мародёрами, ворами и насильниками, как и с сектантами. Всех тридцать человек были арестованы бойцами и их засунули в три машины и увезли. И всё это под знамением северного сияния. Поначалу Алёна Игоревна испытывала что-то вроде дисгармонии: вроде партизаны - это хорошо, чудесно и правильно, но как-то странно, ведь в мирное время. Странно ощущать эффект того, что в особенности молодёжь готова взять и напасть на преступника и разоблачить его. Это должны делать они, следователи. Да ладно бы, если только напасть и разоблачить, помочь по всем правилам. А тут ещё и информаторов весь город. Каждый да сообщает о том, что видел. И диспетчеры фиксируют сигналы и направляют бойцов и агентов на арест сектантов. Только всё равно что-то странное в голове стояло. Этот лёгкий дискомфорт и лёгкая дисгармония. Дискомфорт был вызван тем, что просто с неба несётся буря. Дисгармония же вызвана скорее ещё и магнитной бурей, и злобой на себя за то, что ты не можешь до сих пор поймать преступника, а он там людей пытает. Ещё сектанты на тебя же атаку гипнотическую и устроили.

Алёна Игоревна уже смотрела на небо, полное сияния. Зелёные полосы сияли и переливались разными оттенками, словно некий живописец расписывал уникальными световыми красками небо. Живописец, конечно, с большой буквы, ибо такие красоты не кажутся случайными, а всё закономерно. Всё обладает причиной и следствием.

Железнова даже во сне ощущает свою слабость. Даже сквозь сон слышно то, как организм, не собираясь с этой слабостью бороться, просто лежит и стонет от душевной боли. А душа Ксении опять летает в космосе над планетой Земля, ощущая себя в бестелесном состоянии. И страшно до ужаса, что она уже умерла. Под этим же страхом находясь, Железнова с лёгкостью прилетела на некий пульсар и увидела парты, стулья, доску, окна и стены, потолки и пол в некоем здании. Сначала здание было полупрозрачным, и поверх него была объективная реальность другой планеты, полностью состоявшей из-за льда, а рядом где-то наверняка есть залежи плутония или тория. Но радиацией тут попахивает. Вот какой мозговой центр ответственен за такие бестелесные полёты по космосу? Можно истину в таком состоянии черпать литрами. Только вот устала и от этого Железнова. А тут какой-то оператор вспомнить надо, который ввела когда-то в ходе экспериментов Железнова и тут же забыла под действием стимулятора. Это программа постоянно работала, написанная при помощи данного скрытого оператора. Этот оператор словно навигационный сигнал. Оператор "cress", что в переводе означает просто крест, стоял перед глазами, весь исходный текст, использующий некие открытые самой Железновой сигналы мозга и именно в той последовательности, которой нужно. Даже здесь надо взять свою волю в кулак и просто забыть на время о программировании. Ангел читал какую-то лекцию. Программистка что-то записывала, ощущала всё какую-то слабость. Оператор "cress" позволяет раскрыть предназначение Железновой и указывает одновременно путь к спасению. Этот оператор указывает связь с предками и потомками, он напрямую соединяет эту воображаемую линию между прошлым и будущим. Ангел вдруг подошёл к Железновой и сказал:

– С Рождеством Христовым.

– И вас также, - ответил Ксения.

– Тут от самого Христа вам подарок.

– Какой же подарок? Ой, можно сцену сновидения изменить, а то я с ног валюсь.

– Ну, это просто организм перестраиваться, вот вам и подарок. Считайте просто числа в уме, и вас это вылечит: 904123 плюс 675345.

– Как вот прям сейчас такие большие числа, - сознание сопротивлялось, но из глубины души пришёл ответ: - 1 579648.

– Вот видишь, и всё получается без всякой вычислительной техники.

Ангел ещё долго убеждал, что надо считать числа в уме, причём шестизначные и семизначные, потом перешли к алгоритмам. Алгоритмы реализации программ Ксения Сергеевна видела как бы сразу, без предварительного обдумывания что ли. Вдобавок к этому Железнова начинала ощущать некую лёгкость в своих вычислениях. Она могла перебирать большие числа в голове. И радовалась как маленькая девочка. А потом прозвинёл телефон над головой и Ксения лёгкая и отдохнувшая проснулась, сказав в трубку:

– 687543 плюс 320780 равно 1008323.